Ольга Джокер – Не люби меня (страница 42)
— Сегодня вы соперницы, — произносит тренер, поочередно оглядывая нас с Романенко. – Готовы?
Мне ничего не остается делать, кроме как кивнуть. К Лиде у меня давно не самые приятные чувства. Представлять её соперницей будет проще простого. И доказывать, что я не настолько безнадёжна, как ей того хотелось бы.
Тренер даёт команду, игра идёт на счёт. Я действую агрессивно. Возможно, слишком. Выплескиваю ту боль, которая засела в области грудной клетки. Она терзает, мучает и никак не даёт покоя.
— Лида, бить нужно, подводя ракетку под мяч и направляя траекторию вперед, а не вверх! – звучит грозный голос тренера. – И при подаче — замах кистью должен быть минимальным, лучше даже заранее выгнуть кисть вперед.
Романенко неприятно кривится. Видно, что ей не хочется казаться хуже меня. Она старается как может и умеет, но уверенность в собственных силах у неё явно подорвана, что играет мне на руку. Каждый промах соперницы заставляет меня всё яростнее выгрызать себе победу. До крови. Пока не захвачу полностью.
— Спасибо за игру, — произносит Илья Степанович, хлопая в ладоши. – Бегите в раздевалку и приводите себя в порядок. Потом ко мне. Надо поговорить.
Я принимаю душ, сушу волосы. Сообщаю Жене, что скоро освобожусь. Она как раз катается по делам на папином авто и обещает забрать меня уже через десять минут.
Мы почти одновременно возвращаемся с Лидой на корт. У неё волосы гуще и длиннее, но глядя на то, что я собралась значительно быстрее, она решает не заморачиваться и не сушить их до конца.
Тренер представляет нас короткостриженой рыжеволосой женщине. Её зовут Анна, она бывший игрок, а сейчас известный тренер. Живёт и работает в Канаде. С теннисом она тесно связана вот уже тридцать лет. На её счету много личных и тренерских побед. И сегодня она прилетела, чтобы предложить сотрудничество одной из нас. Мне или Лиде.
— Твою мать! – то ли радостно, то ли грустно восклицает Жека, повиснув у меня на шее. – И как я буду без тебя?
— Я ведь ещё не решила.
— А что тут решать, Сонь? Лететь, конечно! Такой шанс бывает раз и на всю жизнь!
— И как я оставлю тебя, маму, бабулю…
Хотя он и не предлагал мне остаться и возможно не предложит, но от мысли, что я улечу и мы никогда больше не увидимся, с меня будто без наркоза срывают кожу. Любое прикосновение, воспоминание, слово или движение – отдаётся невыносимой болью по нервным окончаниям.
— Нет, я не могу, — мотаю головой. – Лучше уступлю Лиде. Она точно согласится.
— И позже пожалеешь об этом. Будешь смотреть фотки и размышлять, что было бы, если бы на её месте оказалась я…
— Как знать…
— Ты можешь поговорить об этом с Ярославом. И отталкиваться от его ответа и решения. Если это так сильно тебя гложет.
Жеке звонят, она встает с высокого барного стула и выходит на балкон.
Я шумно вздыхаю. Илья Степанович дал времени до завтра. Не так-то много, если решается вся твоя жизнь. Он попросил меня не пороть горячку и не отказываться от предложения. Хорошо взвесить все за и против. Довериться сердцу. Анна — его хорошая подруга и в её результативности он уверен на все сто процентов.
— Соня! Соня, скорее! – возвращается в комнату Жека с выпученными глазами. – Посмотри, пожалуйста. Мне ведь не показалось?!
Медленно встаю со стула, подруга тянет меня за локоть в сторону балкона. Я никак не могу понять, чего от меня хотят. Люди, деревья, детская площадка… Симпатичная девушка в коротких шортах с огромным догом на поводке. Что?
— Прямо смотри!
Жека указывает рукой в сторону узкой тропинки, по которой идёт… Боже мой! Я моргаю. Раз, другой, третий. Картинка перед глазами не исчезает, а значит она реальна.
Сердце ударяется о рёбра, из глаз катятся слёзы. Не могу поверить... Он приехал, приехал!
Я мигом вылетаю в прихожую. Кое-как надеваю босоножки, не удосужившись застегнуть замочек. Лечу по лестничным пролётам с сумасшедшей скоростью, толкаю тяжёлую подъездную дверь от себя и оказываюсь на улице.
Солнце ещё не село за горизонт, на улице светло и видно. Прохожие удивлённо смотрят, как я со всех ног лечу навстречу дорогому мне человеку и висну у него на шее.
Глава 52.
— Влад, Владик! Мой хороший!
Брат радостно кружит меня посреди улицы, я крепко сжимаю его шею и трогаю, трогаю, трогаю… Не в силах поверить, что он живой. Здесь, рядом. Вернулся! Спустя стольких месяцев молчания! Это чудо какое-то!
За этот период столько всего изменилось! Он, наверное, не знает и не догадывается. И про мать в том числе. Боже, мне всё нужно ему рассказать, ввести в курс дела. Срочно, немедленно, будто потом у нас попусту не будет времени.
— Сонька, шею отдавишь! – возмущается Влад. – Хватит.
