Ольга Дашкова – Сама невинность (страница 12)

— Вы совсем обнаглели, столько лить воды!? Вы затопили нас! Стас, это ты?

Девушка подняла голову, гневное выражение лица сменилось на удивленное, даже появилась улыбка. Она шарила глазами по фигуре мужчины, вода стекала по его мускулистому телу, одной рукой он придерживал небольшое полотенце, прикрывая только половой орган.

— Света, извини.

— Я Саша, можно было запомнить.

— Да, Саша, прости, и за то, что затопил, прости. Я все возмещу.

Стас совершенно не хотел видеть свою соседку снизу, и уж тем более, чтобы с ней встречалась Катя, а встреча могла произойти прямо сейчас, если он не отделается от ее родственницы. Но, видимо, Александра и не собиралась уходить, продолжая разглядывать Стаса, при этом распахивая короткий халатик, как бы показывая, что под ним почти прозрачная комбинация.

— Ты что, заснул в ванной?

— Нет, просто так получилось. Сколько тебе надо денег? Я все возмещу прямо сейчас. Хотя нет, сейчас не получится, давай завтра, я зайду.

Он все время этого разговора прислушивался к звукам из ванны, но не было ничего слышно. Что там делает Катя, и почему до сих пор не вышла, было непонятно.

— Может быть, тебе помочь все убрать? Вода даже в коридоре.

— Нет, спасибо, я сам, — Стас обернулся, посмотрел на пол.

— Ну чего ты все сам, да сам, давай, помогу, мне не трудно.

Девушка хотела уже зайти в квартиру, но Стас остановил ее, не давая пройти дальше. Чего он боялся? Что Саша увидит свою двоюродную сестру голой в его ванной и девушке будет не совсем комфортно при этом? Наверняка, Катя отреагирует на появление своей родственницы в данной ситуации не совсем хорошо, снова замкнется, как тогда, с Марго. А Саша может задеть словом и обидеть ее. Или, что еще хуже, расскажет об их случайной связи? Хоть она и была давно, далеко до их встречи, но Стас боялся реакции Кати. Странно, но ему было страшно. И почему мир оказался так тесен?

— Стас, — Катя позвала его из глубины квартиры.

— А, ты не один? — приветливая улыбка сошла с лица Титовой, она поджала губы и резко запахнула халат. — Ну, помощь моя не нужна, тогда хорошего вечера, точнее, ночи. Я потом зайду, скажу, сколько ты должен.

Саша резко развернулась и быстро спустилась по лестнице.

— Черт, еще этих проблем не хватало.

Глава 16

— Евгений, здравствуйте, это Екатерина, клуб «Олимпия». Вы, наверное, меня не помните, несколько дней назад мы с вами познакомились.

Катя волновалась, набирая номер малознакомого человека, не знала, как он отреагирует на ее звонок и просьбу. Да, вообще, не зная, как пойдет их разговор. Найдя в базе данных клуба его личный номер, она долго не решалась позвонить, потом ей мешали, или она была занята работой.

Ей выдали специальную униформу клуба для работников: белая футболка-поло, такие же удобные кроссовки и черная короткая юбка. Стас часто проходил мимо, но чтобы просто пройти мимо, такого не было ни разу, он то затаскивал ее за угол, то целовал прямо там, за стойкой ресепшена, пока никто не видел. Катя краснела, отбивалась, но в итоге всегда сдавалась, отвечая на поцелуй, чувствуя возбуждение, свое и Стаса.

Но вот, она наконец осталась одна, отошла к большому окну и, глядя на дождливый город, набрала номер Евгения Краснова.

— Конечно, помню, здравствуйте, Екатерина, самая красивая девушка клуба.

— Да скажете тоже.

— Чем могу помочь?

У мужчины был очень приятный голос, чувствовалось, что он улыбается.

— Евгений, я чисто случайно узнала, что вы работаете в частном сыскном агентстве, что вы сыщик.

— Да это и не секрет, все знают, что я там работаю.

— Дело в том, что я бы хотела воспользоваться вашими услугами, конечно, не бесплатно. Хотя у меня не так много денег, но, надеюсь, хватит.

— Хорошо, Екатерина, я вас понял. Я подъеду через два часа, и мы обо всем поговорим. Хорошо? Вы в «Олимпии»?

— Да. Спасибо, буду вас ждать.

Женя отключился, а Катя задумалась. Правильно ли она поступает, не сказав Стасу о своей затее? В конце концов, расскажет все потом, как узнает хоть какую-то информацию, в этом нет ничего ужасного. Да и не хочется в это все еще вмешивать Стаса, он и так с ней возится постоянно, словно она ребенок маленький.

После их того потопа в ванной прошло три дня. Катя, наконец, включила телефон, разобралась, как он работает, позвонила в деревню, но Григорий Иванович не взял трубку, наверное, был чем-то занят. Хотя в сердце поселились сомнение и тревога, вдруг с ним что-то случилось, или снова приезжали те люди, из-за которых у деда случился последний приступ. Зря все-таки она уехала и все бросила, в такие моменты хотелось поехать на вокзал и купить билет обратно.

