Ольга Джокер – Хочу тебя навсегда (страница 31)

Нервно сглатываю и ощущаю, как дрожат руки.

— Онкология, — поясняет женщина.

Я захлопываю альбом и, поддавшись порыву, бросаюсь обнимаю Раю. С глаз непроизвольно катятся слёзы. Мне не под силу их остановить.

— Прости, Рай! Я собиралась тебе позвонить, затем написать, но что-то постоянно останавливало. Не знаю, может быть страх. Я не планировала скрывать Веру всё это время. Клянусь, не планировала. Яр мне не верит, но хотя бы ты поверь!

Глава 35

В душе настоящий хаос. Там тихо, пустынно и абсолютно всё разрушено, словно пронёсся мощный ураган.

Рая добавлялась ко мне в социальных сетях, потому что ей была неравнодушна моя судьба. Она ругалась с Яром, обвиняла его и вставала на мою сторону. Месяц с ним не разговаривала, когда мы развелись, а это безумно много с учётом её теплых чувств к племяннику.

И вместо того, чтобы написать Рае хотя бы крошечное сообщение о рождении Веры, я просто исчезла из соцсетей и с момента родов не постила ни единой фотографии. Только бы никто не догадался.

Глаза опухают от слёз, нос не дышит. Рая успокаивает меня как может, хотя должно быть наоборот. Она не злится, не осуждает. И у меня просто гора с плеч.

Закрывшись в ванной комнате на первом этаже, я умываю лицо холодной водой и пытаюсь унять пробивающую тело дрожь. Рая пообещала, что вылечится и обязательно отгуляет на Верочкиной свадьбе. Я не опоздала. Всё хорошо. У Раи в запасе много-много времени. И мы со своей стороны постараемся сделать максимально для этого возможное.

Едва выхожу из ванной, как нос к носу сталкиваюсь с Яром. Отшатываюсь, упираюсь лопатками в стену.

— У тебя всё в порядке? — интересуется Жаров, всматриваясь в моё заплаканное лицо.

— Да. Но мог бы предупредить о болезни своей тёти. Это… шок.

Он хмурится и ничего не отвечает. Яр всегда считает себя правым в любой ситуации. И я снова злюсь на него, потому что была не готова к подобной информации. Между нами с Яром слишком много этого чувства за последнее время. Негативного, едкого. Это плохо, но по-другому пока никак.

— А у вас всё в порядке? — спрашиваю, шмыгнув носом и кивнув в сторону Булочки, которая с интересом разгуливает по дому.

— Кажется, у Веры полный подгузник. Нужно сменить.

— М-м. Сумка со всем необходимым наверху, — отвечаю, делая вид, что не понимаю в чём дело.

Брови Жарова удивлённо ползут вверх, а я чуть не взрываюсь от хохота. Он бы видел себя со стороны!

— Сонь.

— Что? Предлагаешь мне заняться этим?

— Пожалуйста, — цедит сквозь зубы Яр.

— Я с Раей. На кухне.

— Хотя бы покажи, как это делается, — просит он взвинченным голосом.

Жаров разводит руками, а я едва держу строгий образ. Всегда такой собранный и уверенный в себе мужчина, а тут растерялся на самом деле.

Я тут же мысленно корю себя. Боже, он ведь старается. Во всём. Угодить и мне, и Вере. Если в будущем Яр захочет забирать дочь на прогулку или к себе в гости, то он обязан уметь управляться во всех сферах.

Подхватив Булочку на руки, я поднимаюсь на второй этаж. Ярослав идёт сзади. Не сбегает, что уже хорошо.

По коже гуляют мурашки, когда мы вдвоем проходим в спальню, где я провела первую и пока единственную ночь. Одну из незабываемых в моей жизни, потому что первый шаг тогда сделал Яр. А сейчас в этой комнате мы будем менять подгузник нашей дочери. Кто бы рассказал о подобном девятнадцатилетней мне — я бы точно не поверила!

Приступаем к теории, затем к практике. Купаем Верушку под душем. Она капризничает и рвётся гулять. Приходится развлекать её и терпеливо объяснять, что это необходимость. Ведь будет негигиенично ходить по двору в испачканном подгузнике.

