Ольга Горовая – Сквозное. Навылет (страница 79)

Вот уж правда, оба заставили, хоть и ненарочно, друг друга досконально эти грани ужаса вероятной потери испытать.

Но и важность присутствия рядом, их любви, просто тепла этих объятий, ее затихающих рыданий — теперь ценнее вдвойне. Воздух слаже показался, хотя сидят на полу все в том же больничном санузле…

— Ты почему лекарство не приняла, девочка моя золотая? — как уловив, что ее немного отпустило, сурово и недовольно поинтересовался Денис. — Я же тебя просил о себе подумать в первую очередь!

— У меня так не вышло, — призналась честно, всхлипнув. — О тебе только и в первую, и во вторую, и в остальные все. Без тебя не нужно ничего, — передернула плечами, какое-то бессилие испытывая.

Но в этот раз правильное, что ли, хорошее опустошение из-за того, что все из себя выпустила, сбросила ту неподъёмную тяжесть.

— Значит, теперь понимаешь меня, когда я ни о чем, кроме тебя, думать не могу? — хмыкнул Шуст, целуя ее скулы, ресницы, губы, влажные от слез.

— Понимаю, — кривовато усмехнулась, но больше устало, почему-то осознав, что накатила сонливость, которой нет сил сопротивляться.

— Так не заставляй меня и дальше бояться за тебя, чудо! Я же спать не в состоянии, постоянно думаю, как эти гребанные раковые клетки поджидают, чтобы украсть тебя у меня! — рявкнул… но тихо, будто заметил, что она отключается, не хотел тормошить.

— Давай уже завтра, пожалуйста! Я просто хочу с тобой посидеть, Денис… Не представляю, как несколько суток вновь не касаться, — превозмогая свою сонливость, попросила чуть жалобно, поерзав, чтоб удобней устроиться в руках любимого.

Денис шумно выдохнул, сильнее стиснул руки.

— Что ж, не могу не признать, что ты умеешь так же метко доводы находить, как и стрелять, оказывается, чудо. Согласен, что и сам сейчас этого просто не вынесу, золотая моя девочка, — нежно к ее губам прижавшись, тихо хохотнул муж.

И медленно поднялся с Талой на руках, явно направившись к кровати в палате.

— Давай, хоть удобней тогда устроим тебя, чудо. Да и врачам я про смену планов и перенос мероприятия на завтра, должен сообщить, — пояснил, увидев, как Тала судорожно в его рубашку пальцами вцепилась, чтобы не отпустить. Не в этот раз…

Но… ладно, тут смысл был, пришлось позволить.

Глава 34

Врачи не просто согласились, а и сами настоятельно порекомендовали перенести процедуру, давя на то, что в таком состоянии, пациентка воспримет все гораздо тяжелее. И хоть Денис почти физически не мог уже выдерживать пресс постоянного реального страха, что раковый процесс к ней вернётся, сам тоже не дурак, понимал: в этот момент Талу еще и через лечение радиацией проводить — только добивать психику. Достаточно адекватен был, чтобы осознавать: выдохнув, она гораздо проще и легче выдержит все, что необходимо.

Да и ему спокойней. Видеть жену в таком состоянии, как двадцать минут назад, когда в ее палату влетел — что самому в живот себе нож вонзить и прокручивать, кромсая кишки в ошметки.

Потому не стал давить, когда Бондарчук предложил отложить на два дня процедуру. Да и врачи были уверенны, что это не приведет к осложнениям, наоборот, даст больший эффект.

— Есть лучшие новости, чудо мое, — вернувшись в палату, Денис, и несмотря на охренительно напряженный день, усмехнулся.

Видеть Талу, явно уставшую и измученную, но при этом и напряженно сидящую на краю постели, ожидающую его, — как медом на душу. Точно половинка его, ни в чем не уступает, хоть и ясно, что более хрупкая, хрустальная и драгоценная! И Шуста обязанность и привилегия — беречь свое чудо!

Хреново справился в этот раз, и не оправдание, что не все и не всегда от него зависит, дальше больше стараться должен и будет.

А сейчас прям чувствовалось, насколько чутко следила, когда он вернется. Похоже, с Талы сталось бы еще и искать его пойти, задержись Денис чуть дольше.

— Какие именно? — настороженно уточнила она, видимо, не ожидая уже ничего хорошего от этого дня.

— Тебе на два дня отложили процедуру. Хотят, чтобы ты поспокойней себя чувствовала, — Шуст не мог бы держаться сейчас вдали от нее, да и зачем?

Убрал расстояние, вновь жадно сжав Талу в объятиях. — Поехали домой?

— Поехали… — как-то медленно и устало кивнула Тала, но и словно испытывая неуверенность.

— В чем проблема, золотая моя девочка? — тут же напрягся Шуст, вцепившись в это промедление, как пес, взявший след. — Ты не этого разве хотела?

— Этого… — с еще более выраженным колебанием, отозвалась жена, прижавшись лицом к его шее, ощутил горячие, дрожащие губы на своей ключице в расстегнутом вороте рубашки.

