Ольга Горовая – Клеймо на душе (страница 30)
Юля вдруг отстранилась сама, отклонилась, посмотрев на него с каким-то недоумением и… злостью, что ли? Побледнела внезапно. Затрясло девчонку в его руках.
— Идиот! — вдруг крикнула, реально и со всей силой оттолкнув Дана в сторону.
Он разжал руки от неожиданности, еще не сориентировавшись.
— Ну и катись к своей… своей… — словно не в состоянии подобрать слова, вдруг закричала Юля. Ее даже зателепало всю. И румянец уже гневный, видно, как злится, не умеет еще скрывать ни фига. — К черту катись! Иди к давалке своей, дебил! — охрипла неожиданно Юлька.
Но тут же всхлипнула, прикусив губу, прижала руку ко рту. У него внутри все закаменело, от самого себя противно. И ее опять обнять охота до ломоты в руках.
Но Юля, резко развернувшись, выбежала из кухни, оставив и оторопевшего Дана, и свою кофту на полу, и нетронутый кофе.
Дурак, блин! Уже понял, что ляпнул не то… Ну кому по душе придется, когда такой поцелуй неудовлетворенностью в сексе с другой оправдывают? Даже если случайно и накрыло не теми эмоциями. Точно дебил…
Дан осознавал это все, вслушиваясь в топот злых Юлькиных шагов по лестнице. Дверью в комнату хлопнула так, что и на нижнем этаже стекла задрожали, кажется. А Богдан все стоял посреди кухни, пытаясь разобраться с каким-то непривычным и незнакомым комом из сексуального желания, притяжения, злости и раздражения одновременно. Где источник, что первопричина? Хрен поймешь, мля!
Где-то наверху Юлька прям закричала, словно выпуская ярость из себя, обиженно и зло, так, что Дан вздрогнул. Что-то бросила, судя по звуку падения.
Взяв свой кофе, он пошел на балкон, так поняв, что сладкого не дождется…
Ну и по фигу! Реально хотелось горечи. Достал сигареты, прикуривая на ходу.
От хорошего настроения этого дня не осталось и следа.
Глава 13
Юле казалось, что она сейчас взорвется! Лопнет от жгучей смеси обиды, расстройства, ярости и на Дана, и на эту его Марину…
Как он мог?!
А еще, от невыносимо мощного, совершенно неподконтрольного ей самой, бешенного желания, которое Богдан разбудил в ней своим поцелуем, алчными объятиями, взглядами, словно клеймо на ней ставящими, как та татуировка, что парень ей подарил.
Плечо, кстати, болело конкретно. Может, ощущения от злости усилились, конечно. Юля сейчас не смогла бы сказать, что ведет в этом урагане ее эмоций.
Но Дан… Как он мог?! Как посмел так ее поцеловать, так обнимать, а потом заявить, что это потому, что свою девушку хочет?!
Едва подумав об этом, Юля натуральным образом закричала.
Черт! Он ее бесил! Недоумок!
Аж ногами по полу лупанула, подпрыгнув. Ей надо было выпустить куда-то эту энергию и ярость! Не болела бы так рука, наверное, серьезно Дану вмазала бы.
Но как у него совести хватило?! Как додумался сказать подобное после такого поцелуя?!
У Юли было немного опыта, если честно, из-за танцев все не до того как-то, ведь нужно и учебу не запускать (одно из условий отца, когда тот согласился оплачивать ей хип-хоп), так что особо с парнями не повстречаешься. Нет, она целовалась пару раз, и даже вроде как «гуляла» с одним в девятом классе… Но ничем, ясное дело, это не закончилось. И поцелуи те… Сейчас у нее язык не поворачивался считать их чем-то, хоть отдаленно смахивающим на чувственность. Был еще Виталий, конечно…
Мысли о друге вновь заставили вспомнить о Дане, вызвав новую волну обиженной злости!
С чего он решил, что Юля встречается с Виталием? Ну да, друг приходил пару раз, провожал ее после танцев. И да, ей самой явно намекал, что хочет отношений. Так Юля же не соглашалась! Четко сказала, что не готова дружбу терять.
Но Дану об этом не рассказывала. Или он сам такой вывод сделал?
По правде сказать, ее сейчас такая злость пробивала, что попадись Виталий на глаза в этот момент — не то что согласилась бы встречаться, от секса не отказалась бы, а того и гляди, сама подтолкнула бы парня!
Но тут ее взгляд наткнулся на вазу, полную цветов… Стало просто дико обидно и… непонятно. Неужели действительно, делая это все для нее, Дан о своей Маринке думал? Или просто сейчас решил, что им не стоит в таком русле отношения развивать, пусть и очень хочется? А то, что и ему хотелось, Юля хорошо прочувствовала. И от этого становилось еще обидней и больнее.
Какие мысли у него в голове? Чем руководствуется?
Села на кровать, продолжая смотреть на подаренный им букет, подтянула под себя ноги, пытаясь как-то разобраться в этом вихре, бушующем сейчас в ее разуме. Но выходило откровенно плохо.
