Ольга Дашкова – Искушение (страница 2)

Гребаное, мать его, искушение.

Но сейчас не могу сдержаться, два месяца не видел ее, соскучился до чертиков, как пелена на глаза упала. Схватил за шею, сжимая влажные волосы, ударяясь зубами, впиваясь в губы поцелуем. Они невероятно мягкие, влажные, с привкусом виски и чего-то сладкого. Другой рукой пытаюсь задрать халат, хочу чувствовать под ладонями ее кожу.

– Максим! Макс!

– Черт!

– С ума сошел?!

Звонкая пощечина оглушает, щеку жжет, Инга отталкивает меня, позволяю ей это, в груди все клокочет.

Так мне и надо.

Захотел то, что нельзя.

Глава 2

Не успеваю подумать над тем, что случилось, губы все еще горят от поцелуя, дышать нечем. Я в своей спальне. Телефон разрывает тишину, хватаюсь за него, как за спасательный круг, быстро отвечаю.

– Да, алло, да, говорите.

– Ого-го, что с тобой, подруга? Ты от кого-то убегаешь, тебя преследуют? Инга, скажи, тебе нужна помощь?

– Нет, Марина, все хорошо. Извини, как-то так задумалась, звонок напугал.

– Ну, наконец-то моя любимая подруга вернулась из заточения, куда она сама себя определила. Ну как там, всех менеджеров поставила раком и трахнула страпоном? Можешь не отвечать, я буду знать, что это было именно так. Я считаю, что ты была бы очень сексуальна со страпоном.

– Прекращай, Марина. – Морщусь, вечно эти Маринкины фантазии хлещут через край до пошлости.

– А что такого я сказала? Вообще-то я соскучилась. Тебя не было два месяца, два, дорогая моя. Ты пропадала в какой-то дыре, вытягивала из жопы бизнес своего покойного мужа, хотя можно было спокойно его продать и жить припеваючи в Италии. Каждый день пить дорогое вино и встречаться с горячими итальянцами.

– Ты уже об этом говорила.

– Скажу еще, в тысячный раз: я не хочу, чтобы ты погибла, но уже в работе, как Иван. Я хочу, чтобы ты уже отпустила его и жила полноценной жизнью. Думала о себе, а не о том, как же удержать на плаву то, что в итоге достанется не тебе, а сыну Ивана.

– Он достанется ему по праву наследства, но есть и моя часть.

– Вот ты, как всегда, думаешь о ком-то, а не о себе, заметь. Ты думаешь о других, но пора уже это прекращать, подруга.

– Марина, на самом деле, хватит уже. Я с дороги, я устала, я хочу отключить телефон и мозг и просто спать трое суток.

– Ладно, хватит, извини. Я завожу все ту же пластинку каждый раз, как с тобой разговариваю, но ты меня перебиваешь и безбожно портишь головку проигрывателя.

Падаю на кровать, смотрю в потолок, рядом горит только ночник, шелковый халат распахивается, я под ним совсем обнаженная. Трогаю кончиками пальцев припухшие губы, которые все еще горят от поцелуя Максима.

Это все неправильно. Так не должно быть. Он мой пасынок. Я его мачеха.

Что за бред вообще?

Но ему уже девятнадцать лет.

Он уже не прыщавый долговязый подросток. Как-то так быстро и незаметно он вырос в молодого мужчину – выше меня на голову, с широкими плечами, мускулами, щетиной на лице. Да еще с этими татуировками по телу, которых я даже не замечала. И когда он успел их набить?

А сколько в его карих глазах было страсти и порока! Да, именно он, чистый порок плескался на дне его зрачков и заставлял меня задыхаться. А я спрашивала, как дела, чем он занимается, что-то там еще.

– Инга, слушай, я тебе нашла классного мужика. Боже мой, это такой невероятный экземпляр, просто закачаешься. Наши холостячки оторвут за него руки и ноги.

– Чем же он невероятен? —подыгрываю я подруге, только чтобы она переключилась на другую тему.

– Зовут Семен, имя, конечно, такое себе, но у Семена сеть ресторанов, и ты обязательно должна с ним познакомиться. Ты познакомишься, а он тебе выложит все меню, плюс еще отдаст свою бессмертную душу и, может быть, даже подарит какой-нибудь ресторанчик или назовет новый в твою честь. Боже, это так романтично, я уже вижу эту картину.

Попытки Марины познакомить меня с кем-либо перевалили за второй десяток, и это уже не веселило так, как раньше. Все мужчины вызывали во мне стойкое чувство отвращения, как бы они ни были галантны и милы.

– Я обязана тебя с ним познакомить, не прощу себя, если не сделаю этого. Семен холост, точнее, разведен, свободен и несчастлив. Там все по классике, жена изменила, он ей все оставил и ушел в закат. Пообещай, пообещай мне, что ты с ним познакомишься. Я тебя очень прошу, Инга.

