Ольга Готина – Человек «удача»! (страница 57)

Я молчала, не зная как на это реагировать, а он просто продолжил говорить.

— С самого начала я посчитал тебя ненормальной, стоило мне переступить порог академии как часть студенток стали смотреть на меня как на объект обожания, а часть со страхом в глазах. Но ты снова и снова шокировала меня. Каждый раз как ты влипала в неприятности, у тебя было очень забавное выражение лица. Как ректору ты доставляла мне множество проблем, но при этом постоянно веселила как человека. И все твои невезения каким-то мистическим образом сконцентрировались на мне. Если бы не наша встреча, еще до того, как ты узнала кто я такой, я бы не поверил, что ты делаешь это не нарочно, и я действительно иногда сомневался. Поначалу мне показалось, что ты решила продолжить привлекать мое внимание как и другие студентки, просто выбрав немного экстравагантный способ, но потом я понял, что ты меня боишься. Каждый раз, когда любая другая студентка стала бы флиртовать, пользуясь возможностью ты шла на попятные. И тогда, за ужином, не только ты призналась в своих чувствах, на мне было кольцо, Юна, и я сказал, что я влюбился, и это была чистая правда, но я не был до конца уверен, что ты влюблена в меня. После того как мы надели кольца, я все время думал что мне кажется что ты испытываешь что-то подобное, по той простой причине что мне самому безумно хотелось сделать или сболтнуть что-то такое, что я определенно не должен бы себе позволять. И сейчас я могу с полной уверенностью сказать, что с кольцами или без, и совершенно не зависимо от Шеты, я хочу, чтобы эта фиктивная помолвка стала настоящей.

Я замерла на месте, не в силах пошевелиться, в то время как мужчина остановившись всего в паре шагов от меня, неожиданно опустился на одно колено и поднял руку, сжимая в пальцах кольцо, которое я сняла совсем недавно.

— Ты и твое невезение согласны выйти за меня?

Кажется, даже если бы я попыталась, то не могла бы сейчас сказать ни слова, поэтому просто кивнула, все еще не веря, что все это происходит в действительности.

И тут же он поднялся на ноги, и, взяв мою руку, вновь надел кольцо, после чего обхватив мое лицо ладонями, поцеловал. Я стояла ни живая не мертвая, постепенно приходя в себя и отвечая на поцелуй, к моменту, как его руки обвили меня, прижимая к себе со всей силой. Он чуть отстранился, взволнованно заглядывая мне в глаза.

— Ты скажешь это вслух?

Я вновь кивнула, по-прежнему не проронив ни слова. Увидев его взволнованный взгляд, поняла, что действительно до сих пор так ничего и не сказала и, набравшись духу, открыла рот.

— Да.

— А ты точно понимаешь что происходит? — на его губах появилась довольная и чуть издевательская улыбка, в то время как напряжение пропало.

— Кажется, я только что согласилась замуж выйти, — пробормотала я, — мамочки…

— Ага, — довольно подтвердил мужчина, искренне наслаждаясь моим шоком.

— А еще вы мне в любви признались, — пробормотала я, припоминая всю речь.

— Ага, — снова подтвердил он, продолжая прижимать меня к себе и заглядывать в мои глаза.

— Кажется у меня возникло это странное чувство… — пробормотала я.

— Это какое еще? — требовательно спросили у меня, мимолетно касаясь губ поцелуем и снова отстраняясь.

— Упс…

Он рассмеялся, снова наклоняясь, чтобы поцеловать меня, а я просто почувствовала, как моя голова полностью отключается.

Громкий чих за дверью заставил нас оторваться друг от друга и переглянуться.

— Вы продолжайте, продолжайте, — послышалось из-за двери.

Мы тут же отпрянули друг от друга, и ректор кинулся к двери, распахивая ее. С другой стороны, конечно же, оказалась бабуля.

— Бабуля! — хором возмутились мы.

— Хотела узнать как ты деточка, — развела руками старушка, — я же не знала, что у вас тут страсти творятся. Но вы продолжайте, продолжайте…. — и, развернувшись, она, постукивая тростью, поспешно двинулась обратно к лестнице.

— Ага, конечно не знала, — ухмыльнулся ректор, смотря бабуле Августе вслед.

Я почувствовала, как краснею, понимая какую картину только что лицезрела бабуля. Аден тем временем ненадолго прислонился головой к краю двери, после чего вновь выпрямился и внезапно пересек комнату, останавливаясь у окна.

— Что ты там делаешь? — насторожилась я. Вскоре мужчина обернулся с довольным лицом и снова подошел ко мне, притягивая меня на секунду, чтобы снова мимолетное поцеловать.

— Немного подстраховался, на случай если тебе захочется вылезть в окно. Спокойной ночи, — и вновь притянув меня к себе, поцеловал, так что у меня чуть не подкосились ноги от нехватки воздуха, после чего резко отстранился и покинул комнату. Вновь чувствуя себя рыбой, выброшенной на сушу я несколько раз открыла и закрыла рот, после чего улыбаясь как дура, попятилась и повалилась спиной на кровать, расставив руки и образовав собой довольную звездочку.

