Ольга Евтушенко – Дневник о-пэр девочки (страница 3)
– Оля, если ты мне подруга – ты должна быть рядом в этот день. Я одна тут, совсем. Понимаешь?
– Я бы с радостью… но не смогу. У меня работа. Командировка в колхоз, лизинг, бюджет, куча срочных писем. Всё горит…
– Оль, ну пожалуйста…
– И билеты до Германии – это мои ползарплаты. А ведь ещё надо где-то жить, что-то есть. Это просто не по карману. Прости, Юля…
Она замолчала на секунду, а потом выпалила:
– Не думай о деньгах! Я всё уже придумала! Ты приедешь и будешь жить в Германии целый год. Совершенно бесплатно. Познакомишься с интересными людьми, поездишь, посмотришь страну, подтянешь язык. И, конечно, будешь на моей свадьбе.
– Бесплатно? Ты о чём?
– Станешь au pair. Как я.
– Юля… не обижайся, но нет. У меня здесь всё устоялось. Рабочее место, стабильность, свои обязанности… Я не могу взять и всё перечеркнуть.
– Просто пообещай, что подумаешь. Пожалуйста.
В её голосе звучала такая искренняя мольба, что отказать я не смогла.
– Ладно, Юль… Обещаю подумать. Пришли мне на почту свой этот гениальный план. Сейчас не могу говорить – у нас тут совещание.
Коллеги в этот момент как раз вступили в особенно жаркую стадию обсуждения личностей российских футболистов, и мат в три этажа мешал сосредоточиться.
Юлино письмо пришло почти сразу. В нём было всего два слова:
«Программа Au Pair»
Я колебалась. Посмотрела на кипу незаполненных бланков. Вдохнула московский «офисный дух».
Потом медленно ввела в поисковик:
«Опэр. Германия. Как уехать».
И… прыгнула в кроличью нору.
Глава 6. Германский кандидат
«Что такое программа Au Pair?» – начала я искать в Сети.
Я усмехнулась и закрыла сайт. Менять стабильную жизнь и только что начавшийся карьерный взлёт на статус «как бы старшей сестры»? Спасибо, нет.
Но всю ночь мысль о Германии не давала мне заснуть. На рассвете я уже знала: хватит. Хватит московской серости, пробок, моих потухших глаз в зеркале. Любимого нет и не предвидится. На зарплату квартиру не купишь, а на счастье не остаётся времени.
Заработать деньги время ещё у меня будет, а вот возможность поменять свою жизнь может больше и не представиться.
Если не сделаю шаг сейчас – то вдруг потом буду всю жизнь жалеть?
И я с головой окунулась в новую идею.
Юля, узнав о моём решении, радостно взвизгнула и развернула бурную деятельность. Разослала моё резюме по агентствам, сама вела переписку с немецкими семьями как личный PR-директор. Через две недели она с торжеством позвонила:
– Я нашла Его!
– Кого? – насторожилась я.
– Идеальный вариант! Богатый вдовец, мальчику восемь лет. Он точно в тебя влюбится, вы поженитесь, и мы с тобой будем жить рядом. Как в детстве!
– Немцы меня не интересуют, – отрезала я. – Вот бы русского миллионера – это другое дело.
– А ты не зарекайся. Влюбишься. Если не в него – так хоть страну повидаешь. На моей свадьбе погуляешь, наконец. Оль, ну приезжай!
– А заниматься-то чем предстоит?
– Да фигня: с мальчишкой мячик попинать, в школу отвести, уроки глянуть. Ни работы, ни ответственности. Просто живёшь в семье. Карманные – 200 евро. И, возможно, машину дадут – у них их несколько. Будешь на выходных ко мне кататься!
Я почти заразилась Юлькиным энтузиазмом, но что-то ёкнуло внутри.
– Юль, ты ведь сама жаловалась, как тебе тяжело жилось в немецкой семье…
– Ну, у меня была хозяйка. Стерва ещё та. А у тебя – мужик. С ним проще. Поймёшься и построишь, как своих мужиков в тракторном отделе.
– Ладно, – сдалась я. – Пиши своему немцу, что я согласна.
Через пару дней раздался телефонный звонок.
–
Меня тут же бросило в жар. Благодаря Юлиной настойчивости мысль о том, что одинокий папа – это потенциальный принц, уже успела прижиться в моей голове.
– Привет, – сказала я, слегка обалдев. –
– Мне очень понравилось твоё письмо, – прошелестел голос в трубке.
–
Судя по всему, с её стороны письмо вышло весьма… вдохновляющим. Возможно, даже романтичным.
Несколько минут он говорил что-то, а я, опираясь на свой забытый школьный немецкий, вставляла одобрительные «угу», «я, я», «натюрлих». Он остался в полном восторге от моего «владения языком».
Настолько, что тем же вечером агентство прислало мне все документы для оформления визы.
Я уволилась с работы. Хозяин фирмы, пожилой немец, был потрясён. Он обещал повышение, прибавку, перспективы – но я осталась непреклонна.
Меня ждала Германия.
Меня ждал… э-э-э… как его зовут? Неважно. Главное – любовь с первого взгляда, штрудели по утрам и счастливая жизнь под звуки Баха.
Родители были ошарашены
– Мамочка, – пыталась я их убедить по телефону, – я увижу Германию, выучу язык, поживу среди немцев!
– Доченька, каждый мечтает увидеть мир… Но как ты там одна, в чужой стране?
– Я не одна. Я же с Юлей! Мы с пятого класса вместе! Я у неё на свадьбе побываю. А вдруг это моя судьба? Вдруг это мой счастливый лотерейный билет?
Я не заразила их энтузиазмом, как Юля меня. Но они сдались.
– Ну что ж, – вздохнули мама с папой. – Поезжай.
Глава 7. Билет в один конец
Сборы были недолгими. Я взяла с собой только самое необходимое – вещей на пару месяцев. Дальше в будущее не заглядывала. Да и не тревожило оно меня: немецкий «принц» с фотографии выглядел мило, а разница в возрасте – не то препятствие, которое нельзя преодолеть. Ребёнок меня не пугал. На пути к счастью дети – не помеха.
Подруги подарили мне на дорожку эротическое бельё, с характерным напутствием: «Везёт тебе. Такого принца отгребёшь…»
Но, если честно, это они мечтали о заморских принцах. А мне хотелось одного – сбежать. Сбежать от офисной серости. От вечеров в пустой съёмной квартире, где даже телевизор звучал эхом одиночества.
Иногда казалось, что меня медленно и тихо сжирает депрессия. Неужели это моя судьба: трактора, командировки в колхозы, пыльная контора, сырок в тумбочке и разговоры о лизинге?
Нет. Я ещё хочу жить.
Сомнения, конечно, были. Деньги… Всё-таки у меня была стабильная работа. Могла позволить себе отпуск, приличную одежду, у родителей давно не брала ни копейки, а им старалась помочь. А Au Pair – это ведь не работа. Это не пойми что. Но я решила: попробую – потом вернусь. Попутешествую, повидаю, язык подтяну. Москва подождёт.
Ставку на брак или любовь с первого взгляда я не делала. Влюбляюсь редко, но сильно. Если зацепит, то в самое сердце: до стихов по ночам и слёз в подушку. Во всех остальных случаях я – стерва. Делаю только то, что мне выгодно. Да и вообще, я патриотка. Уверена: лучше наших мужчин нет. Немцы? Не впечатляют.