Ольга Джокер – Не люби меня (страница 34)

— Так уж избил, — фыркает Жаров. — Слегка съездил кулаком по его физиономии.

— За что?

— Если бы я хотел поставить тебя в известность, то сделал бы это в первый же вечер.

— Всё понятно! У меня нос не дорос, да?

— Можно и так сказать.

Я обиженно дую губы и отшатываюсь, намереваясь уйти. Для начала в комнату, чтобы оставить там платье. Но Яр крепко прижимает меня к себе и нежно, почти невесомо касается губами виска.

— Сиди, Пряник. Мне так нравится.

Мелкие искры тока распространяются по телу, а губы ползут в дурацкой блаженной улыбке. И как на него обижаться? Как, когда он хочет, чтобы я была рядом?

Замираю в его сильных руках, ощущая сладкую тягучую негу внизу живота. Расслабляюсь и забываю обо всем на свете.

— Арсен по поводу меня что-то говорил, да? — спрашиваю минутой спустя. — Ярик, Яр, ну скажи! Клянусь, что не обижусь! Наверное, это потому, что я неуклюже хромала весь вечер?

— Он просто мне завидовал. Ты охренеть какая красивая была в том свадебном платье.

— Яр, — улыбаюсь в ответ. — Я же не дурочка. И мне вовсе не обидно.

Жаров поглаживает меня по спине и ниже. Молча. Ни слова не говоря. Значит, мои догадки оказались верны.

Прекрасно понимаю, какие пошли обсуждения после нашей свадьбы. Если уж отец Ярослава остался недоволен невесткой, то и остальные вряд ли были в восторге.

Умолкнув, осторожно касаюсь кончиками пальцев серебряного увесистого крестика у Жарова на шее. Это подарок матери. Яру исполнилось пятнадцать, а у матери уже стоял неизлечимый диагноз. Я была мелкой, чтобы это понимать. Но сейчас думаю, что это был предсмертный подарок единственному и любимому сыну.

— Он удивительный, — произношу тихим голосом. — Никогда подобного не видела. Можно часами разглядывать и каждый раз обнаруживать что-то новое и завораживающее.

— Угу.

— Подарки от дорогих людей очень ценны. Жаль, что твой подарок на моё восемнадцатилетие я… потеряла.

Слышу, как Яр усмехается. Разве ему ни капли не обидно? Подвеска в виде ракетки с камнем, которую он подарил, была самым дорогим подарком, который я только получала. Я плакала несколько дней подряд! Места себе не находила.

— В августе прошлого года Жека потащила меня в аквапарк. Мы спускались с горок, веселились и дурачились. Я не сразу почувствовала, что на шее стало пусто. Когда кинулась и заметила пропажу, то было уже поздно. Мы с Женей обыскали все возможные бассейны до самого закрытия. Только и делали, что ныряли и рассматривали дно. Попросили администрацию сообщить, если вдруг найдут пропажу, но никто до сих пор этого не сделал.

Я продолжаю рассматривать крестик и много говорить. Кажется, алкоголь развязал мне язык. Я не боюсь показаться глупой и смешной. Возможно, потому что Ярослав является внимательным слушателем.

— Я потом по всем ювелирным ходила. Спрашивала, нет ли похожих, и даже рисовала эскизы, чтобы в точности повторили. Никто не брался за работу. А те мастера, которые соглашались, оказывались очень противоречивыми и никак не могли сложить себе цену.

— Я заказал его, когда был в столице, — негромко произносит Яр. — У знакомого мастера. Когда в следующий раз поеду — попрошу выполнить точную копию.

Сердце сжимается, я пытаюсь скрыть довольную улыбку. Солнце нещадно печёт, но мне так хорошо — лениво лежать на Ярославе. Совершенно не хочется никуда идти.

— Правда, что ли?

— Правда, Сонь.

— Точно-точно закажешь?

— Можешь забрать мой крестик — как гарант того, что точно-точно закажу.

— Я… наверное, не стоит.

Меня слегка потряхивает, когда Ярослав заводит руки за шею и расстёгивает замочек. Не дыша, наблюдаю за тем, как он надевает свой крестик на меня. Самое драгоценное, что у него осталось от мамы. Яр даёт это мне. Не беспокоясь и доверяя, что из-за собственной невнимательности я могу потерять.

Меня распирает от счастья. Я люблю его, Боже. Как же сильно я его люблю. Я же не умру от боли, когда Ярослав однажды разорвёт наш брак?

