реклама
Бургер менюБургер меню

Ольга Джокер – Право на отцовство (страница 17)

18

– Саша! - возмущаюсь я.

– Хочешь на море? - Амир продолжает подглядывать на дочь в зеркало.

– Да. Я никогда там не была.

В этот момент мне хочется сквозь землю провалиться. Дети иногда бывают совершенно несдержанны в своих желаниях.

Амир переводит взгляд в мою сторону, вызывая внутри неконтролируемую волну паники. Нет... Нет, пожалуйста, только не это. Я догадываюсь... Нет, знаю, что именно он задумал и я категорически против.

- Поговорим на эту тему позже, Амир, - произношу негромким тоном. - Ты слишком торопишь события.

Сабитов останавливает автомобиль и глушит двигатель.

Сквозь тонированные стекла я смотрю в темноту и чувствую, как сильно спирает дыхание, потому что у подъезда нас ожидает Миша с моими любимыми цветами.

Глава 22.

***

Сквозь тонированные стекла я смотрю в темноту и чувствую, как сильно спирает дыхание, потому что у подъезда нас ожидает Миша с моими любимыми цветами.

Он не видит кто именно сидит в автомобиле, потому что свет фар слепит глаза. Только изредка посматривает на телефон и, кажется, набирает мой номер. Чувствую, как цепенеет тело, потому что в сумочке и правда раздается тихая вибрация. Я сама загнала себя в дурацкую ситуацию, а теперь боюсь выходить из автомобиля и шагать навстречу трудностям.

Наши с Амиром взгляды пересекаются в зеркале заднего вида. Я вижу на его лице глубокую складку между бровей и блестящие нехорошим огоньком зрачки.

- Он ещё не знает? – кивает в сторону Миши.

- Нет.

Сабитов не раздумывая открывает дверь автомобиля и спрыгивает на асфальт. Он не боится никого и ничего, это мои щёки сейчас горят ярким пламенем, а ладони потеют от волнения, потому что я не знаю, как именно Миша воспримет новость о том, что Амир теперь будет принимать участие в Сашиной жизни.

Сабитов в два счёта оказывается у дверцы с моей стороны. Открывает её, подаёт руку, помогает спуститься. Даже в темноте я вижу, как часто вздымается его грудь и широко раздуваются ноздри. В таком состоянии ему лучше не общаться с Мишей. Будет просто замечательно, если он уедет, дав мне самостоятельно объясниться перед женихом, но я знаю, что Амир не сделает этого.

Он подаёт руку дочери, а Саша уже без стеснения протягивает ему свою ладошку в ответ. Амир подхватывает её и, закружив высоко в воздухе, ставит на землю. Дочь смеется, потому что ей понравилось. Забирает подарки, которые Сабитов достает из багажника, а затем с криками: «Миша!» несётся в сторону подъезда.

В воздухе начинает нещадно искрить напряжение. Становится душно, жарко и сложно дышать. Мне хочется как-нибудь подбодрить Амира и что-то сказать, но ему вряд ли это нужно. Я прекрасно понимаю эмоции, которые он испытывает. Ему неприятно и горько, потому что Саша благоприятно настроена к моему жениху, но с этим ничего не поделать – Мишу она знает чуточку дольше.

Мы молча следуем за дочерью в сторону подъезда. В моих руках множество пакетов, потому что в детские руки все покупки не уместились.

- Привет, - произношу сдавленным голосом, обращаясь к Мише.

Он переводит взгляд на меня, затем на Амира и недоуменно приподнимает брови.

- Привет, Софи. Я звонил тебе несколько раз.

- Прости, я не слышала.

Миша поддается немного вперед и в знак приветствия протягивает руку Сабитову. В этот самый момент мне хочется провалиться сквозь землю, потому что Амир даже не думает здороваться с моим мужчиной. Я смотрю на него умоляюще и что-то тихо-тихо шепчу одними губами.

Ну же, пожалуйста… Что тебе стоит просто пожать ему руку? Ты ставишь его в дурацкое положение…

Наверное, мои мольбы на каком-то интуитивном уровне срабатывают и Амир лениво протягивает свою ручищу в ответ.

- Здравствуйте, Амир Рустамович. Я пытался дозвониться к вам по вопросу сети супермаркетов «Ярмарка продуктов», но вы не ответили, - произносит Миша.

- Я не занимаюсь мелкими заказами, - отвечает Сабитов, загоняя его в ещё более глупое положение. – Звоните по номеру, указанному на визитке. Там обязательно помогут.

