Ольга Дубровская – Коридор вечности (страница 25)

Серов небрежно отправил в мусорную корзину стянутые с пальцев хирургические перчатки и, словно размышлял во время тирады афганца о чём-то своём, задумчиво спросил:

— Считаешь, теперь она расскажет им о нас?

— А тебя только это волнует? — взвился Руин.

— Нет, не только, — холодно ответил Олег, и в его голосе проступили стальные нотки. — Но я просто не могу допустить, чтобы свора кровососов ворвалась сюда и уничтожила все результаты нашей работы за последние пять лет!

— Понятно. Значит, вот что для тебя важно! Результаты работы. А на людей тебе срать с большой колокольни, да?

— Нет. И ты это прекрасно знаешь! Да всё это, — он обвёл руками пространство лаборатории, — я делаю ради людей! Ты разве не понимаешь?! И если мы потеряем образцы сейчас, то придётся всё начинать заново. А ведь мы как никогда близки к получению резистентных показателей. Это будет прорыв! Мы наконец-то сможем получить совершенное оружие против этих тварей. Мы больше не будем прятаться и закрывать глаза на их беззакония.

Глядя на то, как шеф постепенно распаляется и слушая его пламенные речи, Руин почувствовал, как собственная ярость его угасает. Он вдруг ощутил острое чувство вины и опустил голову.

— Ты прав, — наконец произёс он. — Но… я болею за наше дело и рискую немало…

— Я знаю, Руин. И очень ценю тебя.

Олег снял белый халат и, повесив его на крючок у двери, кивнул афганцу на дверь:

— Пойдём в кабинет.

Они вышли из лаборатории и, поднявшись чуть выше по тоннелю, зашли в комнату с массивным письменным столом, парой кресел и примостившейся у стены тахтой.

Олег сел за стол и кивнул Руину на свободное кресло, с наслаждением закуривая.

— «Хвост» точно не привёл? Проверил? Всё чисто? — запоздало спросил он у афганца, который тоже закурил, выпуская клубы дыма в угол — туда, где располагалась мощная вытяжка.

— Обижаешь…

Серов кивнул, помолчав, хлопнул по столу, буравя молодого охотника пристальным тяжёлым взглядом.

— Только не говори, что ты Егора там одного оставил, — спохватился он, в очередной раз затягиваясь.

Руин виновато опустил глаза.

— Почему не дождался смены? — глаза Серова нехорошо блеснули.

— Так я ж… хотел как лучше… Чего ему сделается-то? Он ещё пару недель в отключке проваляться должен. А Виталик и Борис уже на подходе были, да они наверное уже у него. Если б что не так, отзвонились бы.

Олег неодобрительно качнул головой.

— Выговор. С занесением в личное. Оставил объект наблюдения.

Руин вздохнул, но, признавая справедливость наказания, согласно кивнул.

— Шеф, тут такое дело, — начал он с несвойственной для себя робостью.

Серов насторожился.

— Что ещё?

— Вчера ночью… произошло кое-что… Мы не знаем подробностей, но есть все основания предполагать, что…

— Ну не тяни кота за хвост, что там стряслось?

— Есть все основания думать, что… Алексей Ермолов вчера ночью встречался с… твоей дочерью.

Руин внутренне сжался, со страхом глядя, как округляются глаза главы ВУЗЧ.

— Что?! И ты только сейчас об этом говоришь?! — Серов моментально затушил окурок о край стеклянной пепельницы и поднялся, угрожающе нависая над подчиненным.

— Мы должны были уточнить данные, — начал оправдываться Руин. — Уличные камеры пробили, но не были уверены, что это она, там темно было, на улице, и потом, пока прогнали по базе данных, это всё время. А в квартире камеры уже два дня не работают, надо снова идти и ставить, а это, сам понимаешь, может быть самоубийственным.

— Да вся наша работа самоубийственна, ты только понял это?! — рявкнул Серов. — Кто дежурил вчера? Где отчёт по регламенту?

Руин сокрушенно опустил голову, вновь провёл пятернёй по коротким чёрным волосам.

В этот момент у Олега в кармане пронзительно затрезвонил телефон.

— Слушаю. Да. — Молодой афганец заметил, как на висках Олега вздулись вены, что выдавало его максимальное напряжение. — Ничего не делайте. Мне не нужны геройские смерти. Быстро на базу. Код секретности — «три-эйч».

Нажав на отбой, Серов повернулся к Руину.