– Марина, я не расположена сейчас к знакомствам. И уходящий в закат мужчина с вещами не самая красивая картинка.

– Ты два года уже к ним не расположена. Два года – это же уму непостижимо. Сними уже с себя наряд вдовы, хватит оплакивать Ивана. Ты молодая, красивая, здоровая, в самом соку женщина, тебе всего тридцать один. Ты должна встречаться с мужиками, менять их как перчатки, выходить замуж, разводиться, снова выходить и рожать детей. А ты чем занимаешься?

– Чем?

– Похоронила себя в какой-то дыре, поднимая бизнес мужа, покойного, извини, конечно, что я так об Иване. И ничего плохого не случится, он с того света не проклянет тебя, если ты познакомишься с интересным мужчиной. Я бы, конечно, забрала его себе. Семен – шикарный мужчина, одевается стильно и с иголочки, манеры, поведение, образование.

– Ну так забери его себе.

– Борис не позволит, чтобы между нами стоял какой-то ресторатор, пусть даже и очень богатый.

– Да, он этого не допустит, – улыбаюсь я, вспоминая пару: Марина и Борис.

– К тому же к Борису у меня слабость со школы. Ты понимаешь, я сама его вырастила, воспитала, сама подстроила под себя. Он мой. И как теперь такого удачливого, успешного и красивого я могу отдать в руки какой-то сучки? А Боря меня бросит, как только я с кем-то заведу интрижку, да и некогда мне.

Да, у Марины и Бориса отношения со старшей школы. Там подруга положила на него глаз и вложила все, что могла вложить. Теперь Борис – успешный бизнесмен, а Марина – психолог. Ну кем ей еще быть? Вот она на мне и тренируется.

– Хорошо. Я обещаю, я познакомлюсь с идеальным Семеном.

– Ура, значит, завтра вечером он за тобой заедет. Я ему сообщу все координаты, сорт твоих любимых цветов, название твоего любимого вина, места, где ты любишь отдыхать.

– А где я люблю отдыхать?

– В Италии, милая. Конечно, Италия. Что может быть лучше?

– Я была там всего раз с Иваном.

– После знакомства с Семеном он купит тебе там виллу. Кстати, как там пасынок? Растет? В школу тебя не вызывают? И вообще, ты долго еще будешь продолжать с ним жить? Купи себе другую квартиру или дом. У него есть деньги, собственный счет, открытый отцом, он не пропадет.

– Как ты правильно заметила, он не пропадет, потому что он уже взрослый. В школу меня не вызывают, что у него в университете, я не знаю, думаю, все нормально.

Но мальчик вырос, мальчик возмужал, мальчик стал мужчиной. Это меня пугает.

Последнюю фразу я не сказала вслух, простилась с подругой, пообещала, что завтра дам шанс Семену. Бросила телефон в сторону на кровати, начала смотреть в потолок, там играли блики от фар проезжающих внизу по дороге машин.

Мальчик вырос, мальчик стал мужчиной.

Он пахнет мужчиной, от него идут флюиды голодного самца, который еще немного – и накинется на свою жертву, разорвав ее в клочья. Интересно, какой он в постели?

Именно так я себя чувствовала, когда он целовал, а потом смотрел на меня, получив пощечину. Он ее не забудет, а я не забуду то, что он сделал.

Закрыла глаза, распахнула халат еще больше, сжимая обнаженную грудь, пощипывая сосок, с губ сорвался стон. Сколько у меня не было секса? Да, Марина права, я голодная, молодая, в самом соку женщина.

Природу не обманешь, моя репродуктивная система работает со страшной силой, яйцеклетка созревает ровно в срок, ждет своего оплодотворения, а женское начало – удовлетворения.

Гормоны играют, а я их гашу, тушу, давлю, даже ходить стала в брюках, чтобы все воспринимали меня как мужика, а не как женщину. Опускаю руку ниже, накрываю живот, раздвигаю бедра.

Ресницы дрожат, губы приоткрыты. Я представляю, как надо мной нависает мужчина, как придавливает своим весом, как входит в меня членом и начинает трахать.

Пальцы играют с клитором, я возбуждаюсь за доли секунды, теку, набухаю, кончаю через минуту, такого еще не было. Срываюсь на крик, глушу его, зажимая рот ладонью. Сжимаю бедра, ложусь на бок, сердце как сумасшедшее барабанит в груди.

Лишь потом понимаю, что представляла, как меня трахает Максим.

Мой пасынок.

Сын моего покойного мужа, которому я прихожусь мачехой.

Глава 3

– Вот же черт! Черт! Черт!

Боль приводит в чувства, но совсем немного. Смотрю на следы крови, оставленные на стене. Нет, у меня не бывает вспышек ярости, я вполне адекватен, могу себя контролировать, но не рядом с Ингой.