Ольга Джокер – Открытый брак (страница 7)
Меня же словно кипятком ошпаривает. Не знаю, была ли сказанная напоследок фраза специально запланированной провокацией, но она удалась и возымела эффект.
— Настя — это его супруга, — поясняет муж. — Мы виделись пару раз.
Выдыхаю, беру себя в руки. На самом деле мне чуточку обидно и ревниво. Не потому, что некая Настя, находясь в семейном положении, жаждет увидеть моего Наиля, а потому, что у него уже появились свои знакомые, друзья, истории и планы, о которых я ничего не знаю.
Это вызывает растерянность. Раньше у нас с мужем абсолютно всё было общим, включая круг общения и досуг. С трепетом вспоминаю давние посиделки с друзьями, вылазки на природу, рыбалку и дачу в летний сезон.
Всё изменилось с тех пор. И теперь мне хочется окунуться глубже и влиться в новую среду, чтобы быть на одной волне с Наилем. Даже если для этого снова придётся контактировать с Александром.
Продолжая держать мужа за руку, иду следом за ним к кабинету. Офис светлый, просторный. Новые мебель, техника и ремонт. Здесь комфортно находиться, думаю, и работать — не меньше.
Я сразу же привлекаю внимание сотрудников офиса. Всех, кого встречаю на своём пути. Не знаю, приводят ли другие руководители своих жён на рабочее место, но мне лестно, что мой муж — да.
В небольшой приемной за столом сидит Ольга — помощница. Наиль прибавил ей возраст. Вряд ли этой девушке в белой блузке и высокой обтягивающей юбке исполнилось больше тридцати.
Первое, что бросается в глаза — губы. Неестественно пухлые, алые. Вызывающие единственное желание — потрогать и убедиться, что они мягкие.
— Добрый вечер, Полина Андреевна, — любезно приветствует та. — Сделать вам чай или кофе?
Мне неловко, в диковинку. Раньше это я, работая секретарём в школе, предлагала посетителям подобное. Правда, моим боссом был не красивый сексуальный мужчина, а старая ворчливая тётка, страдающая периодически накрывающим маразмом.
— Воды, если можно, — так же доброжелательно отвечаю, после чего прохожу в кабинет Наиля.
Внутри симпатично, хоть и немного безлико. Но это всего лишь дело времени. Есть большой прямоугольный стол, два ноутбука, высокое удобное кресло для руководителя и одно чуть попроще.
— Вау, мне нравится! — восторженно прохожу в самый центр, кружась и теперь уже по-настоящему улыбаясь, не стараясь казаться милой перед кем-то.
Наиль тепло наблюдает за мной. Скрещивает руки на груди, опирается бёдрами о стол.
Я сажусь в удобное кресло и, откинувшись на спинку, проезжаюсь на колёсиках к окну и обратно.
— Слушай, а кто такой этот Александр? — интересуюсь будто бы между прочим.
Наверное, мне хочется убедиться в том, что оценка была не ошибочной.
— Мы учились на одном факультете, — отвечает Наиль. — Саня — местный. Сын первого заместителя мэра, внук бывшего губернатора области и племянник директора департамента экономики и инвестиций. Список продолжать не буду. Если коротко, то Журавлёв — «решала».
Я усмехаюсь после услышанного. Ожидаемо. Мажор, как есть. Всё это читалось в его взглядах, жестах и поведении.
— Он не обижал тебя, Поля? — внезапно хмурится Наиль.
Отрицательно мотаю головой. Возможно, усерднее, чем стоило, но муж верит.
— Скажи мне, если что-то будет не так, — тут же просит он. — Саня — нормальный тип, но иногда его заносит.
В кабинет стучат. Я резко встаю со стула и подхожу к окну. Любуюсь красивым вечерним городом.
Адаптация проходит неплохо. В целом я ждала худшего. Отсутствие стимула, интереса, а ещё апатию.
Ольга приносит лимонную воду и спрашивает, нужно ли что-нибудь ещё. Наиль отказывается и отпускает девушку домой. После того, как она выходит за дверь — закрывается на замок.
— Ты обо всём — обо всём можешь её попросить? — кокетливо задаю вопрос.
Муж твёрдым шагом идёт ко мне. Смотрит на губы, шею и зону декольте. Голодно, нетерпеливо. Готова поспорить — у него уже стоит колом.
