Ольга Грейг – Женщина фюрера, или Как Ева Браун погубила Третий рейх (страница 4)

Немецкая нация времен Третьего рейха возвеличила культ немецкой семьи и культ здорового тела, – тогда как советские комсомольцы трудились на бесконечных «комсомольских стройках», а юные бедолаги из бывших загибались в многочисленных, созданных декретом В. И. Ленина в декабре 1918 года, концентрационных лагерях.

Но именно в те годы, когда молодую коричневую волну направлял Бальдур Бенедикт фон Ширах, у наших стран и молодежных движений оставалось еще очень много общего…

«Они могли вколачивать в наши головы все свои тезисы: то, что мы, немецкая молодежь, – самая замечательная молодежь в мире, что мы лучше, чем все другие (идентичный тезис очень активно использовался в СССР. – Авт.), что здоровее и т. д. – Рената Финк, 1926 года рождения»; «В 1936 году мне было десять лет, и я стал членом Дойче юнгфольк (то же, что пионерия в СССР. – Авт.)… И вот теперь мы принадлежали к большим юношам, нам разрешили носить портупею и нож… И повсюду был Гитлер, его портреты висели везде. Он, как писали во всех газетах, спас Германию от большевизма, от евреев (эти два понятия: большевизм и евреи были в фашистской Германии почти синонимами. – Авт.). Но теперь в Германии все возрождалось, и мы как Юнгфольк в Гитлерюгенд тоже способствовали этому. Все это было похоже на нечто вроде религии. – Эрих Лёст, 1926 года рождения»; «То, что мы не случайно зовемся Гитлерюгенд, становилось для нас в процессе идеологической обработки все яснее. Но только после войны я действительно осознал, что игры на местности (аналог советской боевой «игры» «Зарница». – Авт.), привычка к повиновению, маршировка, униформа, звуки фанфар и бой барабанов (все это имелось у пионеров и комсомольцев в СССР. – Авт.) были по сути своей подготовкой к войне. Я почувствовал это уже в начале 1945 года, когда меня научили обращаться с противотанковым оружием и потребовали, чтобы я умер геройской смертью за Гитлера. – Рейнхард Аппель, 1927 года рождения». Цитаты приведены по книге: Гвидо Кнопп. Адольф Гитлер. Психологический портрет. М., 2006, с.с. 72–73.

Советские люди, прошедшие путь пионеров и комсомольцев, в массовом порядке узнавшие «игры на местности, привычку к повиновению, маршировку, униформу, звуки фанфар и бой барабанов», сдававшие нормы «на значки ГТО» (Готов к труду и обороне!), стрелявшие в школьных стенах под руководством военруков и вне школы в многочисленных тирах, – к сожалению, в большинстве своем так и не поняли, что «все это было по сути своей подготовкой к войне», – к великой войне за Мировую революцию. Накрепко вдолбившие в свои головы стихи и песни советских поэтов о героических подвигах юных, погибших за советскую власть, – эти фанатичные дети и подростки готовы были умирать «за Родину, за Сталина, за Коммунистическую партию!». Но как горько и умилительно выглядят нынешние полунищие старички, не дождавшиеся от некогда великой краснознаменной родной страны ни приличных пенсий, ни заслуженных достойных удобств, ни социальных гарантий, и продолжающие рассказывать о боевой романтике их «самого счастливого детства» и «прекрасной комсомольской юности»; верящие до сих пор, что все они делали правильно, «показывая пример всему миру», – так, «как завещал великий Ленин»…

Известно, что в начале 30-х годов ХХ века в теплом климате среди божественных красот русского тогда еще Крыма собирались на свои ритуальные сходки коминтерновцы – члены так называемого Коммунистического интернационала, которые могут быть означены как международные преступники, виновные в масштабных планетарных бедствиях не менее чем осужденный победившим «прогрессивным международным сообществом» гитлеровский фашизм. В 30-е годы ХХ века, – когда порабощенные большевистско-коммунистической властью народы СССР познавали массовый голод и даже… каннибализм, – эти орды сытых бандитов и развратников, собранных по всему миру для обучения в секретных школах Коминтерна, уже выбрасывали руки вверх, показывая солидарность в деле построения коммунизма на Планете… Жест, когда прямая рука взлетает в приветствии, использовался вождями Коминтерна еще задолго до того, как он стал официальным символом фашистского приветствия.

В годы, когда миллионы советских людей, – в соответствии с тайными и амбициозно-циничными планами вождя, товарища Иосифа Виссарионовича Сталина, – готовились к мировой войне, загибаясь под лозунгами: «Пятилетку – в четыре года! …в три года!», жирующие на бесплатных деликатесах и ублажаемые профессиональными шлюхами коминтерновцы изучали основы управления странами, которые – одна за одной – должны были становиться советскими.

– Нам нужна Вторая мировая война! – призывая русских на бойню, картаво орал еще в 1916 году злой гений антирусской революции Ленин-Бланк.

