Ольга Дашкова – Две полоски. Двойная ошибка (страница 10)

Это дежавю и нервы, надо успокоиться и выпить воды, а лучше вообще свалить отсюда на свежий воздух. Сева обещал суши и куни, надо брать. Шикарный вариант, дура буду, если откажусь.

– Вам сделать коктейль? – Бармен обращается ко мне, ослепительная улыбка, сам натирает бокал. – «Смерть в полдень» очень рекомендую, абсент и шампанское, вам понравится.

Слишком много совпадений: Миронова, коктейль, короткое платье, имя Клим. Все это уже было, почти так и было, но в другой стране, при других обстоятельствах.

– Так что?

– Нет, спасибо, давайте без «Смерти в полдень», если можно, то просто воды.

Бармен пожимает плечами, я боюсь повернуться в ту сторону, увидеть красное платье девушки и мужчину с именем Клим. Но делаю это, а сама задерживаю дыхание. Мужчина все так же стоит спиной, но на ней сейчас рука девушки с ярким лаком на острых длинных ногтях. Он склонил голову, блондинка что-то шепчет ему на ухо.

– Вы Ольга?

Снова вздрагиваю от испуга, резко оборачиваюсь. Во мне за десять минут, что я провела в этом месте, умерло миллион нервных клеток.

– Да, Ольга Успенская.

– Я Корнев, извините, что не отвечал, сами понимаете, столько народу и всем нужно уделить время.

Приятный мужчина, высокий, худощавый, думаю, за пятьдесят. Усталый взгляд, на висках седина, белоснежная рубашка, серый пиджак, все по фигуре, все наверняка сшито на заказ. На безымянном пальце обручальное кольцо, оно меня даже порадовало, такой мужчина ценит свою женщину и семью. Но я могу и ошибаться, это нормально.

– Ничего страшного, я сама немного растерялась, спросила у одного мужчины, как вас найти, так он испугался.

– Ну, я, как видите, не такой страшный. И признаюсь, приятно удивлен, что придется работать с такой шикарной девушкой.

Комплимент был сказан так просто, как что-то само собой разумеющееся, не лесть, а именно комплимент мужчины, который женщине приятен. Мне сто лет никто такого не говорил, только Чех, когда признавался в любви, но у него это было так… так по-особенному, что нельзя было усомниться.

– Спасибо. Так, может, приступим? Я готова.

– Да, пойдемте, ваша задача быть рядом, и когда услышите английскую речь, переводите.

– Хорошо.

Девушки в красном платье, ее спутницы и мужчины уже не было рядом, я вздохнула с облегчением. Но было рано это делать – вечер неприятных сюрпризов только начинался.

– Извините, я такая неловкая. – Дама в черном платье и белом норковом манто наступила мне на ногу, с явно выраженной неохотой извинилась.

– Ничего страшного.

Мне хватило несколько секунд, чтобы выделить из толпы знакомые черты лица и хищный взгляд, направленный на меня. Будь проклята эта тетка, что отвлекла, будь проклят этот день, который так паршиво начался.

Глава 9

Было такое ощущение, что меня ведут на Голгофу.

Нас провожали взглядом, Павел Львович со всеми здоровался, принимая поздравления. День рождения? Юбилей? Я терялась в догадках, но скоро все стало ясно.

Мужчина, что встал у нас на пути, был вполне обычным. Невысокий, щуплый, на носу тонкая золотая оправа очков, жидкие волосы прикрывали лысину, а вот говорил он на английском языке.

– Господин Корнев, поздравляю, удачное слияние. Вы оказались хитрее и опередили меня, рискнули, и сейчас мы пьем шампанское.

Добросовестно перевожу каждое слово, блеклый мужик обращает внимание на меня, неприятный тип. Но у меня все мужики в последнее время неприятные, за сегодня он второй после Вадика.

– Спасибо, Джимми, я оценил твою шутку, но надо было быть шустрее. Или не быть скрягой и заплатить на пару миллионов больше.

Перевожу снова, понимая, что Корнев увел из-под носа у этого Джимми компанию. Ну, тут, конечно, я далека от ситуации, у меня уводили только такси и еще трехколесный велосипед Ваньки, но велик нашли. А уж масштаб компании мне не понять.

Мужчины смеются, жмут руки, хлопают друг друга по плечам, наблюдаю эту веселую минутку.

– Познакомишь меня с твоей спутницей? Привет, я Джимми Грин. Можно просто Джимми.