К нам резко подлетает Дарина и хватает меня за руку.

— Ребята, хватит ворковать, идёмте лучше играть в водное поло! Миха сетку натянул! Мальчики против девочек, а. Как вам идея?

Глава 43.

Игра заканчивается после счёта три-два в пользу девочек.

Мы делаем перерыв, пьем коктейли и шампанское, много разговариваем. На столах полно закусок и еды. И всё же хорошо просто расслабляться и ничего не делать.

Хозяин особняка Михаил оказывается безумно компанейским и харизматичным парнем. Я до колик в животе смеюсь над его шутками.

Позже Дарина предлагает сыграть ещё один матч — дать мальчикам отыграться, но Ярослав не разрешает и просит меня взять продолжительную паузу. И всё из-за ноги.

Я чувствую себя превосходно, ничего не болит, тем более игра идёт в воде и нет сильного физического воздействия. Но Яр разговаривает со мной настолько строгим и беспринципным голосом, что хочется расплакаться от обиды. В целом он всегда такой и не только со мной. Требует беспрекословного подчинения, и если что-то влезет ему в голову, то совершенно никак не переубедишь.

— Эй, ребят, мы играем? — интересуется Дарина.

— Соня отдыхает, — отвечает Жаров вместо меня.

— У-у, ты специально её сливаешь, чтобы ваша команда выиграла? — интересуется блондинка в голубом купальнике.

Девчонкам понравилось играть со мной, потому что два гола из трёх были мои, за что я получила максимум внимания и уважения.

Ярослав никак не комментирует слова блондинки и просит меня посидеть в тенёчке. Предлагает выпить, но я отказываюсь и отрицательно мотаю головой. Отправляю его играть, а сама сажусь в кресло-мешок и беру в руки телефон. От скуки набираю номер Жени. Она ничем не занята, поэтому с интересом выслушивает мой восторженный рассказ про крестик. Убеждает, что это хороший знак, но я ей мало верю. Мне не хочется вновь придумать себе то, чего нет, чтобы потом плашмя не разбиться о землю.

— Сфоткай и выложи в социальные сети! — предлагает Женя.

— Зачем?

— Ну как зачем?! Ты разве не понимаешь? Так, ладно. Подсказка: Радмила наверняка за тобой следит.

— Я не стану заниматься подобными глупостями.

— Радмила сказала, что борьба началась! Так почему бы тебе не нанести ей первый удар, если есть возможность?

— Наверное, потому что это низко.

— Уверена, что она будет играть по правилам? — хмыкает Женя.

Она вообще у меня всегда очень подозрительная и мало доверяет людям.

Я пожимаю плечами, позабыв о том, что подруга меня не видит.

Да, мне хочется, чтобы Ярослав был моим на все сто процентов.

Да, я мечтаю, чтобы Радмила чудеснейшим образом исчезла из нашей жизни, перестав писать и звонить, и всячески напоминать о том, что она вовсе существует.

Но где-то в глубине души я понимаю, что, к собственному ужасу, не испытываю к ней огромного негатива или агрессии. Отношения Ярослава и Радмилы начались задолго до меня. Можно сказать, что разлучницей являюсь именно я, а не она.

— О, Жек, прости, — обращаюсь к подруге. — У меня звонок по второй линии. Перезвоню.

— Ага. Буду ждать!

Я недоуменно смотрю на экран. Галя. И что ей от меня нужно? Мы же прекрасно попрощались, я искреннее надеялась, что как минимум полгода мы не будем видеться и общаться друг с другом. Неужели Гале опять стало плохо?

— Привет, Соня, — дружелюбно здоровается сводная сестра, едва я снимаю трубку. — Я поговорить хотела.

— Слушаю тебя.

— Боже, я второй день сама не своя. Не знаю, как быть. Говорить тебе или не надо?

— Галя-я!

— Ладно-ладно! Ты столько хорошего для меня сделала, поэтому я не могу промолчать, — вздыхает сводная сестра. — Дело в том, что Санна Владимировна много расспрашивала меня о тебе, когда я лежала в больнице. Делала это будто невзначай. Для начала поинтересовалась, кем ты мне приходишься. Откуда мы, как давно являемся родственниками. Я сболтнула о наших с тобой недопониманиях, после чего Санна Владимировна взялась за меня усерднее. Я рассказала ей о твоей травме, о браке с Ярославом. Ей было ой как интересно!

— Чёрт… Чёрт, чёрт!