Ольга Дос – Мой мальчик (страница 2)

– Нанимать менеджеров и аналитиков.

Он кивнул.

Это было 14 февраля.

Вечером он позвал меня – вместе со всеми – в бар.

Сначала просто коллега. Мы пересекались в офисе, в переговорках, на кухне с кофе. Разговоры начинались как рабочие, но иногда затягивались дольше, чем нужно.

Снаружи ничего не происходило.

Внутри – всё.

Я до сих пор не могу точно объяснить, что это было. Это не похоже на любовь – скорее наваждение.

Я увидела в нём что-то своё. Очень своё. Как будто давно знакомое. Как будто меня наконец могут понять.

Хотя если смотреть со стороны, мы были разными – во всём.

И это не имело значения.

Или, наоборот, имело слишком большое.

Он был рядом и одновременно недоступен. Не холодный, не отстранённый – но и не близкий. Не до конца.

Всегда на расстоянии.

И это расстояние тянуло сильнее, чем если бы его не было.

Я ловила его слова, взгляды, интонации. Запоминала. Возвращалась к ним. Прокручивала в голове. Додумывала.

Ждала.

Я начинала жить от момента, когда он появлялся рядом, до момента, когда он снова исчезал.

Сначала это было оживление – как будто во мне снова появляется жизнь.

Потом – зависимость.

В этом было всё: надежда, напряжение, ожидание.

И очень знакомое чувство, что меня снова не выбирают до конца.

Как будто всё время чуть-чуть не хватает.

Я спрашивала себя, почему именно он.

Но внутри был другой ответ:

потому что с ним как будто понятно.

Или потому что я очень хотела, чтобы было понятно.

Если он скажет ещё что-то, если посмотрит чуть дольше, если останется – значит это не просто так.

Значит это настоящее.

Значит это ответ.

Хотя сейчас я не уверена, что там был вопрос.

Сейчас я понимаю: в этом было что-то очень знакомое.

Ощущение, когда ты тянешься – а в ответ не пустота, а полушаг.

Полуприсутствие.

Ровно столько, чтобы остаться.

Он был недоступен, как мой отец.

Наверное, это и был тот самый крючок, на который я попалась.

Тогда я об этом не думала. Мне казалось, что это что-то настоящее, важное, судьбоносное.

А на самом деле это было место, где я снова пыталась дотянуться.

И не могла.

Глава 3. Я ищу любовь вовне

Есть версия меня, в которой любовь всегда находится снаружи – не внутри, не как что-то, на что можно опереться, а в другом человеке: в его взгляде, в его словах, в том, выбирает он меня или нет. И от этого выбора как будто зависит, существую я или нет.

В этой версии я всё время чуть тянусь вперёд – почти незаметно, но внутри это ощущается очень точно: как будто во мне чего-то не хватает, и это «что-то» должно прийти извне, должно быть дано, подтверждено, названо другим человеком. Иначе его как будто не существует вовсе.

Я становлюсь внимательной к интонациям, паузам, коротким разговорам, к тому, как именно на меня посмотрели, и возвращаюсь к этим моментам снова и снова – прокручиваю, соединяю, додумываю, как будто из этих разрозненных деталей можно собрать целостный смысл, в котором меня выбрали.

Я живу в этом промежутке – между «ещё нет» и «вот сейчас». И это «может» становится важнее того, что есть на самом деле, потому что в нём есть движение, ожидание, напряжение, в котором мне привычно находиться.

Мне дают немного – ровно столько, чтобы остаться: полувзгляд, полушаг, полуинтерес. И этого оказывается достаточно, потому что внутри есть знакомое ощущение – тянуться и не дотягиваться, быть рядом, но не до конца, быть почти выбранной, но всё ещё нет.

Я не ухожу, даже когда понимаю, что меня не выбирают полностью. Потому что именно в этом промежутке, в недосказанности, в недосложившейся близости есть что-то, что кажется настоящим, живым, наполненным – тогда как там, где спокойно и определённо, я вдруг чувствую пустоту.

Я снова и снова выбираю тех, кто не может быть рядом до конца, и каждый раз внутри остаётся ощущение, что именно сейчас всё сложится иначе, что меня наконец увидят, поймут, выберут – и тогда это движение прекратится.

Но этого не происходит.

И тогда я стараюсь ещё больше – становлюсь внимательнее, мягче, точнее подстраиваюсь, почти незаметно меняясь в сторону той, какой, как мне кажется, меня можно выбрать. Как будто если я стану правильной, этого окажется достаточно.

Но дело никогда не во мне.

Просто в этой версии моей жизни любовь – это всегда что-то, к чему нужно тянуться, что находится чуть дальше, чем я могу дотянуться, и никогда – то, в чём можно просто быть.

Глава 4. Я удержала его

Мне стало плохо на работе.

Мы снимали промо для школы менеджеров. Я стояла в кадре, слушала, что-то говорила, держала лицо, держала голос, держалась – и вдруг поняла, что больше не могу стоять.

Боль накатила резко – как будто внутри что-то сжалось и не отпускало, как будто тело в одну секунду перестало подчиняться и стало жить отдельно от меня.

Я попыталась закончить фразу, удержаться, сделать вид, что всё нормально, но через несколько секунд уже держалась за стену, не понимая, как вообще стою.

– Я сейчас… – сказала я кому-то рядом и не договорила.

До туалета я дошла по стенке, медленно, цепляясь за поверхность, чтобы не потерять равновесие.

И там была кровь.

Я не помню это как картинку – только ощущение: резкий, холодный страх, который поднимается снизу вверх и мгновенно заполняет всё тело.

– Этого не может быть, – сказала я вслух.

Я почти сразу поехала к врачу. Осмотр, вопросы, анализы – всё происходило быстро, почти механически, как одна из множества типовых историй.

– У вас цистит, – спокойно сказала врач. – Ничего критичного.

– Это точно? – спросила я.