Ольга Герр – Невеста в бегах (страница 4)
– Посмотри в своей тетради, – попросила я.
Лора приподняла матрас и достала из-под него увесистый фолиант в кожаном переплете. Зашелестели страницы – подруга искала Илая Марлоу. Она дважды просмотрела тетрадь от корки до корки, но ничего не нашла. Наивно было надеяться, что все будет так просто.
– Сведения о Высших сложно достать, ты же знаешь, – вздохнула Лора. – У меня ничего нет о нынешнем князе Марлоу.
Я опустила плечи. Не повезло. Но тут меня осенило. Все дело в словах Лоры. Она сказала: о
– А как насчет предыдущего князя Марлоу? – спросила я. – Есть что-то о нем в твоей тетради?
– Отличная идея, – кивнула Лора и снова зашуршала страницами.
Через пару минут она, победно улыбаясь, подняла на меня взгляд. Я аж дышать перестала в ожидании ответа, но Лора как назло тянула эффектную паузу.
– Да говори уже! – не выдержала я.
– У меня есть копия похоронной хроники, – сообщила она. – Предыдущий князь умер четыре года назад. В статье сожалеют о том, какого великого мага потеряла империя. Но главное – там упоминается его личный дар.
Да, именно таким способом Лора добывала большую часть информации – читала хроники. В том числе похоронные. Я частенько заставала ее за этим занятием. Прежде мне это казалось жутким – читать о смертях других людей. Но кто бы подумал, что это так полезно!
– И каким был его дар?
– Анимансия, – выдохнула Лора и умолкла.
Глаза подруги многозначительно округлились. Мои наверняка тоже. В келье на долгое время установилась тишина.
– Ты же знаешь, что это такое? – уточнила Лора, видя, что я продолжаю молчать.
Я кивнула. Еще бы нет. Речь идет о манипуляции душами – опасном, на грани запрета даре. Но первому советнику императора позволено все. Даже владеть столь сомнительной магией. Возможно, именно из-за нее императоры из поколения в поколение приближают к себе магов из княжеского рода.
Итак, Илай Марлоу видит души людей. То, что сокрыто от других. Так называемую истинную сущность. Мне не показалось, этот его жуткий взгляд хищника – попытка заглянуть внутрь меня. Недаром я ощущала давление извне. Пока я стояла в зале, ничего не подозревая, мою душу изучали и препарировали.
Но только этим дар анимансии не ограничивается. Такой маг в состоянии призвать душу умершего и воздействовать на душу живого. Я передернула плечами. Грозный, темный дар. И мне предстоит выносить дитя с подобной магией!
– Ох, – заволновалась Лора, – настолько сильная магия крайне плохо приживается. Здесь написано, что у прошлого князя было аж три нарите. Две погибли, и лишь третья смогла выносить ребенка.
Я сглотнула ком в горле. Почему я не удивлена? Вечно мне везет. Из всех магов империи мне достался именно тот, чья магия коварнее всего.
Сейчас бы повалиться обратно на кровать и закрыть голову подушкой. Не трогайте меня, я в домике. Только это не поможет. В какую раковину я не спрячусь, меня все равно из нее выковыряют и заставят исполнять свои обязанности.
Как же серьезно я влипла!
Глава 6. О магической метке
В дверь постучали и, не дожидаясь разрешения, открыли. Это была старшая смотрительница. Она одна входила в кельи девушек как к себе домой. Стук в ее случае всего-навсего дань вежливости.
– Лорелея, – обратилась ко мне смотрительница, – ты еще не начала собираться? Тебя забирают уже завтра утром.
– Так рано? – мое лицо вытянулось. Куда князь торопится? Обычно девушкам дают несколько дней на сборы. Но Высшему явно не терпится заполучить меня. Он как будто боится, что меня отнимут.
– Договор составлен, осталось только его подписать, – пожала плечами смотрительница. – Чего тянуть?
Я кивнула. И правда, нечего.
– Я выбила для тебя хорошие условия, – похвасталась смотрительница. – Приличное вознаграждение твоей семье перечислят еще до обряда магического зачатия, не дожидаясь рождения наследника.
Я снова кивнула. Способность говорить покинула меня.
Смотрительница явно в курсе личного дара князя и понимает, чем мне это грозит. Как иначе объяснить получение вознаграждения заранее? Для этого есть только одна причина – желание обеспечить семью нарите на тот случай, если она погибнет во время обряда.
Что ж, по крайней мере, в случае моей смерти от магии Высшего родные не будут ни в чем нуждаться. Вознаграждают нарите всегда щедро. Официально это называется не платой за работу, а благодарностью за помощь империи.
Именно из-за вознаграждения я переживала, что меня не выбирают. Моей семье отчаянно требуются средства. Младшие братья и сестры голодают, и я единственная, кто в состоянии это исправить.
