Ольга Горовая – Сквозное. Навылет (страница 28)
А первого полета многие боятся. Шуст не особо помнил крыло ли его страхом конкретно, многовато лет прошло, но то ощущение полного отсутствия возможности повлиять на ситуацию — это да, такое было, не забылось, пусть уже давно научился переключать акценты. Да и столько летал, что давно затерлось. Тоже обыденность.
Не для Талы, тем не менее. Накрыло девочку паникой.
— Так, чудо, наклони голову и сделай несколько вдохов, — быстро отстегнув ее ремень, а потом и свой, всучил в дрожащие тонкие пальцы бумажный пакет, которых тут всегда с избытком.
Хорошо, что можно, как раз зажглись огни. Хотя он и так бы наплевал, несмотря на строгий взгляд стюарда, который и сейчас к ним дернулся. Парни его задержали, встав на пути, ожидая указа Дениса. А он целиком на Тале сейчас сосредоточился.
Надавил явно не понимающей и потерявшей контроль над ситуацией Тале на затылок, сгребая пальцами ее пряди, намотал на свой кулак, чтоб ощутила твердость и опору, может, и не мозгами, но хоть подкоркой учуяла, что есть на кого опереться. Это должно унять страх.
— Давай, девочка моя, дыши, глубоко и спокойно. Вообще нечего бояться. Все под контролем, — тихо говорил ей на ухо, отвлекая от нервов, с напором, жестко. — Ничего страшного нет. Всего лишь самолет. Миллионы людей каждый день летают, и гораздо реже гибнут, чем на машинах на наших дорогах разбиваются, — реальные же аргументы, железные.
А Тала, уже было расслабившаяся немного, он по мышцам плеч мониторил, вдруг опять как-то сжалась, судорожно выдохнула.
— Ты не можешь знать, Денис, — так же тихо возразила, попытавшись выпрямиться. С какими-то, вовсе ей не свойственными, истеричными нотками, уже неплохо свое чудо изучил.
Ага, так он ей и позволит, как же. Надавил сильнее, заставив вновь уткнуться носом в бумажный пакет. Там воздух больше углекислотой насыщен, тормозит центральную нервную систему, если ученым верить.
— Дэн, нужна помощь? — Гришка умудрился так «прошептать» свое предложение, что Тала от его баса вздрогнула и как-то вся смутилась даже. Покраснела, отвернуться попыталась.
Шуст с досадой щелкнул языком и глянул на друга с намеком так, чтоб сразу стало понятно, что пока лучше не лезть, а то он прибьет его ненароком. Тут хоть бы одну успокоить.
Гришка умиротворяюще развел руками, сел на своем месте ровно, но сам продолжал поглядывать так, что прям по мозгам намеком на то, что Шусту бы попуститься надо, прессовало.
— Сам справлюсь, — отрезал жестко. — Лучше закажи ей шампанского, чтоб парень не топтался без дела над душой, — распорядился, кивнув на стюарда, который так и не сумел преодолеть барьер их охраны, но настороженно сюда поглядывал.
Международные авиалинии, отношение к клиентам бережное, любо-дорого смотреть.
Гриша кивнул, поднялся, не обидевшись, а, скорее, продолжая забавляться про себя.
А Шуст… плюнув на все, приподнялся, просто обхватил Талу руками и усадил себе на колени. Благо, места в бизнес-классе хватало с избытком. А на осуждающий взгляд стюарда ему было плевать.
— Я не хочу еще и алкоголь, Денис! — как-то обреченно проворчала Тала в этот пакет, гулко вышло, забавно.
Но сама будто бы при этом уютней устроилась в его руках. Поерзала, что зря, конечно, он-то вообще не железный… а вечно-каменный рядом с ней. Но Тале сейчас точно не до секса.
И хоть видно, что недовольна ситуацией и колотит ее еще капитально, а все равно к нему льнет, как его силы набираясь, подпитываясь. И доверяет, даже если ворчит на словах. Тело-то сдает ее с потрохами! Привыкает к нему, привязывается, впадая в зависимость и ища опору в тепле и силе Дениса!
Чего он и добивался, собственно. И сейчас в ее же волосах спрятал довольную усмешку.
— Не спорь, чудо мое, доверься, — уткнулся носом в ее висок, наслаждаясь ароматом кожи. — У меня все под контролем, я знаю, что лучше, — погладил ее затылок костяшками пальцев, продолжая пряди на своей ладони намотанными держать.
— Не бывает так, Денис. Невозможно, чтобы человек все контролировал, — видимо, не то у нее было настроение, чтобы оставить тему. А ему что? Ему не жалко, пусть отвлекается. — И ты не можешь всем управлять! Это вне воли человека! — с каким-то непонятным напором и даже упреком тихо возмутилась вдруг Тала, будто не желая поддаваться целиком, сопротивляясь разумом его доводам. — Ведь ты ничего не сможешь сделать, если этот самолет сейчас рухнет или… — ее накрыло новой волной дрожи.