Да ты, мистер Грин, в отцы мне годишься, точно, на отчима моего чем-то похож – такой же мерзкий, сальный взгляд. Думаю, это переводить не стоит, Корнев и так все понял. Отвечаю лишь из вежливости.

– Меня зовут Ольга. Извините, но я на работе, – выдавливаю скромную улыбку, мне не нравится этот Грин, как-то неискренне у него все.

– Паша, вот ты где, я тебя потеряла, – появляется та самая женщина, что была рядом с девушкой в красном платье.

Она кивает Грину, виснет на локте моего работодателя.

А вот и супруга. Думаю, что это она. На меня не смотрит, словно я предмет интерьера. Яркая брюнетка с короткой стрижкой, ухоженная, с бриллиантами в ушах и тонким чокером из жемчуга на шее. Платье цвета шампань и цепкий взгляд гиены. Такая разорвет любую, кто посягнет на ее кормильца.

Право, я была разочарована. Мне представлялась совсем другая спутница рядом с таким мужчиной. Немного нежнее, что ли, мягче, женственнее. Но это не мое дело, главное – отработать вечер. Здешняя обстановка, люди – совсем не мое. Но я хочу выйти на новый уровень, выкарабкаться из болота переводов и репетиторства.

– Анюта, нужно пригласить Джимми к нам на выходные, пока не затянула рутина.

– Да, конечно, в любое время. – Анюта улыбается, имя ей совсем не идет. – Я хотела тебя кое с кем познакомить.

Разговоры и шум переполненного людьми зала уходят на второй план. Убираю волосы набок, чувствую, как по обнаженной части шеи бегут мурашки, ледяной волной спускаются на спину.

Взгляд.

Кто-то смотрит на меня.

Во рту вновь сухо, облизываю губы, боюсь обернуться. Смотрю вперед, встречаясь глазами с мужчиной.

Он стал взрослее. Чуть короче волосы, хитрый прищур, легкая ухмылка.

Нет, этого не может быть. Чтобы вот так встретиться через шесть лет непонятно где – один шанс на миллион. Ну, я же счастливица, у меня получилось.

Марк.

Это он.

Ладони потеют, хочу уйти. Убежать, спрятаться, как я это делала первые месяцы после прилета. Сидела как мышь в своей норе и боялась высунуть нос. Потому что понимала, что могут со мной сделать эти мужики после того, как я их подставила.

– Все в порядке? Ольга?

– Паша, где ты ее нашел? Она трезвая?

– Извините, да, я трезвая.

Но после точно напьюсь, и мартини Всеволода мои нервы не успокоит.

Супруга Корнева смотрит с пренебрежением, Джимми Грин трется рядом, Марка больше не вижу. А может, все это мне показалось? Галлюцинации на фоне эмоционального напряжения. Как-то странно на меня действует апрель, и так каждый год.

– Следуйте за мной.

Идем в сторону, и снова незнакомые мужчины, иностранная речь. Перевожу на автомате, помогаю найти общий язык. Речь идет как раз о той компании, что Корнев увел у Грина, а это некоторые из членов правления, они обсуждают, когда будет новое заседание. Отвлекаюсь от своих мыслей, выполняю свою работу, которую я люблю.

Отчим всегда считал, что моя тяга и способности к языкам ни к чему хорошему не приведут. Накаркал, сука. Он утверждал, что женщина должна иметь полезную профессию, например швея, повар, продавец – то, что может быть полезно семье. Но я считала, что знание языка и диплом хорошего вуза откроют для меня дорогу в другой мир.

Впрочем, первая же моя попытка показать себя и увидеть мир немного, так сказать, пошла не по плану. Совсем не по плану.

Мужчины, которые не спешат со мной знакомиться, за что я им благодарна, обсуждают работу, что-то связанное с покупками акций, сложные финансовые и экономические термины, но я их понимаю. Разговаривают долго, кто-то постоянно отвлекает, но когда решают вернуться в зал, где музыка уже звучит громче, вздыхаю с облегчением.

– Павел Львович, я вам еще нужна?

– Нет, думаю, что нет. Но вы можете остаться, отдохнуть, мне будет приятно.

Все-таки он милый, обходительный, вежливый, пока образ «настоящего мужчины» ничем не запятнан и не замаран.

– Нет, спасибо, я пойду, было приятно с вами работать.

– Хотите, мой шофер отвезет вас?

Если сейчас над головой Корнева вспыхнет нимб, я не удивлюсь.

– Спасибо, я сама.