Ольга Дзюба – В Интернете снега.net (страница 5)
Лена торопила:
— Ну, идем! Нас уже ждут.
— Это тебя ждут! — вырвалось у Насти. — А меня не ждут. И все. Пока!
Она повернулась и пошла домой. Услышала, как Лена вслед растерянно сказала:
— Но ведь ждут, чего ты! Настя!
Но девочка не оглянулась. Опять ей хотелось плакать. Конечно, надо хотя бы объяснить Лене, что хуже нет, когда ты — третий лишний, а еще, что у нее сейчас так все запутано с делами, что надо поскорее с ними разобраться, пока они не стали совершенно безнадежными. И это при том, что только вчера она узнала, что Андрей ее не любит, поэтому ей будет просто невыносимо смотреть на то, как счастливы могут быть другие. Но она боялась, что если станет все это объяснять подружке, то разревется прямо на улице.
Лена еще что-то кричала ей вдогонку, но Настя изо всех сил удерживала в глазах закипающие слезы и от этого не смогла ничего разобрать.
Ладно. Вот завтра встретится с ней в школе, там и поговорит, и все и объяснит.
Неожиданно Насте пришло в голову, что про Лешку она тоже так думала — мол, позвонит, объяснит, расскажет… И что вышло? Может, и с Ленкой так же получится — придут они завтра в школу, а подружка на нее и смотреть не захочет?
Ну почему все так получается!
Дома Настю встретили две крыски, которые метались по клетке как сумасшедшие.
— Вам-то что надо? — с досадой сказала Настя, и тут же Крыся подбежала к поилке и демонстративно загремела металлическим шариком в ее носике — пусто!
Насте стало стыдно — вот, забыла зверятам воды налить и еще шумит на них. Они-то в чем виноваты? Девушка бросила сумку на пол, сняла поилку с клетки и пошла наливать воду. Когда вернулась, обе крыски сидели у стенки и нетерпеливо поводили мордочками. Видимо, жажда замучила. И когда Настя пристроила поилку к стенке — даже еще не успела прикрепить, а просто просунула носик сквозь прутья, — обе кинулись пить, отталкивая друг друга.
Пока они пили, Настя вытащила из клетки кормушку. Обычно в этом случае Крыся кидалась к дверце, пытаясь выбраться на прогулку, но сейчас даже не заметила, что путь свободен.
Настя от раскаяния насыпала им двойную порцию, потом поставила кормушку обратно, закрыла дверцу и немного посидела рядом с клеткой. Смотрела, как Крыся, напившись раньше маленькой подружки, подбежала к кормушке и ухватила самую крупную семечку. Немного погодя к ней подбежала и Дуся и тоже принялась есть. Они забавно держали семечки в лапках и торопливо обгрызали их, бросая скорлупки на дно клетки.
— Надо бы опилки сменить, — запоздало вспомнила Настя. Но не сейчас — незачем их тревожить, пусть едят. И так настрадались сегодня.
А пока придется исправить все, что успела натворить. Ох, как это тяжело — налаживать треснувшие отношения! Настя нерешительно посмотрела на телефон, вздохнула и набрала Лешкин номер.
Занято!
— Да что же это такое! — возмутилась она. Правда, в глубине души обрадовалась, что звонок не получился: есть время подумать, как все объяснить.
А может, он в Интернете? Почему бы и нет? Надо посмотреть в чате — вдруг там сидит? Настя обрадовалась: идея помириться по Интернету ей понравилась. А что? Даже по телефону о некоторых вещах трудно говорить, зато в чате совсем несложно сделать вид, что ничего не произошло. Иногда лучше всего сделать вид, особенно когда сама во всем виновата…
Правда, вчера она тоже думала, что он там, и не смогла найти. Но вдруг сегодня получится.
И Настя отправилась в Интернет.
Сеть — это огромное пространство. И очень необычное. Там можно найти того, кто сейчас находится на другом конце земного шара, и никогда не встретиться с тем, кто живет в соседнем доме. Зато если ты случайно столкнешься с человеком на улице, тебе и в голову не придет с ним знакомиться. А вот Интернет — другое дело.
Многие там работают. Например, сетевыми администраторами или еще кем-то. Очень часто народ ходит туда за информацией. Сама Настя не раз забегала — скачать реферат или статью из энциклопедии. Там покупали и продавали, узнавали новости и играли в сетевые игры. Но Настя была абсолютно убеждена, что в основном Интернет нужен, чтобы общаться. Неважно как: продать ли щенка, посидеть в чате или сделать собственную страничку, а потом ждать, что кто-то на нее зайдет и поделится впечатлениями, — все это по одной причине — разделить с кем-то свое одиночество.
Она листала знакомые странички одну за одной, но Лешки не видела нигде. Совершенно непонятно! Где же он может быть? Вдруг, все-таки сменил ник, и теперь она не сможет его узнать, даже если встретит?
