Ольга Елютина – Сказки старого дуба,или память о доброй принцессе Рамонской (страница 1)

Ольга Елютина

Сказки старого дуба,или память о доброй принцессе Рамонской

Персонажи

Принцесса Евгения Максимилиановна Ольденбургская (Эжени) — добрая, деятельная, любит природу и людей.

Принц Александр Ольденбургский — мудрый, поддерживающий супругу.

Местные жители Рамони — крестьяне, рабочие фабрики, дети — как коллективный персонаж, благодарный за заботу принцессы.

Животные имения (корова породы Ольденбургской, дворцовый кот, лебеди в пруду) — как рассказчики и свидетели событий.

Глава 1.Приезд принцессы

Раннее утро окрасило небо в нежные персиковые тона, когда поезд медленно подошёл к станции Рамонь. Принцесса Эжени прижалась лбом к холодному стеклу, вглядываясь в незнакомые пейзажи. За окном проплывали густые сосновые леса, серебристая лента реки Воронеж блестела на солнце, а на холме виднелся силуэт старого дома с покосившимися ставнями.

— Александр, посмотри! — она обернулась к мужу. — Здесь так тихо и красиво. Но всё такое неустроенное.

Принц улыбнулся, поправив её выбившуюся прядь:— Именно поэтому мы здесь, Эжени. Чтобы сделать это место счастливым.

На перроне их уже ждали. Крестьяне в домотканых рубахах держали вышитые полотенца с караваями, дети робко выглядывали изза спин взрослых. Когда принцесса вышла из вагона, маленькая девочка в синем сарафане протянула ей букет полевых ромашек. Эжени присела на корточки, взяла цветы и шепнула:

— Спасибо, милая. Обещаю, у нас будет самый красивый сад, где таких ромашек будет тысячи.

Старик с седой бородой, видимо, староста деревни, выступил вперёд:— Добро пожаловать в Рамонь, ваше высочество. Пусть ваш дом будет крепок, а сердце — спокойно.

Эжени улыбнулась ему так тепло, что старик смущённо потупился, а дети за его спиной захихикали.

Дорога к усадьбе шла через деревню. Эжени с интересом разглядывала домики с резными наличниками, женщин у колодцев, играющих детей. Возле одного двора стояла женщина с ведром и смотрела на них с тревогой.

— Мама, смотри — принцесса! — закричал мальчуган лет пяти, указывая на Эжени.

Женщина покраснела и поклонилась, но принцесса остановила коляску и подошла к ней:

— Как тебя зовут, малыш?— Ваня, — шёпотом ответил мальчик, прячась за мамину юбку.— А это твоя мама? — Эжени присела на корточки. — Как чудесно, что вы вышли нас встречать. Может быть, Ваня, ты покажешь мне лучшие места в Рамони?

Мальчик вытаращил глаза, а его мама всплеснула руками:— Ваше высочество, он же ребёнок, что он может

— Зато он знает самые вкусные ягоды и самые красивые цветы, — подмигнула Эжени. — Договорились, Ваня?

Мальчик кивнул, краснея от гордости.

Усадьба встретила их тишиной и запустением. Старый дом с облезлой краской, заросший парк, разбитые дорожки. Эжени медленно обошла двор, коснулась рукой шершавого ствола старой яблони.

— Здесь будет красиво, — тихо сказала она. — Обязательно будет.

В доме пахло пылью и старыми вещами. Слуги, приехавшие заранее, пытались навести порядок, но работы было непомерно много. Эжени поднялась на второй этаж, открыла окно в одной из комнат. Отсюда открывался вид на реку и леса до самого горизонта.

— Александр, — позвала она мужа. — Смотри, какой вид! Отсюда будет видна вся Рамонь.

Принц встал рядом, обнял её за плечи:— Ты уже придумала, что здесь будет?

— Конечно, — глаза Эжени загорелись. — Вот здесь — моя мастерская, где я буду рисовать планы сада. Рядом — комната для детских занятий. А вон там, у окна, поставим большой стол для чаепитий. Представляешь, как здорово будет пить чай и смотреть на закат над лесом?

Вечером, когда первые звёзды зажглись на небе, во дворе разожгли костёр. Эжени настояла, чтобы крестьяне пришли к нему — не как слуги к господам, а как соседи.

— Расскажите мне о Рамони, — просила она, грея руки у огня. — Что здесь любят, чего не хватает, о чём мечтают?

Старик-староста, которого звали дед Матвей, прокашлялся:— Да чего уж Мечтали мы, чтоб кто-то обратил на нас внимание. А то живём тут, как в забытом углу. Школа у нас одна на три деревни, больница — в соседнем уезде, а фабрика закрылась ещё до моего рождения.

— Значит, будем всё это строить, — решительно сказала Эжени. — Сначала школу, потом больницу, а потом и фабрику новую откроем. Хотите?

Крестьяне переглянулись. Ваня, который стоял рядом с мамой, громко выкрикнул:— Хочу!