Кто бы его слушал! Я сжимаю настолько сильно насколько могу. Радостно хохочу, запрокинув голову к небу и только после всех этих манипуляций спрыгиваю на асфальт и отступаю на шаг назад, чтобы как следует рассмотреть брата.
Он изменился, и мы словно заново с друг другом знакомимся. Влад похудел килограмм на десять. Раньше он был мясистее и крепче. И лицо другим стало. Грубее, жёстче. Скулы острые, можно порезаться. Щёки впали, на виске и подбородке новые шрамы. А сколько их под одеждой? Сердце сжимается, когда я думаю о том, что ему пришлось пережить. И рядом не было никого из родных.
— Я тебя искала, — произношу шёпотом.
— Знаю. А я как видишь и сам нашёлся. Много заплатила?
— Угу. Почти всё, что у меня было.
— Вот дурёха.
Брат треплет мои волосы, я отшатываюсь. Он клянётся, что мы много заработаем и этих копеек попросту не заметим.
Влад смотрит на дом Ярослава и слегка прищуривается. Невооруженным взглядом видно, что он недоволен. Тем, что я теперь замужем за его другом. Тем, что живу с ним. И мне хочется подобно страусу зарыть голову в песок, чтобы не чувствовать себя виноватой.
— Вижу, без меня совсем распоясались, — шумно выдыхает Влад. — Что ты, что мать.
— Так вышло.
— Ладно, мелкая. Разрулим. Поднимаемся наверх и пакуем вещи.
— Пакуем? К-куда?
— Ко мне. Я снял квартиру на Пушкинской.
Его тон бескомпромиссный и суровый, Влад так решил. И зачем мне сопротивляться, если я тоже? Ведь ещё днём мы с Жекой бегали в поисках квартиры, а тут вот она… Бери и съезжай. Да только на душе без остановок скребутся кошки.
В квартире нас встречает Женя. Она неловко прижимается к моему брату и отчего-то покрывается жуткими красными пятнами. Я поочерёдно смотрю то на подругу, то на Влада. Это ещё что за новости? Почему я никогда не замечала между ними симпатии?
Влад проходит на кухню, я предлагаю разогреть ему ужин. Пока Ярослава нет, то его порции, что приносит доставщик, мне приходится выбрасывать в урну. За двоих я не привыкла есть.
Брат отказывается и нервно меня поторапливает. Чтобы было быстрее — просит Женю помочь собрать мне вещи, потому что за воротами нас ждёт Арсен на машине, а у него ограничения по времени.
Чёрт… Я не была готова так скоро переезжать. Не сегодня точно.
Опустив глаза в пол, медленно плетусь следом за Жекой. Мы выворачиваем шкаф и пытаемся утрамбовать одежду в дорожную сумку. Естественно, всё не влезает, поэтому приходится использовать всевозможные пакеты.
Я отключаю чувства, хотя слёзы буквально душат меня изнутри. Всё идёт по плану, по плану. Так будет лучше для всех нас.
Остановившись в гостиной, я с тоской смотрю на коллекцию комнатных цветов. Нужно будет попросить домработницу поливать их хотя бы пару раз в неделю. Яр забудет. С собой я решаюсь забрать только капризный гибискус, потому что он до сих пор не оклемался после травмы. И где-то в глубине души я чувствую с ним некое родство.
Мы едем по указанному адресу в гробовом молчании. Лишь Арсен изредка косится на меня в зеркало заднего вида и как-то недобро усмехается, словно точно знает, что от брата мне здорово перепадёт. Без понятия, что он растрепал Владу, но я готова его придушить.
Я отворачиваюсь и украдкой вытираю слёзы, не в силах поверить, что наконец-то решилась и перелистнула страницу с Ярославом. Просто взяла и уехала, ничего не объяснив и не предупредив. На секунду представив, как Яр возвращается после командировки домой и видит, что меня больше нет, мне хочется вцепиться в дверную ручку и выпрыгнуть прямо на ходу. И бежать, бежать… домой.
Квартира брата куда лучше, чем та, что мы смотрели сегодня с Жекой. Две большие комнаты, гостиная и много новой мебели. Подруга помогает раскладывать вещи в шкаф и подозрительно долго молчит, словно витает где-то в облаках. Я пытаю её щекоткой! Что, чёрт возьми, происходит? Почему она так реагирует на Влада? И почему я вовсе не в курсе?!
— Я говорила тебе, что всё хорошо? – возмущается подруга во время передышек от щекотки. – Говорила? А ты не верила! Попёрлась к детективу, отвалила ему кучу бабла!
— Что ж ты сразу не предупредила, Ванга ты моя?!
— Изначально я тоже ничего не знала! — признается Жека. — Влад недавно со мной связался, просил ничего тебе не говорить. Хотел сделать сюрприз, но только тогда, когда будет полностью здоров. Его чуть ли не по кусочкам сшивали, он боялся тебя расстраивать!
— Ах ты предательница!
Я заваливаю Женю на кровать и начинаю щипать под боками. Подруга хохочет так сильно, что в уголках глаз выступают слёзы. За эти дни столько всего случилось! Словно моя жизнь в очередной раз перевернулась с ног на голову.