Меня саму потряхивает, а бельё моментально становится влажным.
— В рамках допустимого, Поля.
Двигаюсь навстречу, приоткрываю губы. В глазах мужа столько желания, что кровь вскипает в жилах. Знаю, если спрошу, красивая я или нет, он ответит, что, как минимум, охуенная.
И, тем не менее, разговор с Александром выбил меня из колеи. В этом светлом офисе я кажусь себе мышкой. Серой, невзрачной. Нужно что-то менять. Вернее, не что-то, а всё.
Глава 8
— Мне тут поступила жалоба, Мышка, — как можно ласковее обращаюсь к дочери.
Поставив планшет на кровать, внимательно смотрю в экран.
— М-м, по поводу?
— Говорят, ты отказываешься делать уроки.
— Так выходные же, мам! — возмущённо восклицает она. — Мы с девочками договорились пораньше выйти во двор.
Я шумно выдыхаю и ложусь на живот, взяв в руки планшет. С Маришкой всегда было непросто. С самого рождения. Окружающие просили потерпеть, ведь со временем должно стать легче, но оказалось, что у каждого возраста свои «прелести».
— Мышка, прошу. Это не так долго, как кажется. Зато потом не придётся переживать, что не доделаны уроки. И можно с чистой совестью развлекаться с подружками.
— Я и не собиралась переживать, — ворчит та себе под нос.
Она у нас умненькая, отличница. Но заставлять вовремя заниматься домашним заданием — целый квест.
Галина Сергеевна звонила всё утро. В прошлом — она учитель химии и биологии. Строгая, требовательная женщина. Марине свекровь не высказывает недовольства и предпочитает действовать через меня.
— Хотя бы математику, — пытаюсь настоять.
— Ну, мам… Завтра!
Набрав в лёгкие побольше воздуха, планирую включить строгий тон, но дочь неожиданно начинает открыто улыбаться. И я теряюсь.
Мышка, чтобы не рассмеяться в голос, закрывает рот ладошкой и издаёт забавный хрюкающий звук. Сначала я не понимаю, что вызвало такую реакцию, а после — перевожу взгляд в угол экрана и вижу за спиной Наиля, прижимающего указательный палец к губам и крадущегося ко мне на носочках.
— Эй, так нечестно! — выкрикиваю до того, как муж опускается сверху и начинает меня щекотать. — Да вы сговорились, предатели!
Дочь взрывается звонким смехом, визжит. Я хохочу до проступивших слёз.
— Ну хватит, хватит! Умоляю! — прошу Наиля. — Что мне сделать, чтобы ты перестал?
Наши взгляды встречаются. В чёрных глазах мужа я вижу больше, чем может показаться со стороны. Похоть, жажду, влечение. Они просачиваются в кровь и заряжают организм.
Застываю, любуюсь. Сдаюсь в сладкий плен. Всем своим видом это показываю.
Муж тут же прекращает меня мучить и нежно гладит по бедру. Затем ложится на кровать, заглядывает в камеру и тепло приветствует дочь.
Маришке весело до колик. Она обожает, когда мы дурачимся. Особенно втроём.
— О чём спорили? — интересуется Наиль.
Я опускаю голову ему на плечо и тесно прижимаюсь.
Идёт третий день, как мы вместе и живём под одной крышей. Каждый — особенный, семейный и в то же время невероятно страстный.
Я обожаю готовить нам завтраки, обустраивать квартиру и встречать мужа с работы. Субботу он планировал провести в офисе, но, похоже, подкорректировал планы. И это так здорово!
— Мама и бабушка заставляют меня делать уроки, — жалуется Мышка непривычно тихим голоском.
— Уроки? В субботу? — хмурится Наиль. — Какой дурак занимается этим в выходные?
— Ну вот. Приплыли… — закатываю глаза.
Дочь подпрыгивает на месте от радости. Глаза сияют, губы расплываются в улыбке. Нашёлся один-единственный адекватный взрослый, который вступился за неё. Да ещё и какой! Слово Наиля у нас в семье решающее. Даже авторитарная свекровь не всегда в силах спорить с сыном.
— Спасибо, папуль! — произносит Маришка. — Я передам бабуле, что ты позволил мне отдохнуть!
Связь с дочерью пропадает, экран гаснет. Я недовольно цокаю языком и переворачиваюсь на спину. Глядя в потолок, спрашиваю: