Ольга Джокер – Право на отцовство (страница 48)
Открывая калитку, ожидаю увидеть там кого угодно, но только не
- Здравствуй, Амир, - произносит почти беззвучно.
- Здравствуй, мама.
Её волосы обмотаны платком, потому что после химиотерапии, которую она прошла два месяца назад, они все выпали и теперь отрастают заново. Я предлагал купить матери парик, но она упёрлась и настояла на платке. У неё много оттенков под разный наряд.
Врачи дают хорошие прогнозы по выздоровлению матери. Мы летали в Израиль, а там медицина всегда шагает в ногу со временем. Мама ещё молодая – вся жизнь впереди. Я строго-настрого запретил ей думать о том, что может случиться что-то плохое. Она победит болезнь. Обязательно победит. Потому что я в неё верю.
Мать, конечно же, в курсе моей жизни. Знает, что я женился, знает, что у меня родился ещё один ребёнок, но она никогда больше не настаивала на том, чтобы стать частью другой моей жизни, где я не только сын и брат, но ещё муж и отец. Наверное, потому что я по-прежнему был доступен для неё двадцать четыре на семь.
В руках у мамы перевязанный лентой праздничный торт. Она одета изыскано и со вкусом, впрочем, как всегда, несмотря на то что после пережитой болезни немного истощала и осунулась. Только её карие глаза выглядят взволнованными и растерянными...
- Белла Львовна, наконец-то вы приехали! – откуда-то из-за моей спины выныривает жена и берёт мать за руку.
Я немею и чувствую, как в горле образовывается болезненный ком мешающий дышать и говорить. Лишь отступаю в сторону и пропускаю мать во двор. Это Соня её пригласила. Отпустила все непонимания и обиды и пригласила её к нам, чтобы познакомить с внуками. А я об этом даже не знал.
- Соня, этот торт - тебе, - негромко произносит мама. - С Днём рождения...
Она протягивает ей коробку дрожащими от волнения руками. В глазах у матери теперь стоят слёзы, но жена умело сглаживает момент.
– Спасибо, "Прага" - мой любимый!
- И мой, - улыбается мама.
- Вот и замечательно, - отвечает Соня. - Пойдемте в дом, я хочу вас кое с кем познакомить.
В голосе жены столько невозмутимости и дружелюбности, что сердце в грудной клетке делает резкий кувырок, а потом ещё один и ещё. Умение прощать – свойство сильных. А Соня у меня именно такая. Хрупкая внешне, но очень сильная внутри.
Семейные посиделки проходят шумно и громко. С тостами, пожеланиями, музыкой и танцами. С удовольствием приглашаю жену на медленный танец и благодарно целую в висок. Она знает за что. Затем выносят торт, вставляют туда свечи и зажигают фейерверки. Праздник подходит к концу, гости сыты и, кажется, довольны.
Когда все расходятся по своим комнатам, мы с Соней встречаемся на кухне среди гор немытой посуды и украдкой обнимаемся, пока нас никто не видит.
- Спасибо за маму, - шепчу ей на ухо.
- Совершенно не за что, Амир. Я приглашала и Карима с семьей, но он не смог оставить ресторан. Обещал, при прилетит в следующем месяце.
Я ненадолго накрываю её рот поцелуем и с наслаждением ласкаю губы.
- Я уже говорил, что ты лучшая женщина на планете?
- Сотню раз, - смеется жена.
- Тогда скажу ещё, что безумно люблю тебя.