Ну и ладно. Не хочет и не надо. Все равно она завтра в школе с ним опять увидится, вот тогда и поговорит. Непременно! А сейчас надо проверить почту — так, на всякий случай! — и за уроки…
Глава IV
ПРОБЛЕМЫ, ПРОБЛЕМЫ…
За окном ложится синий вечер, тетрадка по геометрии открыта, но на странице кроме номера задания, ничего не написано. Настя сидит и задумчиво смотрит на клетку с крысками — они уже укладываются спать.
Надо же, а он ей ответил! Тот, кому она вчера послала письмо. Он сказал, что в «Сибирь» играл, игра замечательная, и скоро выходит новая игра этой же фирмы. Но какая — не сказал. Так что пришлось Насте — исключительно из вежливости, а не из любопытства, как могли бы многие подумать! — написать ему ответное письмо и спросить, как же называется эта новая игра. А заодно она поинтересовалась, какую музыку он любит.
Про музыку он ничего не ответил, а вот название квеста написал — «Post Mortem». Заодно спросил, не играла ли она в «Седьмого гостя», а если да, то как ей понравились загадки.
До позднего вечера Настя время от времени проверяла почту, находила там новое письмо, отвечала, а потом вообще перестала закрывать окно — переписывалась, пока не пришли с работы родители.
Только тогда Настя вышла из сети и попыталась заняться уроками. Но у нее не слишком-то получались упражнения и задачи. Она пробовала вчитываться в задание, а перед глазами плыли строчки его писем. Настя знала про собеседника уже немало — что он работает web-дизайнером в сети, что читает фантастику, что у него когда-то, давным-давно, жил необыкновенно красивый мраморный дог, но потом пес пропал и так и не нашелся.
Удивительно, как быстро они нашли общие темы для разговора! Пока Настя не спрашивала, сколько ему лет, да и он тоже не интересовался ее возрастом. Зачем? И без этого неплохо. По крайней мере, Насте казалось, что ему интересно.
— Ты скоро спать ложишься? — заглянула мама.
Настя вздрогнула и посмотрела на нее.
— Что с тобой? — удивилась та и подошла поближе. — Не заболела?
— Нет, я так, задумалась, — пояснила Настя и перевела взгляд на стол: там все еще лежала открытая тетрадь по геометрии — на завтра заданы две задачки, а еще надо русский делать и химию. — Сколько времени?
— Почти одиннадцать, — ответила мама и посоветовала. — Не засиживайся долго, завтра не встанешь.
И ушла.
Ничего себе — одиннадцать! Это сколько же она вот так просидела? Ой-ой-ой, надо торопиться, а то и в самом деле утром проспит. И Настя, вздохнув, занялась уроками.
…Он занимался сайтом и каждые пять минут заглядывал на почту — нет ли нового письма? Эта игра захватила его. Удивительно, но когда вчера он отвечал незнакомой девушке, то и не думал, что это так его увлечет.
Странно, почему он решил ответить на случайное письмо? Оно чем-то его зацепило. Трудно сказать чем. Может, тем, что девушка искренне хотела помочь незнакомому собеседнику? А может, еще чем-то?
Он не стал писать, что она ошиблась адресом. Просто сказал, что «Сибирь» нравится и ему. А потом вставил фразу о новой игре этой фирмы: отчего-то вдруг захотелось, чтобы эта девушка написала ему еще раз.
Правда, он не слишком на это рассчитывал.
Но сегодня, когда зашел в Интернет, первым делом заглянул на почту — на всякий случай, — а там оказалось ее письмо!
Он сам не знал, почему так обрадовался. Неужели соскучился по общению? Смешно — уж чего-чего, а общения у него на работе хватало!
Раздумывать долго не стал, а нажал кнопку мышки, открывая конверт.
До самого вечера, составляя сайт, то и дело заглядывал на почту, а когда находил новое письмо, то радовался так, как не радовался уже давно.
Они обменивались письмами, рассказывая сначала о квестах — с чего, собственно, и начался разговор, потом не только о квестах: о музыке, о книгах, о собаках… Отчего-то он рассказал ей о давно пропавшем Дике, хотя о нем даже Мишке никогда не говорил.
Странное дело — он ничего не знал об этой девушке, но одновременно ему казалось, что он давно знает и понимает ее: что-то улавливает между строк. Жаль, конечно, что нельзя услышать ее голос, но пока и строчек хватало, чтобы понять — ей грустно сейчас.
Нет, об этом она и слова не сказала, но он чувствовал. Она писала, что устала от этой осени, а он читал — меня покинули, я одинока. И это очень перекликалось с тем, что чувствовал он сам: она становилась совсем родной.
Хотелось ее утешить, и он писал про море — какое оно прекрасное. А в ответ получал: «Я так люблю море! Оно бескрайнее, и прибой шумит. От этого становится спокойно и кажется, что все будет прекрасно — и сейчас, и всегда».
Он ответил: «Так и будет, пока шумит прибой».
И неожиданно сам поверил в это…
Утром Настя и в самом деле вставала долго и с трудом. Сон был таким реальным! Ей снилось, что она стоит в большом зале, совсем как школьный актовый, только все окна затянуты тяжелыми бархатными шторами, словно в старинном замке. Вдоль стен неясные фигуры, одетые в темные балахоны: ни лиц, ни одежды не разобрать.