Ольга Дашкова – Сама невинность (страница 33)

— А потом он куда-то меня повез, я совершенно не понимала, куда, да и телефона не было. Когда выехали за город, мне кажется, он был совсем не в себе, его трясло, по лицу стекал пот, я начала с ним разговаривать, простит остановить, выпустить меня. А потом машину выбросило на встречную полосу, на нас неслась фура, я не понимаю, как дверь открылась, видимо, я постоянно дергала ручку, вывалилась на дорогу, очнулась, только когда меня несли на носилках.

— Успокойся, маленькая, все хорошо, все закончилась.

— Что… что с ним стало? Он жив?

— Нет, он погиб на месте.

Катя замолчала, отвернулась к стене, укрывшись одеялом почти с головой. Стас лег рядом, плевать он хотел на все правила и то, что надо было уйти, он не бросит свою девочку, когда ей плохо. Подвинулся ближе, обнимая ее, прижимая к себе, слушая сбитое дыхание. Вскоре Катя стала дышать ровнее, его самого отпускало напряжение и жутко хотелось спать. Но, как только он стал проваливаться в сон, его начали трясти за плечо.

— Молодой человек, молодой человек, проснитесь. Вам нельзя здесь находиться.

— Мне можно, — ответил, не глядя, еще крепче прижимая к себе Катю.

— Проснитесь, я вам говорю, там вас ищут, всю больницу на уши поставили, друзья ваши.

Стас моментально проснулась, быстро встал, посмотрел на девушку в белом халате, она показывала на приоткрытую дверь, откуда слышался шум и громкие голоса.

— Да, хорошо, извините.

Он обернулся, взглянул на спящую Катю и быстро вышел из палаты.

— Ну, чего ты молчишь? Ты объяснишь, что произошло, или нам из тебя клещами вытягивать? Стас?

Алексей Владимирович напирал больше всех, Макс стоял у окна, вглядываясь в темноту, Краснов сидел рядом.

— Тихонов ее увел из “Олимпии”, повез в неизвестном направлении, выехал на встречную полосу, прямо под фуру. Катя чудом осталась жива, вылетела из открытой двери, даже не представляю, как такое произошло, самому страшно. Но странно, что Тихонов выкрутил руль, весь удар пришелся на его правую сторону. Другой бы на его месте тупо давил на тормоза. Я еще удивился, почему машина в таком положении, был удар, его откинуло к отбойнику, а Катя вывалилась прямо на дорогу. Врач говорит, сотрясение, ушибы, но по первым анализам ничего серьезного.

— Что с Тихоновым? — Алексей Владимирович, стоявший над Стасом, словно скала, чуть сдвинулся и тоже посмотрел в темное окно.

— Медики сказали, умер не сразу, когда приехали, был еще жив несколько минут. Вот, Катя нашла дома в своих вещах, это ваше. Мы только посмотрели, так, мельком.

Стас достал из кармана спортивных брюк черный браслет. Макс обернулся, глядя на то, как брат берет браслет и крутит его в руке.

— Хм, странно, а мы только все уладили с этими шустрыми ребятами. Убедили, что ни у нас, ни у девочки ничего нет.

— Я бы отработал эту методику убеждения еще раз, наверняка чтоб осознали. Мне кажется, они не очень хорошо поняли.

— Макс, второй раз ты можешь перестараться.

— Вы с ними виделись? Почему не сказали мне?

— Да, у нас тут привычка такая, никому ничего не говорить, да, Краснов? Полюбуйтесь, работник мой лучший, спелся с девчонкой. Ладно, она-молодая да глупая, ты то чего начал играть в Шерлока?

— Я хотел просто помочь. Так совпало, что был в тех краях.

— Помощник хренов.

— Так что ты узнал? Алексей Владимирович, давайте, вы потом накажете своего сотрудника, сил нет никаких слушать ваши перепалки.

Стас устало посмотрел на всех собравшихся в ярко освещенном коридоре больницы поздней ночью, но на них уже никто не обращал внимания, даже дежурная медсестра.

— Тут такое дело, Стас, — в заговор включился Максим. — Теперь тебе точно придется жениться на Екатерине.

— Это ты мне, что, сейчас угрожаешь? Я бы сам не разобрался, что мне точно надо сделать? Что нам надо делать? И пошел бы попросить твоего совета и благословения?

— Теперь придется. Я про благословение.

Макс так хитро улыбнулся и подмигнул Стасу.

— Мне кто-то объяснит, что происходит?

— Женя, дай послушать запись, только без меня.

Алексей Владимирович отошел в сторону, а Краснов достал диктофон с наушниками и протянул его Стасу. Тот осторожно взял, все еще продолжая смотреть на окружающих его мужчин с непониманием. Вставил наушники, включил запись и начал слушать.

Глава 41

— Как вы себя чувствуете?

Молодая девушка, медицинская сестра, приветливо улыбнулась, подавая Кате таблетки и стакан с водой.

— Спасибо, хорошо.

