Ольга Грибова – Охота на некромантку. Жена с того света (страница 49)

– Скорее, ненормальная, – буркнул Белый. – Так чего же ты хочешь, если не домой?

Я осмотрела Творцов, прошла вперед и села на стул, а потом жестом пригласила и их присесть тоже. Разговор предстоял сложный.

Я начала издалека. С вопроса.

– Как вы двое умудрились создать настолько неудачный мир, где в одном городе все живут прекрасно, а во втором – все страдают?

Возможно, я спросила не очень вежливо, но именно так я думала.

– Верхний город – это мое творение, – похвалился Белый. – Я рад, что тебе здесь нравится.

– Выходит, Нижний – твоих рук дело? – повернулась я к Черному.

– Что поделать, если я не в состоянии создать что-то хорошее, – пожал он плечами. – Такова моя природа.

– Мы – две стороны одной монеты. И наш мир таков, – поддержал его Белый.

Услышав это, я вытащила монету, с которой все началось, и присмотрелась к ней. Она – иллюстрация этих двоих.

– Но ведь можно попытаться все исправить, – заметила я, пряча монету обратно в декольте, где всегда ее носила.

– Как это? – не поняли Творцы.

– Очевидно же, что Нижний город страдает от Верхнего. Он закрывает ему солнце, отравляет воздух и осадки отходами. Почему бы просто не сместить Верхний город немного в сторону, чтобы он не нависал прямо над Нижним? Это все изменит.

Творцы переглянулись. Похоже, такой вариант не приходил им в голову.

– Зачем ты с нами об этом говоришь? – спросил Черный.

– Потому что таково мое желание, – наконец, я произнесла это вслух. – Я хочу, чтобы Нижний город больше не страдал из-за Верхнего.

– Мы так не договаривались, – возмутился Белый.

– Вы сами сказали, что исполните любое мое желание. Оно вот такое, – развела я руками.

Аз потерся о мои ноги, выражая поддержку и восхищение, Сигги тоже что-то довольно пропищал, а я просто ждала решения Творцов.

С самого начала меня возмущало столь явное социальное неравенство между жителями двух городов. Поднять всех наверх нереально, здесь просто не хватит места. Но можно улучшить жизнь в Нижнем Ареамбурге.

Творцы недовольно сопели. Совсем, как Линор с Ленор, когда им что-то не нравилось. Наверное, поэтому я ни капли их не боялась. Слишком они похожи на детей. Могущественных, заигравшихся детей. Пора уже кому-то поставить их в угол за все, что они натворили.

– Хорошо, – пропыхтел Белый. – Твоя взяла. Я действительно пообещал выполнить любое твое желание, а я всегда держу слово.

– Мы сделаем это, – кивнул Черный. – Но на этом все. К нам больше не обращайся и встречи не проси. Отныне ты – сама по себе. Выживай, как знаешь, в чужом мире.

– Да вы, в общем-то, и так не особо мне помогали, – пожала я плечами. – А кто-то вовсе мешал.

Получив желаемое, я встала и повернула к двери, но на пороге задержалась.

– Ах да, чуть не забыла. Чтобы никаких больше игр! – погрозила им пальцем.

– Это уже перебор, – обиделся Белый. – Ты выиграла одно желание, а не два.

– Это не желание, а угроза. Вы видели, на что я способна. Выясню, что снова играете, и вам несдобровать.

– Да что ты нам сделаешь? – спросил Черный, но без особой бравады.

На секунду задумалась, а потом взгляд упал на Сигги, и я хмыкнула.

– А вот создам армию хомяков-умертвий, поставлю во главе Сигизмунда и натравлю на вас. Они вашу башню быстро по кирпичику разнесут.

Творцы глянули на хомяка и побледнели. Сигги выглядел, как угодно, но точно недружелюбно. Может, и прав хомяк, не желая полностью воскрешаться. В этом образе он пользуется большим уважением окружающих.

Я уже открыла дверь, когда сзади раздалось робкое:

– А монетку нашу можно попросить обратно?

