Ольга Джокер – Не друзья (страница 13)

Ася отправилась на шопинг, воспользовавшись моим предложением понянчить детей. Сказала, что, если мне будет сложно, сразу же ей звонить. Но я ничего пока… держусь. Надеюсь, получится занять мальчишек хотя бы на несколько часов.

Я волнуюсь, когда теряю их из виду. Бегаю вокруг игровой комнаты, прошу откликнуться. Артём машет рукой, отметившись. Ищу глазами Демида. Или это был он? Чёрт, опять запуталась, у кого какая футболка!

На улице стоит невыносимая, выматывающая жара, через час я почти без сил. Жадно пью воду, вытираюсь влажными салфетками. Думаю о том, что зря сегодня назначила встречу с Богданом. Мой внешний вид, он… оставляет желать лучшего. Косметика потекла из-за жары, волосы растрепались. В зеркало не хочу смотреться — боюсь испугаюсь.

Чем больше времени проходит, тем больше я радуюсь, что его нет. Возможно, нашлись дела поважнее. Впрочем, долг за машину я в любом случае верну.

Богдан столько мне помогает! Он не должен, я это понимаю, но от его заботы становится тепло на душе. Наверное, так сказывается одиночество. Периодами кажется, что ты больше никому в этом мире не нужен. Но нет, находится человек, которому не плевать на твои проблемы.

— Артём, Демид, наше время закончилось! Пойдёте есть мороженое?

Я облегчённо вздыхаю, когда мальчишки выбираются из игровой. Довольные, уставшие. Беру их за руки и веду в сторону киоска, где продают лучшее мороженое в городе, с самыми разнообразными вкусами. Я выбираю фисташковое, племянники — клубничное. Всё проходит идеально до тех пор, пока оно не начинает таять, оставляя на футболках розовые пятна.

— Я на батут хочу! — начинает хныкать Демид (но это не точно).

— А я рыбок ловить!

— Окей, парни, давайте сходим к рыбкам, а затем на батут.

— Нет! Я первый сказал, что хочу на батут, значит идём туда.

Братья начинают шумно ругаться. Я делаю глубокий вдох, ощущая, как с каждой секундой всё сильнее раскалываются виски. Теперь я понимаю Асю. И даже сочувствую. Я всегда хотела иметь детей, но в такие моменты кажется, что я ни за что с ними не справлюсь.

Я испытываю отчаянье. И как тут разорваться, когда ни один, ни другой не желает уступать? На мои просьбы они не реагируют, компромиссы отвергают, только спорят и что-то друг другу доказывают.

— Привет. Ты почему трубку не берёшь?

Я слышу знакомый низкий голос, легкой вибрацией отдающийся в теле. Резко открываю глаза. Богдан. Здесь. Улыбается, здоровается с мальчишками. Просит вкладывать в рукопожатие максимальную силу. Братья стараются и отвлекаются. Гул в ушах утихает, а головная боль мигом растворяется. Телефон где-то в сумочке, и, наверное, я не услышала звонок.

— Как ты нас нашёл? — спрашиваю у Богдана.

— Вас попробуй не найти.

Я не могу не отметить, что у Тихомирова замечательная улыбка. Открытая, тёплая. Глядя на него, непременно хочется улыбнуться в ответ.

Встаю со скамейки, прячу в сумочку салфетки. Выгляжу неважно, знаю. Лицо раскраснелось, о матовом тоне можно смело забыть. Я провела с мальчишками час и уже дико устала. Но Асе не позвоню, потому что ей нужно время на восстановление. Теперь я понимаю, что она мать-героиня. Вот бы отправить сестру отдохнуть куда-нибудь с мужем… На недельку. Да только боюсь, что после семи дней наедине с племянниками я точно попаду в дурдом. Зато научусь отличать их.

— Что за шум, а драки нет? — спрашивает Богдан, обращаясь к мальчишкам.

Они наперебой рассказывают о своих хотелках. Кто был первым, кто прав, а кто виноват. Тихомиров, он… легко с ними ладит. Внимательно выслушивает, предлагает варианты. Его лицо пуленепробиваемо спокойное. Мальчишки тут же подчиняются. Удивительно, как ему это удаётся.

В первую очередь мы направляемся в комнату смеха. Это своего рода альтернатива, чтобы никому не было обидно. Племянники забывают о ссорах, смеются и веселятся. Батут мы тоже посещаем. И тир, и рыбок ловим. И даже на американских горках катаемся. Я не хочу, но парням каким-то образом удаётся меня уломать.

После горок дрожат коленки. Аттракционы вовсе не страшные, просто скорость и адреналин — это всё же не моё.

В сумочке начинает звонить телефон. Я удивляюсь, когда вижу номер Аси.

— Я уже в парке. Где вас найти?

— Как ты быстро!

— Так пять часов прошло, Светик… Такое платье себе отхватила по скидке — закачаешься! Сейчас покажу!

Сестра подходит к нам через десять минут. Мы ждём её у фонтана. Я держу за руку одного мальчугана, Богдан — другого. Со стороны, наверное, кажется, что это наши дети.

Заметив Тихомирова, Ася расплывается в улыбке, переводит взгляд на меня и «играет» бровями.

