Ольга Джокер – Неродственная связь (страница 22)

И правда. Аслан ни с кем не общается. Было бы глупо считать, что он поделится с Диной, как трахал меня пальцами. После такого у него вряд ли получится надолго задержаться в этом доме.

— Спасибо, — улыбаюсь в ответ. — Ты лучший!

Я тихо выскальзываю за дверь и аккуратно прикрываю её за собой. Но не успеваю дойти до своей спальни, как за спиной слышу голос Дины. Приходится быстро изобразить невозмутимость и сделать вид, что я всего лишь спускалась на кухню попить воды, а не выходила из гостевой комнаты.

— О, надо же… Вы рано вернулись? Нет?

Я нервно одёргиваю примятую майку с белыми пятнами и никак не могу поднять взгляд. Вчера я была не в силах принять душ или переодеться, поэтому воспользовалась только салфетками. Кажется, будто от меня за версту несёт развратом и сексом.

— В отеле был отвратительный сервис, несмотря на то, что это место активно пиарили блогеры, — жалуется Дина, подходя ближе. — А вы как тут? Не скучали?

— Нормально. Аслан работал и почти не выходил из комнаты, а я отдыхала в СПА и смотрела сериалы.

Понятия не имею, насколько убедительно мне удаётся притворяться, но кажется, что голос звучит сдавленно и неестественно.

— Кстати, когда мы подъехали к воротам, встретили курьера, — мачеха посмеивается, словно ничего не замечает, хотя я чувствую, как мои щеки мгновенно заливает румянцем. — Отец, конечно, поворчал, но всё-таки принял роскошный букет… Твой мальчик, похоже, сильно тебя балует, Аль…

По лестнице поднимается папа, тяжело пыхтя от досады и натуги. В его руках громоздкая коробка, из которой выглядывают сотни нежных кремовых роз.

Глава 24

Мы с подругами попадаем в нашумевший и недавно открывшийся шоурум Ирины Ли. Внутри царит изысканная атмосфера, пронизанная роскошью и безупречным вкусом.

Вещи развешаны на открытых стойках, повсюду расставлены зеркала в массивных рамах. Для удобства гостей обустроен уютный уголок с диванами и пуфами из бархата мягких пастельных оттенков. Особенно покоряет приветливый персонал, который с порога предлагает выбор напитков — игристое вино, сангрию, минеральную воду, чай или кофе.

Лера собирается на важное мероприятие с родителями, где ожидается много влиятельных гостей, и просит нас с Никой помочь ей выбрать наряд. Она ищет что-то элегантное, но сдержанное, и, не теряя времени, сразу принимается перебирать вешалки.

Я утопаю в мягкости кресла и делаю глоток коктейля с ягодами и мятой, наслаждаясь легкой прохладой. Не удержавшись, фотографирую свои пальцы, обхватившие тонкую ножку бокала, на фоне глянцевых журналов и шелковых платков.

— У тебя новый телефон? — замечает Ника. — Шестнадцатый?

— Ну да, — невозмутимо отвечаю.

— Ещё и розовый — вообще мечта. Обычно за ним не угнаться. Это Дёма постарался?

— Да, он. Прислал вчера курьером.

Опубликовав фото в социальной сети, я оставляю телефон на краю стола и, откинувшись на спинку кресла, позволяю себе немного расслабиться. Лерку окружают консультанты, наперебой предлагая наряды — от минималистичных моделей до эффектных вечерних платьев с декором и сложным кроем. Меня ничего не цепляет, но я пока присматриваюсь.

— И за какие такие заслуги? — усмехается Ника, очевидно решив, что я стану обсуждать с ней свою интимную жизнь.

— А разве мне нужно что-то заслуживать? — с притворным удивлением поднимаю бровь. — Меня просто любят, малыш.

В разгар нашей короткой перепалки из примерочной выходит Лера, привлекая к себе внимание. На ней костюм из пиджака и юбки холодного синего оттенка, который подчёркивает бледность кожи, придавая ей нездоровый вид.

— Тебе очень хорошо! — первой вклинивается Ника. — Прямо куколка. Покрутись-ка. М-м. Неплохо, неплохо.

— Правда? — Лера чуть неуверенно поправляет подол.

— Родители будут довольны выбором. Ты же собираешься не на тусовку и не в ночной клуб, а в общество солидных дядек.

Я отвлекаюсь на входящее сообщение от Демьяна, размышляя, как бы помягче намекнуть Лере, что костюм на ней выглядит просто ужасно. Она слишком впечатлительная и обидчивая, всё сразу принимает на свой счёт.

— Кстати, что родители сказали про разбитую вазу? Удалось разрулить этот вопрос?

— Да, мы заказали почти идентичную из Испании. И, что приятно, она оказалась на пару сотен евро дешевле.

Разговор подруг мелькает где-то на заднем плане, пока я перечитываю сообщение от Дёмы. Он предлагает забрать меня и поужинать вместе, но я всё ещё раздумываю. Я колеблюсь не из-за отсутствия аппетита. Просто я до сих пор не сказала ему, что окончательно простила, забыла обидные слова и готова оставить всё в прошлом.