Глава восемнадцатая

Вопреки ожиданию, наше путешествие к моим родителям меня уже не пугало. То ли я была настолько наполнена эйфорией, что ничего не понимала, то ли действительно не могла еще всего осознать. Рано утром Аден вновь разбудил меня, принеся завтрак в постель, после чего мы спустились в холл, где попрощались с семьей. Мать Адена лишь сдержано кивнула мне, пожелав нам удачного дня и велев своему сыну договориться о совместном ужине с моими родителями. Дакар старший поцеловал мне руку и похлопал сына по плечу, подмигнув, зато бабуля стиснула меня в таких объятиях, что я на мгновение перестала дышать. К моменту, когда мы, держась за руки, переместились в столицу совсем недалеко от моего дома, я все еще продолжала глупо улыбаться, и мне казалось, что это будет продолжаться весь день.

— А почему так далеко? — поинтересовалась я, увидев перед собой прямо то место, где состоялась наша первая встреча, а точнее путешествие мужчины вниз по склону.

— Хотел немного пройтись, — пояснил он, увлекая меня за собой вперед. Я чуть склонила голову, изучая лицо ректора, и меня поразила внезапная догадка.

— Ты боишься!

— А ты думала тебе одной страшно знакомиться с родителями? — удивился он.

— Технически с моими ты уже знаком, и не раз.

— Да, но боюсь, последний раз значительно подпортил впечатление, — поморщился он, вспоминая сцену на балу.

— Я написала им, что это было недоразумение.

— А они что?

Мы уже приближались к дому, где нас ждал еще один семейный день.

— Эм… — протянула я, не зная как лучше сказать, — написали, что при встрече поговорим.

— Я начинаю понимать, почему ты лезла в окно, — вырвался у мужчины нервный смешок, когда мы ступили на территорию дома моих родителей.

Стоило нам постучать, дверь открылась сразу. На пороге был мой отец, окинувший нас цепким взглядом с головы до ног.

— Проходите, — посторонился он, пропуская нас в дом, из глубины которого уже появилась моя мать.

Теперь смущение начинало накатывать и на меня, хоть я и продолжала глупо улыбаться.

— Добрый день, — немного нервно произнес ректор, оглядывая моих родителей, чтобы определить их настроение.

Моя мать лишь посмотрела на мою глупую улыбку и наши сцепленные руки и махнула рукой.

— Идите в столовую, я пирожки напекла.

— Пирожки! — я мгновенно отпустила руку Дакара, ринувшись в указанном направлении, когда же вновь выглянула в коридор, уже жуя один из добытых трофеев, увидела как мой отец, пожимает ему руку.

Довольная я пошла обратно, дожидаться, когда мужчины к нам присоединятся.

Все прошло неплохо, конечно мы волновались, и я даже не уверена кто сильнее, пока родители расспрашивали нас обо всем, но после матери ректора, это уже было трудно назвать сложным испытание. После обеда с семьей мы сбежали в оранжереи, давая родителям время переварить услышанное и в свою очередь возможность себе перевести дух.

— Кажется, все прошло не так уж и плохо, — подвел итог Аден, когда мы прогуливались между цветами.

Воздух здесь был приторным от наполнявших его запахов.

— Да, — согласилась я, улыбаясь, — отлично.

Секунда и меня подхватили, закружив в воздухе, а когда ноги вновь коснулись земли, поцеловали.

— Шета будет доволен, — пробормотала я. Секунду другую было молчание, а потом я отстранилась, понимая, что кое какую деталь мы действительно упустили из виду.

— А с кем остался Шета? — спросила я, понимая, что за всеми своими переживаниями совсем позабыла про неуемную жажду приключений у дракончика.

— Бабуля сказала, что провела с ним воспитательную беседу, — пояснил Аден, убирая мои волосы, которые упали на глаза, — и что он не навредит академии и ее ученикам.

Его рука ненадолго задержалась на моей щеке, поглаживая, в то время как на лице тоже начало появляться беспокойство.

— Мы ведь о Шете говорим, — напомнила я.

— И я об этом подумал… — согласно пробормотал мужчина, — как думаешь, насколько приличным будет, если мы уйдем сейчас?

— Если сослаться на важные дела в академии, думаю, нам это простят, — заявила я, сама хватая мужчину за руку и потянув к дому.

— Да что он может сделать? — убеждал он по пути то ли меня, то ли себя.

— Ввести моду на лысую голову, — предложила я самый безобидный вариант.

Теперь, когда первая эйфория слетела, и страх перед выходными в знакомстве с родителями прошел, я все больше начинала волноваться, понимая, что Шета оставленный без присмотра это плохо. Судя по лицу Адена, он тоже понял свою ошибку. К счастью родители с пониманием отнеслись к тому, что нам нужно вернуться в академию и прямо из дома мы переместились на территорию.