Миша несколько раз подряд моргает, пытаясь справиться с поражением и наконец протягивает мне пионы, упакованные в яркую бумажную обёртку.

- А вы…? Как вообще получилось, что вы вместе приехали?

- А мы были в кино! – вклинивается Саша. – И в игровую заходили. А ещё у меня много-много подарков…

Она начинает поочередно открывать пакеты прямо посреди улицы и хвастать презентами, которые получила от отца.

- Я тебе позже всё объясню, ладно? – прошу Мишу.

Он понимающе кивает и не спорит. За те три месяца, что мы вместе, я никогда не видела его злым или раздраженным и тем более срывающимся на истерики. Наверняка, он всё поймет правильно. Да, наша жизнь немного изменится. Да, придется терпеть присутствие Сабитова и его скверный характер. Но мы обязательно справимся.

- Спасибо за подарки, Амир, но нам уже пора домой.

Нам это: Саше, мне и Мише. Он всё понимает, поэтому молчит и не роняет ни слова в мою сторону. Я отвожу взгляд, чтобы намерено не смотреть ему в глаза. Знаю, что увижу там арктический холод.

- До встречи, Саш, - произносит Сабитов теплым голосом, обращаясь к дочери.

- Мы ещё увидимся?

- Обязательно, - кивает он. - Быстрее, чем ты себе думаешь.

Амир направляется к автомобилю и срывается с места так резко, что я вздрагиваю. Вместе с ним уезжает тревога и волнение. Остается полный штиль и понимание того, что без него действительно легко и спокойно.

Едва мы оказываемся в квартире, как Саша убегает в комнату распаковывать подарки. Время позднее, но я прекрасно понимаю её эмоции. Меня бы тоже распирало от любопытства и радости.

Я направляюсь на кухню и ставлю на плиту чайник. Останавливаюсь, зажмуриваю глаза, вспоминая дикий чёрный взгляд Амира, блуждающий по моему лицу и телу. Внутри при этом всё горело. И было так нервно, остро, на грани. Интересно, после смерти жены у него есть кто-то…? Думаю, что нет, потому что иначе он не звал бы нас с собой в столицу. Резко трясу головой, пытаясь выбросить из себя эти мысли. Всё равно… Мне должно быть всё равно, а не вот это вот всё!

Прохладные руки скользят по моей спине и опускаются к ягодицам. Миша… Пока я думаю о другом мужчине и времени, проведенном в компании с ним, мой жених нежно поглаживает моё тело и сопит от нетерпения.

- Что ты делаешь? – резко поворачиваюсь к нему.

- Я соскучился, Соф…

Он обнимает меня и откидывает назад мои волосы, целуя шею влажными губами.

- Не хочешь спросить про Сабитова?

Миша резко отстраняется и смотрит в глаза.

- Да, конечно. Что это было?

- Амир – отец моей дочери. Настоящий отец, - признаюсь, тяжело вздыхая. – Так получилось, что теперь он будет участвовать в её жизни. Очень надеюсь, что ты адекватно к этому отнесешься. Пока Саша к нему не привыкла я буду присутствовать на встречах с отцом, но мне не хочется, чтобы ты ничего такого не подумал…

- А что я должен подумать? – спрашивает Миша.

- Например то, что нас связывает что-то большее, чем родительство.

- Чушь, София. Ты моя женщина.

- Твоя, да, - отвечаю, устало улыбаясь.

Умалчиваю тот факт, что Амир давил на меня и требовал переехать к нему в столицу. Этого не будет и, надеюсь, Сабитов поймет всю абсурдность этого предложения. У меня своя жизнь, у него своя. Я в кои-то-веки позволила себе жить и чувствовать себя любимой...  Неужели он думает, что по одному его щелчку я сразу же побегу за ним, роняя честь и гордость?

- Насчёт желания общаться с дочерью это просто отлично и тебя немного разгрузит, - произносит Миша. - К тому же, чуть позже мы сможем больше времени проводить вдвоем как мужчина и женщина. Как жених и невеста. Как муж и жена.

- Что за сюрприз ты приготовил? – резко перебиваю его.

- Я затеял ремонт в квартире. Раз уж вы переезжаете ко мне, то всё должно быть по высшему разряду. В первый же выходной поедем в магазин стройматериалов и купим всё необходимое.

- Понятно…

- Ты не рада?

- Рада, - отвечаю, обнимая его за шею. – Просто думала, что переезд случится чуточку раньше.

Ну что же. Пока поживем отдельно…

Глава 23.