Эту неделю между нами висело заметное напряжение — и в универе, и в компании друзей. Демьян заваливал меня подарками, цветами, постоянно звонил. Он не только отвозил меня домой после занятий, но и приезжал по утрам, чтобы забрать. Даже не струсил и пару раз пожал руку моему папе.

— Аслан оплатил? Он поэтому подходил к тебе после пары?

— Да, отдал всю сумму за разбитую вазу, — подтверждает Лера. — Возможно, бабушка даже не сможет отличить разницу.

Я втягиваю в себя кисло-сладкую жидкость через трубочку и едва не давлюсь коктейлем.

— Почему ты не рассказала мне об этом? — спрашиваю строго.

Лера перестает улыбаться, смущенно опуская взгляд и теребя край пиджака.

— Это было обязательно? Извини, не знала.

— Вообще-то да. С какой стати Аслан должен компенсировать полную стоимость разбитого антиквариата?

— Аль…

— Нет, правда, — сильнее завожусь. — Дрались вместе, виноваты оба.

— Алина, мы не знаем, как было на самом деле, — пытается отстоять себя подруга. — Парни утверждают, что именно Тахаев был зачинщиком, и Ника это подтверждает.

Ника откашливается, закинув ногу на ногу и слегка пожимает плечами, будто это всё мелочи.

— Ты же понимаешь, что наша компания всегда будет стоять за своих, что бы ни произошло, — продолжаю давить.

— Аслан мог бы возразить, когда я скинула ему чек в личку, но он просто молча принёс деньги.

— Ты не должна была брать. Неужели неочевидно? — с грохотом ставлю бокал на стол. — Сама виновата, что антиквариат разбили. Только полный идиот пригласил бы в дом-музей целую толпу гостей.

Лера лихорадочно оправдывается, краснея и размахивая руками, но только усугубляет ситуацию. Она не должна была принимать подобные решения без моего ведома. Просто не должна.

Потому что у Аслана нет таких денег. Потому что он кто угодно, но не зачинщик. Потому что взваливать вину на него одного — это подло и несправедливо.

Я прячу телефон в сумку и направляюсь к выходу из шоурума в полном раздрае. Аслан тоже, блин, молодец. Для чего было послушно тащить деньги, если он мог просто всё объяснить?

Чёрт, а если он всё-таки начал первым? Если Дёма действительно его разозлил и вывел из себя? Может, мне просто хочется видеть в Аслане того, кем он не является?

Тем не менее, сумму нужно было хотя бы разделить.

— Аль, пожалуйста, не уходи, — летит вдогонку от Леры.

Я понимаю, что она была под давлением родителей и обязательств, и сама не знаю, как поступила бы на её месте, но сдержать раздражение всё равно не могу.

— Если ты хотела услышать моё мнение, то сними это немедленно, — указываю на костюм. — По цветотипу ты — тёплая весна, а холодный синий тебе совсем не идёт. Лучше обрати внимание на оливковое платье с поясом.

После этих слов я выхожу на улицу и глубоко вдыхаю прохладный октябрьский воздух. Осень в этом году выдалась ранней — не успела я нарадоваться пиджаками, рубашками и кожаными куртками, как пришлось доставать чуть ли не пуховик.

Демьян приезжает через десять минут, паркуется напротив вывески и выходит навстречу, чтобы открыть дверь и подать мне руку. Раньше он так не делал — теперь, похоже, стал больше ценить меня или просто хочет произвести впечатление.

Я получаю лёгкий поцелуй в уголок губ и чувствую, как внутри всё немного смягчается.

— Ты какая-то взвинченная, — замечает Дёма, когда мы садимся в салон автомобиля, где пахнет кожей и лёгким ароматом цитрусового освежителя. — Всё в порядке?

На заднем сиденье лежит букет бордовых пионов, обёрнутый в крафтовую бумагу, и небольшая коробка с моими любимыми пирожными. Я тоже хороша — выделываюсь и кручу нос, хотя сама уже успела зайти слишком далеко со своим сводным братом, чем ограничиться неосторожными словами. Я знаю, что это нигде и ни при каких условиях не всплывёт, но не чувствовать себя сукой не получается. Потому что Демьян за подобное не остался бы живым.

— Да, ты прав. Кое-что случилось. Нам нужно серьёзно поговорить.

Глава 25

Мы добираемся до моего дома на удивление быстро, болтая в дороге и строя планы на ближайшие выходные.

Заметив нас у ворот, Дина приветливо приглашает войти. Отца нет, никаких проверок с его стороны не намечается. Но Дёма вежливо отказывается, и мы перебирается с сидений автомобиля на веранду. Осенью и зимой её обычно застекляют, превращая в уютный уголок с пледами и креслами, где комфортно посидеть за чашкой горячего чая.

— Иди ко мне, — просит Демьян, похлопывая ладонью по колену. — Жутко соскучился по тебе.

Я на мгновение замираю, но всё же делаю шаг ему навстречу — так же, как он недавно сделал для меня во время нашего серьезного разговора.

Мачеха всегда говорила, что отношения — это уступки, что никто не может всё время быть правым и стоять на своем, не рискуя потерять что-то важное. И каждый раз, поймав себя на упрямстве, я вспоминаю её слова и невольно задумываюсь.