Все засмеялись, и напряжение, висевшее в воздухе, рассеялось.

— А что делать будем на фабрике? — спросил кто-то из мужчин.

— Конфеты! — неожиданно для самой себя выпалила Эжени. — Будем делать самые вкусные конфеты во всей России. И называть их будем «Рамоньские сладости». Согласны?

— Согласны! — подхватили голоса.

Дед Матвей покачал головой:— Ну и дела Принцесса, а вы с характером!

— Просто я верю, что счастье начинается с маленьких радостей, — улыбнулась Эжени. — А что может быть радостнее, чем вкусная конфета?

Кот, неизвестно откуда взявшийся, тёрся о её ноги. Эжени наклонилась и погладила его:— И ты будешь жить здесь, да? Будешь следить, чтобы всё было в порядке?

Кот мурлыкнул в ответ, будто согласился.

Позже, когда все разошлись, а Александр ушёл проверять хозяйственные постройки, Эжени осталась одна у догорающего костра. Она смотрела на искры, улетающие в ночное небо, и представляла, как изменится это место.

«Здесь будут цветы, — думала она. — Много цветов — пионы, розы, лилии. Дети будут учиться в светлой школе, рабочие — получать хорошую плату на фабрике, а по вечерам люди будут гулять в парке и радоваться жизни».

Она обернулась на дом. В окнах уже горели свечи, слуги заканчивали уборку. Где-то в саду пели соловьи, а река тихо шумела за деревьями.

— Мы сделаем это, — прошептала Эжени. — Мы обязательно сделаем Рамонь счастливой.

Вернувшись в дом, она поднялась в свою комнату и подошла к окну. Луна освещала парк, и в её свете очертания старых деревьев казались волшебными. Эжени взяла бумагу и карандаш и начала рисовать — сначала контуры будущего сада, потом аллеи, пруд, беседку

Александр тихо вошёл в комнату и остановился за её спиной:— Что это?

— План, — улыбнулась она. — План того, как мы изменим это место. Смотри — здесь будет розарий, тут — детская площадка, а вдоль реки проложим прогулочную дорожку.

Он внимательно рассматривал набросок:— Ты действительно веришь, что это получится?

— Конечно. Ведь у нас есть самое главное — желание сделать людей счастливее. А остальное приложится.

Она зевнула, внезапно почувствовав, как устала за этот длинный день. Александр накрыл её плечи шалью:— Пора спать. Завтра будет новый день и новые дела.

— Да, — согласилась Эжени. — Завтра мы начнём преображать Рамонь.

Она задула свечу, и комната погрузилась в темноту. Только лунный свет проникал сквозь окно, освещая набросок на столе — первые очертания волшебного сада, который должен был появиться здесь совсем скоро.

За окном, в парке, старый дуб шелестел листьями, будто шептал: «Добро пожаловать домой, принцесса. Мы ждали тебя».

Глава 2.Первое строительство

Утро в Рамони началось с птичьего гомона и звонкого стука молотков. Эжени проснулась от непривычных звуков и улыбнулась: работы по обустройству усадьбы наконец начались. Она подошла к окну и увидела, как рабочие расчищают двор, таскают доски, а садовник уже размечает колышками будущие клумбы.

— Александр, посмотри! — она позвала мужа. — Всё оживает!

Принц подошёл, обнял её за плечи:— Да, теперь это место действительно начинает дышать. Но нам нужно решить главный вопрос — как будет выглядеть наш новый дом.

Эжени кивнула и взяла со стола папку с эскизами:— Я пригласила архитектора из Петербурга. Он должен приехать сегодня. У меня есть несколько идей

Она развернула листы. На одном был изображён дворец в стиле барокко — пышный, с колоннами и лепниной. На другом — строгий замок с башнями. Но третий рисунок отличался от остальных: уютный дом в староанглийском стиле, с башенкой, большими окнами и увитой плющом террасой.

— Вот этот, — указала Эжени. — Он такой домашний. Как будто создан для того, чтобы в нём жили счастливо.

Александр внимательно рассмотрел эскиз:— Мне нравится. Он не кричит о богатстве, но выглядит благородно. И хорошо впишется в пейзаж.

В полдень прибыл архитектор — высокий господин в чёрном сюртуке и пенсне. Он разложил свои чертежи на столе в гостиной, где теперь кипела жизнь: слуги протирали пыль, маляры белили стены, а Ваня с другими детьми таскали вёдра с водой.

— Ваше высочество, — начал архитектор, — я подготовил несколько вариантов. Вот классический стиль

— Простите, — перебила его Эжени, — но я уже выбрала. Посмотрите, пожалуйста, на мой эскиз.

Господин в пенсне надел очки, всмотрелся в рисунок и неожиданно улыбнулся:— О, превосходный выбор! Этот стиль очень гармоничен. Он сочетает уют и благородство. Я с радостью возьмусь за работу.