— Но?.. — уточнил с давлением, дав понять, что не отцепится, пока не получит исчерпывающий ответ о ее непонятных сомнениях.

— Я… не уверена, что готова сейчас в дом вернуться. Дрожью внутри трясет при мысли об этом, — призналась она как-то обреченно, словно опасалась, что он это в слабость ей вменит.

Денису же лишь больше Талу к себе притянуть захотелось. Лбом в ее макушку, вдохнул шумно запах ее волос. Горечью в глотке плеснуло.

Его же просчет, бл*! От начала и до конца. Гребанная ошибка… хоть и понятно, что всего на свете не предугадать, но это Шуст ее в такую ситуацию поставил, когда Тале пришлось за них всех вытягивать, считай.

Все рассчитывал продавить, обойтись без устранений, вывести на договор, со всеми заключить соглашение. И что в итоге? Тале довелось использовать оружие для защиты их обоих, что ему и в худшем кошмаре не могло привидеться!

Драконица его! Обожал, не мог уже представить своей жизни без нее. И объяснимо, что сейчас дом не воспринимается ее психикой, как безопасное место.

Но и для этой печали у него имелось решение.

— Ну у нас квартира еще есть, чудо мое. Еще и ближе ехать сейчас, раньше тебя в постель уложим, и так нервы сегодня вымотали. Да и сменим обстановку, встряхнемся, — помог ей подняться с постели, осматривая палату.

Никаких вещей, ничего личного в палате, сумка стоит не распакованная, бери и иди, да пальто забрать еще внизу в гардеробе нужно.

— А Ристи? — с сомнением уточнило его чудо, явно совестью терзаемое за своего питомца.

— Он не один, накормлен и выгулян, да и явно купается во внимании Ирины Семеновны, ей тоже чем-то себя отвлечь было нужно. Кроме того, ты и не должна была вернуться ближайшие четыре дня. Так что, тут точно не стоит мучиться, золотая моя. Перезагрузка сейчас нам всем не повредит, — вывел ее в коридор, прижимая к своему боку, то ли поддерживал, то ли сам не в состоянии отпустить.

На этаже полно его людей, каждый угол перекрыт, каждая щель. Да и вся больница эта под их контролем. Внушительно, конечно, но иначе никак. Он просто не сумел бы решить то, что должен был, не будь уверен, что около Талы и комар не пролетит. Ее обезопасить первостепенным считал.

Благодаря этому и сумел по итогу сосредоточиться, чтобы закрыть вопрос, в котором раньше стоило поставить жирную точку. А Шуст все на здравомыслие и адекватность оппонента надеялся. Зря, иногда к власти да силе и полные отморозки рвутся, не уважающие ни правил, ни интересы других. Не то чтобы новость, конечно, но и не адекватное стремление для него, привыкшего во всем на контроль полагаться, как на краеугольный камень.

Собственно, потому и вопросов сегодня у других заинтересованных лиц оказалось мало, оттого никто и не предъявлял ему претензий по факту. Большинству было выгодно поддержание паритета и равновесия. Сила, которая уравновесит всех, обеспечивая предсказуемые и стабильные условия рынка, так скажем. Такой силой и являлся долгие годы Шустов.

Никто не решился и возразить, когда он на вид поставил, что за попытку нападения на него и его семью будет карать каждого, независимо от уровня и положения. Думать надо было, когда на него попер, разозлившись, что Шуст на тупые интриги не поддался. Это все понимали. Да и каждый отреагировал бы так же.

Исполнитель закроет вопрос сегодня же, уже нашлись те, кто поделились информацией о местонахождении смертника. А у Дениса сейчас иное на первом месте.

Тала за его руку цеплялась так, что продавливала ногтями кожу до костей, казалось, но Денис не против. Самому ощущать ее целой и невредимой, дать возможность выдохнуть, обеспечить поддержкой — такой кайф, который весь сумасшедший напряг этого дня перекрывает. Особенно от понимания того, что удалось выяснить: готовились, гады, несколько дней караулили в окрестностях, пытаясь найти лазейку. А если бы Тала гулять выбралась со своим щенком? Да, под охраной, но ведь фиг знает, что у этих мудаков было за решение?! От одного только предположения вероятных вариантов волосы седеть начинали, реально ощущал.

Но, видно, не могли подобраться, его ребята работали, оправдывая все доверие.

А сегодня просто по тупому совпало несколько факторов, их сосредоточенность на другом сыграла на руку врагу, сместили фокус на лечение, вот и допустили оплошность. Сам, считай, маячил в воротах, Гришку провожая, не дав парням ни нормально закрыть те, ни прикрыть его. Еще и Талу с собой подставил.

Эта мысль, несмотря на полное понимание бессмысленности сожалений, выжигала внутри дыру размером с адово ущелье!

И тем жестче и яростнее будут его удары в ответ, чтоб уж точно не повадно больше, чтоб никому и в голову не пришло, что можно посягнуть на безопасность его близких и окружения. Больше Шуст церемониться не собирался. И к нему никто не посмел бы претензий предъявить, в своем праве отплату кровью за кровь взять.