Ольга Грибанова – Миг рождения. Избранная проза (страница 3)
Сцена 3
Монах Филипп: Кто этого не видит, тот слеп.
Дети
Монах Филипп: Кто же видит, но не хвалит, тот неблагодарен.
Дети
Монах Филипп: А кто возражает хвалящему, тот безумен.
Дети
Монах Филипп: Пьер, поднимись! И читай дальше один! Почему ты сейчас шарил глазами по стенам? Диавола искал? Читай!
Пьер
Монах Филипп: Ты осмеливаешься желать понять? Понимать – это только господу нашему Иисусу дано! А ты жалкий червь! Твой удел во прахе ползать! Повторяй слова и не пытайся задуматься! Это диавольский соблазн! Сколько часов в день ты посвящаешь молитве? Не-ет, Пьер! Я вижу, ты предался злому духу искусителю. Тебя нужно скорее спасать! Розги сюда, быстро! Пока еще не поздно! Ложись на лечебную скамью!..
Пьер: Не-е-е-ет!..
Голос его затихает, экран заволакивается пеленой, спецэффекты под музыку.
Сцена 4
Учитель Филипп Филиппыч: На прошлом уроке, господа, мы с вами познакомились с жизнеописанием великого поэта Михаила Хераскова. А также читали мы с вами великую его поэму «Россиада». Дома вам велено было выучить наизусть отрывок из этого творения. Желательно было бы, господа, послушать сегодня господина Петрова! К доске, господин Петров.
Учитель Филипп Филиппыч: Мы все обратились в слух, господин Петров. Начинайте!
Гимназист Петров: Стон слышан на воде… э-э, вопль слышан на земли. Струи… м-м-м… ко дну влекли, огнем россиян жгли… Филипп Филиппович, а можно я лучше Пушкина поэму «Полтава»?.. Я ее всю знаю наизусть!.. Пожалуйста!…
Учитель Филипп Филиппыч: Вы не выучили урок? Опять? Сколько часов в день вы посвящаете выполнению заданного в классе? Несите дневник, господин Петров! Единица! Сегодня вы остаетесь после уроков на три часа без обеда и учите заданный мною отрывок. Плюс к этому еще прозаический отрывок из «Бедной Лизы» господина Карамзина.
Гимназист Петров: Не-е-е-ет!…
Сцена 5
Филиппова: У кого тут под конец четверти двойки незакрытые? Сейчас посмотрим! Ага! Петя! Ну что ж, даю тебе последний шанс! Слушаем тебя: три источника и три составных части марксизма!
Петя
Алексеева
Петя: Английская философия, еще немецкий социализм, еще чего-то французское… экономия… политическая…
Филиппова: Петя! Я тебе удивляюсь! Как это можно не знать! Сколько часов в день ты посвящаешь изучению произведений Владимира Ильича Ленина? А? И ты хочешь, чтобы тебя приняли в комсомол? Да кому нужен такой комсомолец? Да кому ты вообще будешь нужен без космомола? И в ВУЗ тебя не возьмут, и на хорошую работу не примут! В дворники! Хочешь, Петя, в дворники?
Петя: Не-е-е-ет!..
Сцена 6
Фил: Куда ты, Пет?
Пет: Изучать траекторию падения с 96 этажа!
Пет: Да-а-а-а-а!!!…
Неведомый путь
1
Я пробудился от сна или смерти? Кто скажет мне? Некому – я одинок. Надо мной темная высь. Подо мной темная твердь. Вокруг темная пустыня. Вглядываюсь, вслушиваюсь, внимаю миру, в котором мне жить.
Много ли времени прошло, мало ли времени прошло – кто считал его в этом пустом мире, – когда понял я, что высь надо мной не темна, а выстлана звездами, и с каждой минутой они все ярче. И вот уж твердь подо мной озарилась их зыбким светом. Неровными изломами замерцал мелкий гравий и песок. А где-то рядом послышался мне плеск воды. Ручей?
Поворачиваюсь на плеск, потому что захотелось вдруг чистой воды. Да, он недалеко, он искрится меж камней. Тянусь к нему, но рук и ног моих я не вижу и не ощущаю, будто нет их. А должны ли они быть? Пытаюсь разглядеть себя, но вижу только темную бесформенную массу, растекшуюся по мелким камушкам.
И тогда я приказываю себе: вперед! И темная масса начинает неощутимо для меня двигаться. Меня даже радует эта простота моего существования. Я делаю усилия и перетекаю пядь за пядью туда, где мерцает вода в свете звезд.
Еще бросок, еще движение – и вот я погружаюсь в воду и начинаю жадно пить.
Ага, губы-то есть у меня, и рот есть, и глотка! Упругие холодные шарики спускаются по пищеводу в желудок. И тогда руки мои просыпаются! Я оказывается, опираюсь ими о каменистое дно ручья, а они слушаются и держат мой вес. Я уже смутно вижу их в переливах воды. Ее холод прокатывается по всему телу, и ноги в ответ вздрагивают – они тоже есть!
Последний глоток – и я выпрямляюсь, встаю на ноги, встряхиваю застывшими в холодном ручье руками.
В темном мире что-то произошло, пока я оживал в ледяной воде. Во тьме появилась едва заметная полоса горизонта, поверх нее расползается по небу лиловый поток. Мир наполнился звуками, и они все ярче и отчетливее: легкий звон, тихий гул, мягкий шорох.
Но вот что-то темное явилось в небе ниоткуда, заслоняя собой звезды, закрывая горизонт. Нарастает гул и всплески – как мокрые простыни на веревке, как паруса в бурном море, как знамя над летящим в бой всадником.
Я только успеваю подумать: руки-ноги появились, а когда же страх-то у меня появится? Нет ни страха, ни простого любопытства – в своем одиночестве я заперт надежно, нет дороги туда ни другу, ни врагу.
Порыв ветра свалил меня на землю. Мелкие камушки впились в голые колени, и я с удивлением спросил себя: что это, зачем это?
Прямо передо мной в свете утреннего горизонта возникли огромные львиные лапы, опустились, вмялись в жалобно заскрипевший песок. Мощное туловище выросло передо мной стеною, а сверху навис тяжелый загнутый клюв. Великан склонил голову набок, по-птичьи. Огромный выпуклый глаз сверкнул на меня угольным блеском.
– Еще один вылупился, – донесся сверху глуховатый низкий его голос. – Приветствую тебя, Половина!
Мне было так удивительно и радостно слышать его речь, что я выпалил все сразу возникшие у меня вопросы:
– Ты кто? А где я? И откуда ты? Почему я Половина? Я половина чего?
– Я – Грифон, – величественно раздалось сверху, – а ты – Половина. Ты одинок?
– Да… – растерянно отозвался я, и от жалости к себе защипало в горле.
– Целостное творение не бывает одиноко – оно заполнено. Одинок – значит, пуст наполовину.
– Понял, – обрадовался я своей смышлености. – А почему я здесь? И почему ты здесь?
– Я здесь, потому что это гнездо мое. Вечно подбрасывают мне тех, кому пора вылупиться, – голос Грифона был насмешлив, но добродушен. – А ты здесь, потому что захотел себя наполнить. Но можешь и обратно вернуться, – как будто ледяной ветер прошумел в голосе Грифона, – в любой момент можешь. Скажешь себе: назад – и повернешься к своему Пути спиной. Вот и вся премудрость.
– Я не хочу спиной… Мой Путь начинается здесь? Он уже начался?
– Первый шаг сделать помогу. Дальше – сам!