— Не успели, — только и сказал он, мрачно глядя в смуглое лицо афганца. — Егора забрали. А Виталик и Борис — их больше нет.

*****

Работать Ермолов так и не смог себя заставить. Сидя над открытой страницей и пытаясь писать злосчастный код, он то и дело оглядывался на мерно сопящую в его кровати девушку. Она лежала на боку, по-детски подтянув ноги к груди, длинные чёрные волосы её растрепались, прикрыв часть лица.

«Первая кровь», — Алекс мысленно усмехнулся, ощущая себя героем второсортной вампирской мелодрамы.

Самое парадоксальное, что он действительно чувствовал какую-то необъяснимую тягу к этой девочке. И это было не половое влечение. Ермолов был единственным ребёнком в семье, но к Жене он относится так, как относился бы, наверное, к родной сестре.

Несколько раз за ночь он подходил к новообращённой вампирше. Ближе к утру её начала бить крупная дрожь, которая упорно не хотела отпускать, наоборот, с каждым часом становясь всё яростнее. Попытавшись взять девушку за руку, Алекс внезапно наткнулся на блуждающий отчаянный взгляд, который утонул в разгорающейся агонии. Девушке было плохо, но скорую Ермолов так и не решился вызвать.

Под утробные стоны незнакомки пришло утро, и Алекс, наконец, понял, что он безумно хочет спать. Сон буквально сваливал его с ног, всеми силами стараясь утащить в свои безмятежные сети.

*****

Марина подходила к дому своего пока ещё законного супруга в полной решимости отыскать хоть какую-то зацепку. Она была готова влезть в его компьютер или встретиться лицом к лицу с ним самим, что на самом деле пугало её сейчас даже больше, чем перспектива бездействия и неизвестности.

На сигналившую неподалеку машину она сначала не обратила никакого внимания, но когда звук бипера стал неприятно давить на уши, она всё же повернулась в сторону его источника.

— Эй! Привет! — Из машины высунулась сначала чья-то худая рука, а потом и радостная знакомая физиономия с ёжиком волос.

В человеке, махавшем ей с каким-то чрезмерно-позитивным выражением лица, Марина узнала институтского друга мужа, Влада.

«И чего так радоваться?» — подумала она, с сомнением глядя на него. С Лёшкой Влад общался неплохо, хотя Марина и не понимала, что их связывало и на какой почве они сошлись. Сама же она никогда не считала Влада даже приятелем, да и он никогда особенно в лучшие друзья к ней не стремился. А тут такая радость от встречи. С чего бы это?

— Привет, — осторожно поздоровалась Марина, подойдя к машине, и натянуто улыбнулась.

— Как жизнь молодая?

— Идёт, — Марина выдавила из себя ещё одну улыбку, но тут же оживилась, подумав о том, что надо бы допросить этого Влада на тему общения с её супругом. — Слушай, а ты давно Лёшку не видел? Случайно не знаешь, где он может быть?

— Совершенно случайно, знаю, — Влад расплылся в довольной улыбке. — И… у меня от него даже есть новости.

— Новости?! — поражённая, Марина широко раскрыла глаза и заморгала.

— Он очень просил передать тебе кое-что, — пояснил Влад, и его улыбка стала ещё шире. — Давай, запрыгивай. По дороге расскажу.

Влад даже дверцу машины приоткрыл, чтобы Марине не пришлось себя утруждать. Она подалась вперёд и, сгорая от нетерпения и внезапно охватившего её азарта, почти было села в машину, но в самый последний момент настороженно отдёрнула руку от распахнутой дверцы.

— Эй, ты чего? Да не съем я тебя! — Влад рассмеялся: искренне и, как Марине показалось, вполне добродушно.

— Говори здесь. — Марина подозрительно прищурилась.

— Ну ладно, как хочешь, — Влад взглянул на неё, как на сумасшедшую и, удивлённо пожав плечами, хохотнул в своей обычной манере: — Не знаю, что там у вас происходит, но в общем, вот. — Он достал из кармана маленькую коробку, обшитую бархатом. — Слёзно просил передать.

— Что это? — настороженно спросила Марина, принимая вещицу.

Влад озорно подмигнул.

— Я, конечно, не удержался, чтобы не посмотреть. Красивая штучка.

Марина быстро приоткрыла коробку, заглянула в неё и тут же захлопнула.

— Где и когда ты его видел? Как он?