Я оглянулась и строго ответила:

– Даже не мечтайте. Она останется у меня, как гарантия того, что игра не повторится, – к этому моменту я уже сообразила, что без монеты им не переместить человека из мира в мир. – Я слежу за вами. Не шалите, – сказала напоследок.

Творцы дружно вздрогнули. Кажется, мне удалось запугать богов этого мира. Значит, ли это что теперь я здесь главная? Хм, эта интересная мысль требовала особого внимания. Я обязательно обдумаю ее позже.

А пока меня ждал спуск по лестнице. Он прошел легче и быстрее, чем подъем. Вскоре я снова была на улице, наслаждалась ветерком и проплывающими мимо облаками. Верхний город все же прекрасен. Но и в Нижнем жизнь наладится, если ему не мешать.

Рядом на газон спикировал Аз.

– Я думала, ты останешься с хозяином, – удивилась я.

– Теперь ты – моя хозяйка. Сама слышала, Ночь отрекся от меня, – ответил кот.

– Мне жаль, – вздохнула я, думая, что Аз расстроен.

– А мне нет, – хитро сощурился он. Похоже, получить свободу было частью его плана. – Идем, что ли, домой, дети ждут, – добавил он, и я охотно согласилась.

Глава 29. Любовь сильнее смерти

После визита к Творцам я почувствовала небывалое облегчение. Вовсе не потому, что игра закончилась, и даже не потому, что мне удалось хоть как-то помочь Нижнему городу. А потому, что я сама определилась. Я хочу жить в этом мире! С Кресом и детьми. Вот, что мне по-настоящему нужно.

Я была счастлива. И лишь одна деталь омрачала мою радость – ложь. Я не святой человек, если ситуация требует, я вру. Но обманывать отца, потерявшего дочь – последнее дело.

– Я хочу рассказать Джозефу правду, – заявила я Кресу этим же вечером.

Мы не выдержали и нарушили свой же запрет не встречаться до получения развода. Официальной причиной того, что Крес опять ночует у меня, была необходимость восстановить мои силы, пока никто не заметил седину. Но, по правде говоря, мы просто соскучились.

Мы лежали в постели после очередного сеанса «напитки меня силами», как я в шутку называла нашу близость. Моя голова покоилась на груди Креса, и он перебирал мои пряди. После моих слов его рука на секунду замерла, но потом снова продолжила движение.

– Так будет правильно, – со вздохом признал Крес.

– Возможно, он выгонит меня из дома, – я приподняла голову и заглянула ему в глаза, пытаясь понять – нужна ему не аристократка?

– Дом нашего дяди почти готов. Получишь развод, и переедем туда, – пожал плечами Крес.

– А если он расскажет все стражам?

Я совру, если скажу, что не переживала по этому поводу. Но вряд ли слова Джозефа сойдут за доказательство, даже если сопоставить их с показаниями Изабеллы. Да и что мне сделают? В конце концов, я заняла чужое тело не по своей воле. Пусть разбираются с Творцами, а уж они без всяких сомнений замнут дело.

– Я буду свидетельствовать в твою пользу, – заверил Крес. – Больше никто и никогда нас не разлучит.

Это было именно то, что я хотела услышать. Обхватив Креса за шею, я подтянулась и поцеловала его в губы. Кажется, мне нужны еще силы. Определенно, нужны!

…Следующим днем я отважилась на разговор с Джозефом Монтгомери. Мы сидели вдвоем в малой гостиной, и я поняла, что дальше откладывать нет смысла. Пора.

– Джозеф, – позвала я.

Мужчина отложил книгу и улыбнулся:

– Помнишь, я просил называть меня «папой»? Мне будет приятно.

– В том-то и дело, – вздохнула, – я не могу. Я не ваша дочь. Простите, мне очень жаль.

Но Джозеф отреагировал не так, как я ожидала.

– Я понимаю, тебе тяжело, – кивнул он. – Ты не помнишь меня, а потому не в состоянии принять, как отца. Но лекари говорят, что память еще может вернуться. Рано отчаиваться.

Он понял все неправильно. Похоже, придется быть более прямолинейной и рассказать ему все. От начала до конца.

Так я и поступила. Джозеф слушал молча, все сильнее мрачнея.