— Вся больница только о вас и говорит, нужно в рубашке родиться, чтоб выжить и отделаться только сотрясением после такой страшной аварии.

— Да, наверно.

Катя выпила таблетки, легла обратно на подушку и отвернулась к стене, поджав колени к груди. Утром заглядывал Стас, как-то странно на нее смотрел, постоянно говорил, что все будет хорошо, чтоб она ни о чем не думала и не переживала.

Потом пришли Алексей Владимирович, Максим и Женя Краснов. Медицинский персонал был в шоке от самого вида этих мужчин. Они выглядели все еще загадочней, чем Стас, смотрели не так, как обычно, были слишком приветливы и ласковы, хотя Алексей Владимирович больше молчал, зато Максим шутил во всю. Катя решила, что это простая жалость, это скоро пройдет. Ей очень хотелось спросить у Жени о том, что он хотел ей сказать, ведь у него есть новости о ее матери, которых Катя совершенно не ждала. Но она так и не решилась задать вопрос, делать это в присутствие всех было неудобно.

Потом все ушли, приходил доктор, сказал, что она пробудет у них под наблюдением несколько дней. Стас уехал домой за вещами, все разошлись, Катя осталась одна, наедине со своими мыслями и переживаниями. Но потом в палату зашли двое мужчин, девушка даже испугалась, они показали документы, это была полиция, и почти час Кате пришлось отвечать на их вопросы.

— Извините, что беспокоим вас в таком состоянии, но такова процедура. Чтобы восстановить картину происшествия, мы должны опросить вас. К сожалению, авторегистратор на пострадавшем автомобиле оказался неисправен, что произошло, и почему водитель выехал на встречную полосу, можете сказать только вы.

— Да, конечно, я отвечу на все ваши вопросы.

Ничего нового, кроме того, что она говорила Стасу, девушка им не сказала. Но кое о чем промолчала. И вот, когда ушла эта улыбчивая и приветливая девушка, Катя, закрыв глаза, снова видела перед глазами тот эпизод, что был за несколько секунд до столкновения с огромной, летящей на них машиной.

Ее накрыла дикая паника, вот именно в тот момент она осознала, что с ней будет, что с ней сделает этот мужчина. До этого все словно происходило не с ней, она отказывалась верить и воспринимать происходящее реально. Катя накинулась сзади на мужчину, начала бить его кулаками, цепляться за одежду, он отшвырнул ее одной рукой на заднее сидение. Всего на миг оглянулся, потерял управление, выехал на встречную полосу, машину повело направо, Катя нащупала ручку двери, дернула, та поддалась, она вылетела на дорогу. Последнее, что она слышала, был жуткий скрежет, и она потеряла сознание.

Получается, это она виновна в гибели того мужчины. Виновата в аварии, в которой могла погибнуть сама. А если бы кто-то пострадал еще? Будь она другой, воспринимай мир не так наивно и доверчиво, то девушку сейчас бы не мучали муки совести. Но каким бы ни был тот мужчина, чтоб бы он ни хотел совершить, она чувствует на себе вину за его гибель. Но если бы судьба дала ей шанс переиграть те несколько секунд, она бы сделала то же самое. Странная борьба между совестью и разумом.

Дед всегда учил ее поступать по совести, быть честной с людьми и всегда говорить правду. Эту правду она сказать не могла, не могла признаться, что стала виновником гибели человека. Надо просто как-то жить с этим дальше. Надо думать о том, чего ей удалось избежать, это просто стечение обстоятельств. Катя не заметила, как заснула, видимо, таблетки, что ей дали, имели снотворное действием, а может, это последствия сотрясения.

Проснулась от того, что ее кто-то гладил по волосам, почувствовала запах знакомого парфюмаи легкое касание губами ее виска.

— Я тебя разбудил?

Кровать рядом с ней прогнулась, Катя повернулась к мужчине, легла на бок, обняла Стаса за шею, и сама поцеловала в щеку.

— Я скучала.

— Я тоже скучал, малышка. Как ты себя чувствуешь?

— Немного болит голова и кружится, когда встаю, а так, все хорошо. Когда меня выпишут? Я хочу домой.

— Надо побыть здесь некоторое время. Доктор сказал, всего несколько дней. Приходила полиция?

— Да. Но Стас, мне нужно тебе кое-что сказать, я не сказала этого им.

Катя посмотрела на Стаса, заметила, как он устало выглядит, под глазами темные круги, прикусила язык и замолчала.

— Ты совсем не спал, да?

— Не было времени. Так что ты хотела мне сказать?

— Ты говорил, что я твоя невеста, — Катя решила сменить тему и не нагружать Стаса еще больше.

— Так и есть, ты моя невеста, — сказал уверенно, совершенно не лукавя, как истину.

— Но…

— Никаких «но», официальное предложение, цветы, шарики, колечко, все, как любят девочки, будет потом.

— Да этого ничего и не надо.

Катя уткнулась Стасу в шею, улыбнулась и еще крепче обняла его.