Но пожар мировой войны тогда не раздули даже силы Тухачевского, храбро ринувшиеся в поход на Польшу и трусливо отступившие. Попытка не удалась. А за годы пятилеток товарищ Сталин учел все, чтобы подобное не повторилось, и чтобы открытая всем, озвученная классиками марксизма-ленинизма конечная цель как можно дольше оставалась всего лишь «словесным фактором»…

– Нужно, чтобы кто-то начал НАШУ войну и пусть этот ледокол развалит Европу! – знаменитая фраза, сказанная Иосифом Виссарионовичем в 1939 году. Тот, кого он определил на роль «ледокола», был его ставленник (вместе с финансовыми кланами Запада и США), его товарищ и марионетка Адольф Гитлер.

Но пока немецкий вождь еще не понял всей тайной игры, он продолжал строить свою Пирамиду власти. И не последнее место в ней занимал Бальдур фон Ширах, женившийся на Генриетте Хоффманн в 1932 году. Свадьбу молодожены праздновали в квартире Гитлера на Принцрегентенплатц. В подарок от вождя супруги получили овчарку. А вскоре Генриетта фон Ширах одарит отечество четырьмя дворянскими отпрысками: 28 января 1933 г. родится Ангелика, в 1934-м – сын Клаус, в 1938-м – Роберт, в 1941-м – Рихард.

В 1940 году ее муж, как уже говорилось, был назначен гауляйтером Вены, став одновременно имперским наместником Вены и имперским комиссаром обороны Вены и окрестностей. Главной задачей, поставленной перед Ширахом, было сделать Вену городом, свободным от евреев. В соответствии с поручением фюрера от 2 ноября 1941 года ему надлежало эвакуировать пришлых чехов и выслать евреев в генерал-губернаторство.

В Вене семья фон Ширахов прожила до 1943 года, располагаясь в комфортабельной служебной вилле на Хоэнварте, 52. В их распоряжении была и усадьба в Хелентале, куда любила наведываться повзрослевшая Хенни. А ведь, казалось бы, прошло совсем мало времени, когда она вместе с Гели Раубаль или Евой Браун (или все вместе?) – на машине и в сопровождении Адольфа Гитлера – ездила на милые пикники на Химзее. Они располагались в выбранном укромном месте между лесом и озером, и эти идеальные идиллические часы давали им право думать, что впереди – только размеренное блаженство и полная значимости жизнь. «Жизнь для нас была праздником, который только начался», – передавала свои впечатления о тех днях юная Хенни Хоффманн. Но праздник, начавшийся с кофейных запахов заведения, расположенного под фотоателье ее папеньки, с пасторальных пикников на лоне мюнхенских предместий, с лыжных катаний и девичьих забав, превратил всех своих героев в участников Grössenwahn – соучастников великой коричневой иллюзии…

Глава 3. Фрау Ангела и ее «прелестное дитя»

Знакомство Хенни Хоффманн и Евы Браун произошло после принятия последней в фотоателье. «…я узнала Еву Браун, когда та была еще юной девушкой, у нас имелись велосипеды, и мы часто катались вниз по Леопольдштрассе, к Унгерербад. Мы плавали в ледяной воде озера Мариензее и ныряли под водопад, тогда еще существовавший. Ева красиво прыгала в воду с 3-метровой доски и могла ходить на руках. Она участвовала в танцевальных конкурсах и получала там призы… Ева, изящная, невысокая учительская дочка из Мюнхена, продававшая фильмы в фотомагазине моего отца, с ее декольте, очаровывала покупателей и всегда была превосходной фотомоделью, когда ее фотографировали для рекламы», – писала престарелая Генриетта фон Ширах в своей книге «Женщины вокруг Гитлера» («Frauen um Hitler»), изданной в 1983 году. В своих послевоенных изданиях Генриетта Хоффман-Ширах многократно утверждала, что является «старой подругой» Евы Браун. Хотела ли она на склоне лет стать еще более причастной к великим именам, соединенным притягательно-зловещей Историей? – не знаю, однако в молодые годы она охотно называла свою «подругу-Еву» «глупой», как, впрочем, и другую соперницу – Гели Раубаль. Историки и биографы подтверждают, что до середины 30-х годов заносчивая Хенни относилась к Еве с явным оттенком превосходства.

Несмотря на то, что некоторые историки отрицают факт знакомства Евы и Гели Раубаль, все же имеются сведения, что девушки познакомились в 1930 году на традиционном Октоберфесте; Oktoberfest – крупнейший пивной фестиваль в мире, проводящийся в Мюнхене. По традиции начинается в третьи выходные сентября и заканчивается в последнее воскресенье октября; тогда же все фермеры празднуют конец сбора урожая. История этого любимого в народе праздника берет начало от свадьбы кронпринца Людвига (ставшего королем Баварии Людвигом I) и принцессы Терезы Саксен-Хильдбургхаус в 1810 году. «Думаю, она была знакома с Гели, поскольку то и дело говорила о ней. Но я… не знаю, часто ли они встречались», – свидетельствовала и мать Евы, Франциска Браун после войны.