Ольга Дмитриева – Ученица Ледяного Стража. Нежданная наследница (страница 9)

– Давай ты сделаешь вид, что меня не видел? – взмолилась я и попыталась встать.

Сначала мне это удалось, но проклятые ноги подогнулись сразу же. Я наступила на подол, раздался жалобный треск. А затем снова села в снег.

Глаза Вестейна расширились от удивления.

– Что? – переспросил он.

– Сделай вид, что меня не видел, – повторила я. – Мне нужно добраться до комнаты, пока Эйнар и Сигмунд отвлекают Багрейна и Крона. Иначе меня не будут уважать здесь.

После этого до меня дошло, что добраться до своего домика я могу теперь только ползком или запинаясь через каждые два шага.

– Что с тобой? – вместо ответа спросил Вест.

Пришлось объяснять:

– Снотворное и заплетающиеся ноги. Я была на празднике для адептов…

– Знаю.

Куратор нахмурился и начал натягивать сапоги. Я обреченно смотрела на него. Надежда сделать Хеймира улетучилась, как дым. Интересно, что за наказание меня ждет на этот раз?

Тяжесть в голове усилилась. Вест набросил на плечи рубашку и куртку, а затем в его руках появился серый пузырек. Сначала я не поверила своим глазам и подозрительно спросила:

– Что это?

Куратор усмехнулся и откупорил склянку. Тонкая струйка серого дыма вырвалась из горлышка. Вестейн взмахнул рукой, позволяя дыму растечься вокруг нас. Отвод глаз? Но зачем?

В следующий миг он быстро и аккуратно завернул меня в собственный плащ и понес прочь. У него на руках еще больше захотелось спать.

– Так какое будет наказание? – обреченно пробормотала я, устраивая голову на его плече.

– Потом, – бросил Вест. – Тихо, иначе нас обнаружат.

Отвод глаз все еще витал вокруг нас, и я послушно замолчала. Чувство направления меня быстро покинуло. Сначала куратор долго петлял по лесу. Когда мы стали красться задворками общежитий, я вдруг поняла, что мы ничуть не приблизились к домику, а идем совсем не туда!

– Моя комната в другой стороне, – шепотом напомнила я.

Вестейн усмехнулся и так же тихо ответил:

– Багрейн караулит на горе, а в лесу Крону помогает Сальверсон. Это род дальних родственников Эллингбоу. Так что туда соваться пока не стоит. Переждем и проберемся в комнату через несколько часов, когда все утихнет.

Несколько мгновений я удивленно хлопала глазами, а затем едва слышно шепнула в ухо куратора:

– А куда ты меня несешь?

Поколебавшись, Вестейн ответил:

– В мою комнату.

Я не нашла слов. Даже сонливость выветрилась от такой мысли. Сначала я испытала восторг. Побывать в жилище куратора мне хотелось. Потом вдруг сообразила, насколько это рискованный ход, и тут же сникла.

А он пояснил:

– Сейчас все преподаватели заняты ловлей адептов. И я запасся зельем для отвода глаз в родовом замке.

– Но я все равно не смогла добраться до комнаты сама, и ты должен наказать меня, – тяжело вздохнула я.

– А я официально не участвую в ловле адептов после праздника, – сообщил Вест. – Моих наказаний и так все боятся. Ректор настоятельно просил меня пощадить адептов хотя бы в такой день. Можно сказать, меня вообще здесь нет. Никто еще не знает, что я вернулся. Свейт высадил меня за хребтом, и дальше я шел пешком…

Я искренне удивилась:

– Тогда зачем ты купался? Свейт же не сможет тебя высушить!

Он как-то странно посмотрел на меня и пробормотал:

– Окунуться было хорошей идеей, а главное – своевременной. Отрезвляющей. Тебе очень идет это платье.

От его слов внутри растекалось тепло. Затем я вспомнила порванный подол и с грустью прошептала:

– Только платье я испортила. К весеннему балу придется просить новое у отца. Так не хочется… Наверняка он в придачу пихнет новое письмо от Гольдберга.

Я почувствовала, как тело куратора словно окаменело. Он стиснул зубы и процедил:

– Не придется. Я решу эту проблему.

Какое-то время мы молчали. Только снег хрустел под ногами Веста, и с тихим шипением серый пар вырывался из пузырька. Я продолжала обдумывать полученные сведения и через несколько минут снова потянулась к уху куратора, чтобы задать еще один вопрос:

– Ты сделал это специально, да? Знал, что все сложится именно так?

– Предполагал, что тебя попытаются подловить, и принял ответные меры, – кивнул он. – Правда, я рассчитывал, что в фантах удача будет к тебе более благосклонна.

– Это не удача, – возразила я, – а происки Иды Эллингбоу.

Пришлось так же тихо поведать куратору о коварстве моей однокурсницы. Его лицо стало холодным и отстраненным, и я поняла, что закрывать глаза на эту выходку Вест не намерен. Когда я замолчала, впереди показался задний двор общежития для преподавателей.

Тут я дала ход своим сомнениям:

– Но тебе придется нести меня через все общежитие… Даже с отводом глаз это рискованно. Он не работает так хорошо в замкнутом пространстве.

– Не придется, – спокойно ответил куратор. – У меня есть способ попасть в свою комнату, не привлекая внимания.

Я непонимающе посмотрела на куратора, и он добавил:

– Здесь есть секретный ход, который ведет к двери в мою комнату.

Вокруг нас продолжало кружиться серое облако. Под прикрытием зелья мы подошли к стене. Я так и не поняла, что сделал куратор, но каменная кладка словно растворилась, и он шагнул в узкий темный коридор. Света почти не было, лестница уходила вверх.

– Тайный ход? – удивилась я. – И о нем знаешь только ты?

– Вроде того.

– Но… почему?

– Мой предок основал Академию Стражей Севера, – терпеливо пояснил Вестейн. – Поэтому мне положены кое-какие привилегии. Особая комната и доступ к некоторым тайнам.

– И поэтому источник твоего рода находится здесь, – догадалась я.

– Да, именно так, – кивнул он.

Больше я ничего не спрашивала. По телу начала распространяться слабость, и я снова опустила голову ему на плечо. Вестейн уверенно и быстро поднимался по лестнице. На одном из пролётов мы замерли у стены. По каменной кладке пробегали магические всполохи. Мне показалось, что узор имеет какой-то смысл. Но от меня он ускользал.

Дозы снотворного оказалось недостаточно, чтобы усыпить меня. Но сонливость не отступала, путая мысли.

Наконец куратор едва слышно прошептал какое-то слово, и стена перед нами снова растворилась. Вестейн шагнул в новый коридор. Мы стояли в закутке с одной-единственной дверью. Наверное, остальные комнаты оставались за поворотом. Мой куратор и правда жил на отшибе.

Вестейн осторожно поставил меня на ноги у стены рядом с дверью и разжал руки. Это было ошибкой. Ноги подкосились сразу же, и куратору пришлось меня ловить.

Я обвила его руками за шею, отчаянно пытаясь удержаться.

Тут я заметила, что куратор хмурится, и скосила глаза на дверь. Из-под нее вырывалась тусклая полоса света. Сердце ушло в пятки.

Вест почувствовал моё напряжение и прошептал:

– Всё хорошо.

А затем он с тяжёлым вздохом постучал в дверь носком сапога.

Она распахнулась сразу же. На пороге появился Йоран. Я ждала очередного потока ругательств. Но страж только выпучил глаза и посторонился, позволяя Весту снова подхватить меня на руки и занести в комнату.