Тетка позвонила сама, сказала, что приедет после выходных. Катя сама набрала номер сестры, та ответила не сразу и сказала, что ее нет в городе. Вот так, Екатерина Алексеевна, никому-то ты не нужна в этом городе, разве что Стасу. Стас для нее был особенным, самый лучшим, но Катя не могла поверить самой себе, что она его девушка, словно сон какой-то.

У нее никогда не было отношений, одноклассники считали ее странной, деревенщиной, одевающейся в вещи своей бабушки. А как она еще должна была одеваться, если ходила в школу в соседнюю деревню, каждый день по пять километров туда и обратно? Только тепло и удобно. Дед часто возил ее на тракторе, иногда гости, что приезжали к соседям, подвозили, школу она пропускала редко, ей нравилось учиться.

А сейчас рядом с ней такой мужчина как Стас, от которого дух захватывает, да не только дух, ее тело словно ожило и живет своей жизнью. Она так остро реагирует на его поцелуи, ласки, даже слова, что он шепчет, которые ее смущают, она краснеет и готова провалиться сквозь землю.

Катя заулыбалась, приложив пальцы к губам, вспоминая их последний поцелуй и то, что за ним последовало. Наталья отправила ее за бланками, что заполнялись новыми клиентами клуба, и она случайно, со всего маха, налетела в коридоре на Маргариту. Бланки рассыпались, Маргарита ругалась, Катя извинялась. На эти крики вышел Стас и, ничего не говоря, затащил Катю в свой кабинет. Она посмотрела на диван, щеки вспыхнули румянцем, вспоминая, что именно на нем был ее первый секс. Но краснеть долго ей не дали, Стас посадил ее на свой широкий письменный стол, стал жадно целовать.

Крики Марго сразу вылетели из головы, в животе запорхали бабочки. Поцелуи мужчины перешли на шею, руки забрались под футболку, сжимая грудь, лаская через белье соски. Другая рука забралась под короткую юбку, и вот уже пальцы Стаса, отодвинув ткань трусиков, накрывают ее чувствительную плоть.

— Что ты делаешь? Ох…Стас.

— Хочу тебя потрогать, три дня подыхаю, как хочу, все сдерживаюсь, не могу больше.

Он, правда, эти три дня не прикасался к ней там, как-будто боялся, только целовал, обнимал и спал, крепко прижав к себе, словно она убежит от него.

Ласки становятся более настойчивыми, поцелуи распаляют. Именно от них Катя всегда дуреет, становится словно пьяная. Она чувствует, как пальцы скользят уже по влажным половым губам.

— Ты такая мокренькая уже, такая горячая, такая открытая для меня. Так хочу тебя, малышка, ты не представляешь, как.

Стас стоит между ее широко раздвинутых ног, футболка уже задрана вверх, бюстгальтер приспущен, грудь обнажена, сосок накрыт губами. Пальцы натирают набухший клитор, проникают внутрь, совсем неглубоко, но от этого не менее приятно. Дрожь расходится по телу, ощущения слишком острые и невыносимо приятные.

— Давай, девочка, кончай на моих пальцах. Сожми их, как ты скоро будешь сжимать мой член, когда он будет глубоко в тебе. Да, вот так, кончай, моя сладкая малышка.

Ей, оказывается, надо так мало, для того чтобы получить удовольствие. Катя слушается, словно ждала именно этих слов, тело содрогается, волна оргазма накрывает, клитор пульсирует под пальцами Стаса, она кричит, кончает, как хотел этого он.

— Умница, моя послушная, такая сладкая девочка.

Стас убирает руку, поправляет белье, последний раз лаская и целуя грудь, возвращая бюстгальтер и футболку на место, снимает Катю со стола и подталкивает к двери. Девушка ничего не понимает, ноги трясутся, сердце колотится в груди.

— Беги, работай. Я как закончу, поедем домой. Завтра выходной, пойдем в парк.

— В парк?

— Да, котенок, в парк, кататься на каруселях, есть сахарную вату.

Она смотрит на Стаса, облизывая пересохшие губы, трогает себя между ног, где только что был бешеный пожар.

— Если ты дальше будешь стоять, так на меня смотреть, облизывая губы и трогать себя, я возьму тебя прямо здесь, на этом столе. Но это будет грубо и жёстко. Так что брысь!

Катя моментально покидает его кабинет, быстро доходит до туалета, умывается холодной водой, прикладывая ладони к горящим щекам. В зеркале на нее смотрит совсем другая девушка, не та, которую она знала. Счастливая улыбка, блеск в глазах, она, определенно, стала взрослее. Тут же замирает, смотрит в одну точку. Да, она другая, она чувствует это сама, а еще она влюбилась, определенно, влюбилась. В Стаса невозможно не влюбиться, и если то чувство, что переполняет ее, называется любовью, то это именно она.

Глава 17

— Так, понятно, работники у нас делают все, что угодно, только не работают. Да, Екатерина?

Маргарита стояла у стойки, рядом с опустившей глаза Наташей, осматривая с ног до головы Катю.