Яр кутает дочь в пушистое полотенце и несёт в спальню. Он действует решительно, но, тем не менее, нежно и осторожно. Возможно, это Вера так на него влияет, потому что я помню его совершенно другим. Неспособным на столь трепетные чувства.

Не могу сдержать улыбку, когда Жаров пытается ровно приклеить липучки на подгузнике.

— Ну как? — Яр оборачивается и ищет в моих глазах одобрение.

— На троечку.

— Чего-о?

— Уверена, в следующий раз получится лучше, — весело подмигиваю ему.

Мы обязаны хорошо общаться при Вере. Просто кровь из носу обязаны. Улыбаться, а не хмуриться. Поддерживать, а не подставлять. И никогда друг друга не обижать. По крайней мере, не тогда, когда видит дочь.

Яр вместе с Булочкой вновь спускаются на первый этаж и выходят на улицу, а я присоединяюсь к Рае. Глядя на обилие приготовленных блюд мне становится неловко, что своим приездом мы всполошили эту семью. Нужно было навестить их неожиданно и никого не предупредив.

— Я впервые вижу его… таким, — кивает в окно Рая. — Всё подсматриваю и подсматриваю. Никак не могу привыкнуть к новому статусу Ярослава.

— Он очень старается, — сразу же подтверждаю.

— Выглядит счастливым и каким-то… живым. Ты почаще оставляй его с Верой, Сонь. Сама на прическу, на маникюр, на встречу с подружками.

— Рая, ты точно, как моя бабушка говоришь, — отвечаю с улыбкой. — Я буду стараться оставлять Ярослава с дочерью как можно чаще. Честное слово. Но мне, как и Вере, пока сложно перестроиться.

Рая с грустью на меня смотрит и слегка улыбается.

— Прости его, Сонь. Не как мужчину, а как человека. Мне стыдно за своего балбеса. Я бы никогда не подумала, что он вырастет таким же, как и его отец.

— Яр другой, — отвечаю категорично.

— В нём часто пробивается что-то темное и нехорошее, которое преобладает над светлым. Боже, клянусь, я была готова его убить. Такую жену упустил, полтора года дочери потерял!

Резко встав с места, Рая подходит к холодильнику и едва тихо проговаривает:

— И ради кого?

Я обещала себе ничего не узнавать о прошлом своего бывшего мужа. Ни разу не лезла к Радмиле на страницу. Но после слов Раи не могу сдержаться — любопытство терзает изнутри и рьяно прорывается наружу. Да и с кем мне обсудить любовь всей жизни господина Жарова? С кем, кроме Раи?

— Рай, ты с ней знакома? — спрашиваю дрожащим голосом. — Он привозил её сюда, да?

Глава 36

— Сюда? — переспрашивает Рая, вернувшись на место с банкой горошка.

— Да. К тебе в гости. Как меня когда-то.

— Нет, конечно.

— Тогда откуда ты о ней знаешь? — хитро щурюсь.

— Не знаю я ничего! — возмущается Рая. — Чего пристала? Лучше продолжай крошить зелень!

— Рая-я. Ну Раечка.

Мой голос звучит так жалобно, что женщина начинает добродушно улыбаться. Знаю, что ещё чуть-чуть и я её дожму.

— Ляпнула не подумав, а от тебя столько вопросов посыпалось, — качает головой тётка Ярослава.

— Сказала А, говори и Б, — решительно настаиваю. — Всё, что знаешь.

— Не уверена, что мне можно об этом говорить. У Ярослава не хочешь спросить?

— Мы не общаемся на такие темы.

— А ты попробуй!

Тяжело вздыхаю и откладываю нож в сторону. Жаль, я не посещала театральный кружок — навыки бы мне определённо пригодились.

— Зачем ты меня подставляешь, Сонь? — спрашивает Рая. — Я, между прочим, старая больная женщина!

— Неправда! Ты лучшая! — отвечаю с энтузиазмом.

Мы одновременно смотрим в окно. Яр в этот момент показывает Вере, как с помощью пульта управлять машинкой. Она, конечно же, ничего не понимает, поэтому предоставляет папе короткую возможность поиграть самому. И он когда-то смел упрекать меня возрастом?