Родители всегда говорили, что неумение управлять эмоциями — бич Ким. Она обычно спорила, потому что в танцах это только помогало, позволяя выложиться и раскрыться так, чтоб всему залу свои чувства передать. Сейчас… было так больно, что она бы с удовольствием «прикрутила» интенсивность. Вот только не знала — как?!
Про девушку, с которой встречался Дан, всякие слухи ходили. Юля не то чтобы хорошо ориентировалась в среде его друзей, все же и возраст не тот, и компания до недавнего времени иная была. Но тем не менее что-то слышала за последнее время. Почему Дан на эти слухи внимания не обращает, не понимала. Хотя, что Юля вообще об отношениях знала? В том и дело, что ничего, так что разобраться сложно… Правда, она думала, что никому не понравится, если про твою девушку болтают, будто бы с кем угодно закрутить готова. Но Юля и не сказала бы, что Дан прямо помешан на этой Марине. Вот совсем иначе себе отношения представляла, когда чувства через край. Может, он с ней тупо ради секса? В этом, говорили, Марина была весьма умела.
В отличии от Юли… Блин! Возможно, она этим Дана и оттолкнула? Он понял, пока ее целовал, что Юля в сексе полный ноль и не в состоянии дать парню то, что Дан захочет?!
Голова едва не лопалась от мыслей. Грудь болела от обиды и вороха желаний, которые никак не стихали, а еще, от непонимания всего происходящего. Да и плечо добавляло мучений.
Обидевшись, казалось, на весь мир, Юля забилась в угол кровати, подумав, что это самый ужасный День рождения, который у нее когда-либо был. Ни фига прикольного в этом совершеннолетии! Даже знание о том, что теперь у нее есть тату, в данный момент не радовало!
Где бы ей силы взять?!
Юля тяжело выдохнула и придавила глаза пальцами, сдвинув очки, в попытке хоть как-то взбодриться и прояснить голову. Выходило из рук вон плохо. Собственно, как и последние три дня, с момента появления Дана на пороге ее кабинета. Дурдом какой-то!
На заднем фоне за ее спиной, продолжалось обсуждение. Вроде бы миролюбивое, а на самом деле, если вернуться на место Юли, то волоски на коже вставали дыбом, и тут же пробивала нервная дрожь, настолько накаленная обстановка! Потому она и не выдержала, сбежала «воду пить», хотя руки дрожали так, что опасно было брать стакан — расплескает же точно!
Два часа назад в офис приехал Ярик, и они все обсуждали график поставок. Ясное дело, Дан был здесь, как и каждое мгновение, казалось. Нет, он так и не позволил никому считать себя исполнительным директором, наоборот, настойчиво давал понять, что лишь помогает Юле. Дмитрий тоже больше не настаивал. А у Юли уже просто не хватало выдержки.
Еще и визиты Ярика, ставшие ежедневными… Словно оба эти мужчины поставили себе задачу взять ее измором! И, нельзя не признать, что «изморить» ее у них получалось.
Юля себя невротичкой ощущала! Как еще не орала на всех вокруг? Учитывая, что и с желанием закурить пыталась бороться. Таблетки, кстати, помогали очень даже неплохо, и Дан ей еще полную упаковку принес вчера… Легче, правда.
Вот только Дан эти три дня словно решил от нее и на шаг не отходить… Не то чтобы преследовал, но и все время оказывался рядом: то нужно было документы сверить (и не врал, нужно); то обедать звал в ближайший ресторан, а когда Юля отказывалась, не обращая никакого внимания на ее упорное желание его избегать, заказывал обед в офис и приходил со всеми этими коробками в ее кабинет… Отказаться от еды, когда все так вкусно пахло и буквально заставляло ее облизываться, было во сто крат сложнее. Дан слишком хорошо ее знал! И нагло использовал любой шанс.
Но и Юля не велась на его маневры. Точнее, от обеда не отказывалась (блин, ну не хватало ее по утрам на то, чтобы еще и завтрак готовить, ночами уснуть не могла, стараясь Дана же из головы и выкинуть!), но вот разговор не поддерживала ни в какую, да и, в принципе, общались с ним исключительно на рабочие темы. Глупая тактика, Юля себя также в восемнадцать вела, и тогда это было чистым подростковым бунтом. Можно же поумнеть за годы… А оно не получалось. Оказалось вдруг, что в душе такая обида на него живет, что слова не выдавить, только гадостей наговорить хочется, когда видит постоянно рядом, уколоть побольнее, на виду у Дана с Яриком по телефону поболтать ни о чем…
И при этом же на многое готова была, лишь бы Дан и дальше рядом оставался. Вдруг вспомнила, какое это блаженство, когда он около нее: обернись, и обнять можно, прикоснуться, любоваться столько, сколько душе угодно!..
Хотя Юля не касалась, заявляла же, что бросила его окончательно и бесповоротно. Что самому Дану, впрочем, совершенно не мешало ее постоянно приобнимать, «поддерживать», становиться за плечом, когда документы изучали. Чертяка! Ведь шикарно знал, как на нее его близость влияет! Доставали друг друга оба, играли на нервах, изучая пределы и границы выдержки. Атмосфера между ними словно накалялась все сильнее с каждым днем, с каждой минутой, проводимой вместе. Вот-вот искрить начнет. Взорвется же!