«Это ничего не значит», — шепчу одними губами.

Она не верит. Качает головой, дружелюбно здоровается с Богданом. Помню, раньше он ей сильно нравился. Он не может не нравиться. Я ведь тоже была в него влюблена, но никто об этом не знал, кроме отца.

— Спасибо вам за помощь, ребята! Я так круто отдохнула, — благодарит Ася. — Даже в кафешке успела посидеть. В тишине и спокойствии… А теперь с новыми силами в бой!

Она берёт Артёма и Демида за руки, прощается с нами и ведёт сыновей домой.

Выдыхаю. Смотрю на Богдана, улыбаюсь. Он ни капельки не устал. Похоже, общение с парнями ему было только в удовольствие.

— Ну что? Куда поедем? — спрашивает Тихомиров, поймав на себе мой взгляд.

— Я выгляжу ужасно… В таком виде меня не пустят в ресторан.

— Ты отлично выглядишь, Свет. И да, отвертеться не получится. Сама согласилась.

— Ладно-ладно, даже не думала…

Беру его за запястье, тяну на выход из парка. Кожа такая горячая, что можно обжечься.

— Я просто на комплимент напрашивалась!

Богдан усмехается, а я мигом отпускаю его руку, почувствовав, что это лишнее. После той самой ночи к нему страшно прикасаться. И даже опасно. Я теперь хорошо знаю, на что он способен. И что он может. И умеет. Чёрт, я ведь до сих пор помню его внушительную эрекцию, упирающуюся в мои ягодицы.

Глава 14

В ресторане восточной кухни остался один свободный столик. Будто специально для нас.

Листая меню, сосредоточенно обвожу взглядом присутствующих. Боюсь, что встречу кого-нибудь из знакомых. Понимаю, что это глупость, но я всё ещё замужем. Не стану же каждому объяснять, что мне изменил муж и теперь я почти свободная женщина. Почти, потому что суд состоится только на следующей неделе. Адвокат сказал, что Тимур сорвёт заседание. Возможно, не явится… Никогда бы не подумала, что разводиться будет настолько сложно.

Богдан выбирает плов из телятины и овощной салат. Я — дорадо на гриле.

— Пожалуйста, закажи что-нибудь ещё! — прошу его. — Я хочу компенсировать хотя бы часть от ремонта машины.

Тихомиров улыбается и добавляет к заказу рулеты из баклажанов.

Раньше находиться с ним наедине было чем-то обыденным, привычным, особенно когда Тимура на несколько месяцев забирали за границу родители. Мы ходили с Богданом на речку, устраивали пикники, гоняли на велосипедах по лесу и лазили по заброшенным местам. Перекусывали тем, что готовила ему мама. Лидия Степановна — мировая женщина. Считала, что я худющая словно спичка, и постоянно давала нам пирожки или бутерброды.

После возвращения Тихомирова из армии мы не оставались наедине ни разу. В этом не было необходимости, наверное… Первое время всё ещё тянуло сказать, что у меня просто не было выбора. Хотелось объяснить, как обстояли дела на самом деле. Будь у меня хоть чуточку больше смелости и уверенности… Я ведь тогда ограничилась одним телефонным звонком. Сказала, что ждать не смогу и на то есть причины. Чуть позже необходимость в объяснении отпала. У Богдана появились другие девушки, а я стала встречаться с Тимуром и готовиться к свадьбе.

— Как прошёл день? — спрашиваю, когда официант приносит заказ.

Желудок настойчиво урчит. Я так сильно проголодалась, что готова съесть слона.

— Отлично, — отвечает Богдан. — Был в гостях у родителей. Они за город переехали.

— О, здорово! Как Сашка поживает?

Вспоминаю, как его сестра заболела, и у меня мурашки ползут по коже. Это было так неожиданно. И очень-очень страшно.

— Учится, посещает курсы в кондитерской школе.

Фух, значит больше не болеет…

— Прекрасно! Буду знать, у кого заказать торт на именины!

Несдержанно тянусь к тарелке Богдана и утаскиваю у него кусочек баклажана. Он усмехается и накалывает вилкой спаржу, которую я изо всех сил стараюсь отвоевать. А затем смеюсь, потому что Тихомиров побеждает в неравном бою. Всё происходит почти как в старые добрые времена. Я уже забыла, что между нами может быть именно так — легко и непринуждённо. К чёрту похоть и секс…

Но стоит только нашим взглядам пересечься, как я опускаю глаза. Богдан посматривает на меня, я это чувствую. По каждой клеточке тела скользит. Не как всегда, немного иначе. Задумчиво, серьёзно. Особенно долго смотрит на губы. Неужели вспоминает, как целовал?

Нам бы обсудить тот случай в ночном клубе и объясниться, расставив все точки над «і», но я не решаюсь. Не хочется вспоминать и краснеть… Тихомиров, наверное, и сам понимает, что это было ошибкой, коротким и в то же время сильным наваждением. Точно знаю, что у нас ничего не получится, потому что я к этому не готова.

— Чуть позже с Тимуром встречался, — произносит будничным тоном Богдан.

Вилка выпадает из рук и со звоном ударяется о тарелку. Надо собраться, чёрт.