– Завтра на рассвете за тобой приедет карета, – сказала смотрительница. – К этому времени ты должна быть готова.
Я кивнула в третий раз. Вот такая я сегодня необщительная. Не единожды на моих глазах выбирали других девушек, и я была среди тех, кто провожал их. Вроде должна привыкнуть. Но, когда это коснулось лично меня, я оробела. А тут еще князь… с его жутким даром, светящимися глазами и невероятной харизмой. Почему это не мог быть кто-то другой? Кто-то менее опасный и привлекательный.
– Идем со мной, – смотрительница кивнула на дверь. – Тебе надо поставить подпись под договором.
Ох, я совсем об этом забыла. Это означало, что мне предстоит снова встретиться с князем и с его женой. Даже не знаю, кто из них пугает меня больше.
Но выбора у меня нет. Этой привилегии нарите лишены. Так что я послушно встала и вслед за смотрительницей поплелась в ее кабинет, где нас ждала супружеская чета Марлоу.
Княгиня одарила меня неприязненным взглядом и отвернулась. Чую, у нас будут еще те отношения. Впрочем, причинить мне физический вред она не посмеет. За это грозит трибунал. Нарите неприкосновенны. А вот нервы она мне точно подпортит. К гадалке не ходи.
Князь поприветствовал меня кивком. Я думала, он этим ограничится. Маг не обязан общаться с нарите. Но мужчина вдруг заговорил со мной:
– Каким будет твое желание, моя нарите?
Я впервые услышала голос князя. Не думала, что он произведет на меня такое впечатление. Прежде я не обращала внимания на мужские голоса, но этот… глубокий, низкий, с легкой хрипотцой как будто резонировал внутри меня, вызывая дрожь во всем теле.
Сыграло роль и то, как он меня назвал – моя нарите. Вроде просто обозначил мой статус, но прозвучало это так нежно и даже интимно, что я невольно покраснела.
Мне понадобилось время, чтобы прийти в себя и сообразить, что вообще-то Высший обращался ко мне.
Ах да, желание. Каждая нарите в день, когда ее выбирают, имеет право на одну личную просьбу. Она может попросить мага о чем угодно. Обычно девушки просят что-то из драгоценностей. Но зачем мне кольцо или браслет? Куда я буду их носить? А продать их нельзя. Личные дары мага своим нарите неприкосновенны.
Князь ждал ответа, а мне как назло ничего путного не шло в голову. Нервничая, я неожиданно для всех ляпнула:
– Хочу сад.
Князь моргнул. Снова в глубине его зрачков мелькнуло недоумение. Удивлять Илая Марлоу входило у меня в привычку.
– Сад? – переспросил он.
Княгиня фыркнула:
– Ничего так запросы у девчонки из пригорода.
Я покраснела еще гуще. Смотрительница рассказала о моей семье, и княгиня не упустила шанса уколоть меня.
Ну уж нет, если сейчас дам слабину, она все одиннадцать месяцев будет вытирать об меня ноги. Я расправила плечи и добавила жесткости голосу:
– Я прошу, чтобы окна моих покоев в вашем доме выходили на сад, – пояснила я. – Я люблю природу, она меня успокаивает.
Это было чистой правдой. Я привязалась к саду во Дворце и проводила там все свободное время. Если по чему и буду скучать, так это по нему.
– Я понял, – кивнул князь. – Посмотрим, что можно сделать.
– Но мы не станем перестраивать дом по ее капризу! – возмутилась княгиня.
Высшему хватило одного взгляда, чтобы она захлебнулась собственной желчью. Все в кабинете ощутили давление его ауры власти. Огромной, практически безграничной. Он явно привык командовать и ждал от всех вокруг беспрекословного подчинения.
– Прочти и подпиши договор, Лорелея, – смотрительница указала мне на бумаги.
Я шагнула к столу, взяла лист в руки, но, сколько не вчитывалась, не могла понять ни строчки. Рука с листом дрожала, и буквы плясали перед глазами. В конце концов, я решила положиться на смотрительницу. Она всегда заключает выгодные для девушек договора. Пока у нее не было ни одной осечки.
Единственное, что я сделала – нашла, где прописано вознаграждение для моей семьи. Да, смотрительница не зря хвасталась. Сумма была приличной. Мама сумеет правильно распорядиться средствами, их надолго хватит. Даже в случае моей гибели родные не пропадут.
– Где поставить подпись? – спросила я. Опыта у меня не было. Договор я подписывала впервые.
– Вот здесь, – смотрительница протянула мне перо, и я расписалась в указанной графе.
Затем договор перешел к князю, и он поставил свою размашистую подпись. Надо же, у него почерк и тот образцовый. Каллиграфический. Ох уж эти аристократы-снобы, во всем они идеальные.
– Осталось последнее, но не по важности, – сказала смотрительница. – На тебе должны поставить метку, Лорелея.