Черт, как-то слишком Тала нервничала по этому поводу. Хотя его женщине позволительно быть впечатлительной и ранимой, он есть, чтобы ее успокоить и отгородить от всего. И даже не нервировало, наоборот, хорошо на душе, что мог закрыть эти ее тревоги.
— Но я могу выбрать самую проверенную и надежную авиакомпанию, Тала, чтобы свести риски к минимуму, — заметил логично. — Ну и потом, — с какого-то ляда решил ее поддеть вдруг, чтоб встряхнуть и не дать загрузиться по новой, — если что, так зато сразу и вместе помрем, в один день, как говорится, и мучиться не будем, — подмигнул, подняв ее лицо пальцами за подбородок, чтоб донести бессмысленность и абсурдность этой тревоги.
А Тала отчего-то всем телом вздрогнула. И так вдруг глянула ему в глаза… Шуста до спинного мозга этим взглядом продрало! У самого озноб какой-то на затылке, волосы дыбиться стали. Да что за на***!
— Да…
И как-то рвано выдохнула, уронив голову ему на плечо, словно стержень из нее вытянули, или устала дико…
Шусту это все новой волной давления на виски пробило. НЕ понимал, что заставляло интуицию вскидывать голову и в воздухе, как волк носом по морозу поводить, словно привкус крови чуя…
Видел зверя пару раз, глаза в глаза с серым сталкиваясь, когда в родных лесах на охоту выбирался. Они с Гришкой любили на каникулах пропадать в ярах и холмах родного края. Потом стали с собой Стаса Гончаренко брать. Выгодный он был друг, у отца официальное охотничье ружье есть, которое Стас всегда мог стащить… Вот как-то раз и столкнулись лицом к лицу с одиноким волком… Разошлись тихо, мирно и с уважением.
Потом Шуст еще сам как-то засек, когда проверял кормушки, на всю жизнь запомнил повадки и волчий взгляд, от которого что-то в животе узлом сжалось так, что не продохнуть.
Вот такое чувство у него и сейчас от взгляда янтарных глаз Талы было. Дикое, иррациональное, жуткое… если допустить, что его, в принципе, что-то испугать может. Однако Шуст и сам давно заматерел по жизни настолько, что не хуже волка опасность нюхом чуял.
Только откуда, мать вашу?! Что не так было?! С какой долбанутой придури его так от простых слов испугавшейся полета девушки плющит?!
Окей, она не была сторонней ему. Эта девочка, которая сейчас горячими губами его шею обжигала, причем без всякого искуса же, а его телепает так, будто у шеста вздумала танцевать с раздеванием. Дурел от нее! Так что, наоборот, чересчур близкая, словно под кожу и мышцы пролезшая за эту неделю, в ДНК встроившаяся, меняющая его ядерные гены и коды.
Потому ли так остро реагировал на все, что еще было непонятно? Оттого ли «красным кодом» реагировал на обычный страх полетов, скорее всего, и вызвавший всю эту грустную философию и тоску во взгляде? Возможно…
Или чуйка все же трезвонила в колокола, призывая его обратить внимание на…
— На. Держите ваше шампанское. Должно успокоить…
Сам смотался, ты смотри, чай не барин. Услужил прям.
Глянул так, чтоб друг все понял и не глумился в душе особо, но и с благодарностью.
Тала в ответ на этот вопрос будто больше сжалась, он руками почувствовал, но посмотрела на Гришу ровно и прохладно даже. С достоинством, так правильней будет сказать… Как училка на двоечника, ага… Невольно заставив Шуста ухмыльнуться.
— Впервые лечу, не справилась со страхами и опасениями, — отозвалась тихо. А вот глянув на шампанское, покачал головой. — Спасибо, но алкоголя вообще не хочется, — даже не дернулась в эту сторону, пальцы в его рукав вцепились так, что скоро дыры засияют, сто процентов.
Пришлось Шусту, высвободив таки ладонь из ее волос, самому забрать, не выпуская все же свое чудо из объятий. Один поставил в подставку сразу.
— Давай, моя девочка золотая, пару глотков, отпустит. Гриша дело говорит, свой первый полет помнит явно, — ввернул, чтобы и у друга эту спесь сбить немного, и Талу расслабить, намекнув, что не ей одной в первый раз так херово было.
Алхимика тоже ему тогда пришлось виски отпаивать. Потому нечего тут зубами сверкать. Гришка хохотнул, признав, что да, занесло немного. И кивнул, уже иначе улыбнувшись Тале, искренней.