Ольга Черниенко – Друзья наши – меньшие братья (страница 2)
– Она что, у негра в жопе побывала? – подозрительно прищурилась кассирша в банке.
– В жопе, но не у негра – у ирландца, поэтому порыжела!
Деньги всё же мне поменяли.
Весёлый рыжий пёсик с усами и бородой своим задиристым характером чем-то напоминал мушкетёра: игры, шутливая борьба со своими четвероногими друзьями были его любимыми развлечениями. И всё же нередко случались настоящие драки, как правило, с собаками вдвое его больше и сильнее. Почти каждый месяц приходилось обращаться к ветеринарам, залечивать боевые раны. Но это его не останавливало: ничего, шрам на роже мужику всего дороже! И бросался в очередную драку… Но однажды случилось непоправимое: мы гуляли вместе с молодой, красивой пуделихой. Эдик галантно за ней ухаживал… Неожиданно из подворотни выскочил здоровый бультерьер. Понимая, что сейчас начнётся драка почти что с крокодилом, из которой мой пёс вряд ли выйдет победителем, я попыталась схватить и поднять свою собаку на руки, но тут – мощный удар по кисти зубами буля, словно по ней врубили топором! Поток крови, шок, оглушение! И шея моего Эди в сжатых зубах то ли акулы, то ли крокодила! В мыслях одно: только бы не загрыз, только бы не насмерть! Каким чудом его вытащили из челюстей этого чудовища с силой сжатия зубов в 22 атмосферы, плохо помню. Я попала в больницу на полтора месяца, перенесла три операции, чуть не потеряла руку. Обошлось. А Эдя… Эдик с тех пор не оправился: перенеся тяжёлый стресс, наложение 28 швов, инфицирование, пёс, которому, кстати, было уже почти десять лет (почтенный возраст для собаки!), стал постепенно слабеть, поездки за город у него более не вызывали огромной радости, всегдашнее любопытство сменилось равнодушием, апатией, сильно похудел, шерсть потускнела, стала вылезать. В ветклинике при онкологическом центре на Каширке поставили самый печальный диагноз – рак… И операцию делать нельзя: стар – не выдержит. Посоветовали усыпить. А как??? Как усыпить, если на тебя смотрят печальные, всё понимающие и такие доверчивые влажные собачьи глаза? Вопреки приговору пытались лечить. Пока есть жизнь – есть надежда! Он уже не мог ходить сам, на руках выносила его на улицу. Стоял, покачиваясь, нюхал воздух, ел травку. Вывозили в лесополосу на кольцевую МКАД, чтобы вновь ощутил себя на свободе, в раздолье, где тогда ещё можно было встретить и дикого кабана, и лосей, – благодарно лизал руки…
За полгода болезни не было ни одной жалобы, ни одного стона! Если бы я хоть раз услышала, что он скулит, что он жалуется на боль, я бы тут же вызвала службу усыпления, но этого не было… И опять робкое «а вдруг?»… Пока есть жизнь – есть надежда! Уходя на работу, склонялась над ним: «Как, милый, перенесёшь ещё один день без меня?» – «Я люблю тебя и буду ждать…» – читалось в его собачьих глазах.
И вот однажды, вернувшись домой, увидела – пёсик с трудом поднял голову: «Дождался, мне пора…» – и потерял сознание. Прости нас, дорогой!
После смерти Нэдди я окончательно поняла, что со своей болезненной любовью к животным не хочу более жить в Москве, что мне тесно, что хочется стать свободной от суеты, шума, грубости, жестокости большого города… Мы начали подыскивать участок в Подмосковье…
Со смерти моего четвероногого друга прошло двадцать лет. За это время у меня прожили жизнь и умерли несколько других собак. Но каждый раз, вспоминая их уход, я думаю: душевная чистота, безграничная преданность, бесконечная любовь и такая мука! За что Господь заставляет страдать их безгрешные души? Не искупление ли это людских грехов? Все собаки попадают в Рай? И я до сих пор не могу найти ответа, что же всё-таки правильнее: усыпить животное сразу по приговору врача или бороться до конца, пробуя все возможные средства, надеясь хоть на какой-то шанс, чтобы иметь возможность сказать себе: «Моя совесть чиста: я сделала всё, что могла, прости…»
Рождественский гусь
Долгое время Человек мечтает встретить, узнать, познакомиться с представителями иных цивилизаций, найти братьев по разуму. Он напряжённо всматривается в бескрайние просторы Вселенной, вопрошает: «Неужели мы единственные разумные существа в Космосе?» При этом почему-то людям не приходит в голову мысль: «А достойны ли мы этой встречи с существами иных планет, если не видим, не ценим, жестоко убиваем, эксплуатируем огромное количество живых, разумных существ, уже живущих рядом с нами? Если мы планомерно уничтожаем свой Дом – нашу Землю?»
Несколько лет назад случилось с моей знакомой несчастье: сгорел дом. Она занималась разведением домашней птицы: породистые куры, утки, индюки, гуси, цесарки остались без крова над головой. Близилась зима – новый дом не успели отстроить. Встал вопрос: где зимовать птичкам? Вот тогда она обратилась ко мне с просьбой приютить до весны часть её породистой птичьей стаи. Так мой участок превратился в мини-зоопарк – в курятнике появились куры, петухи невероятно красивых расцветок: бентамки, леггорны, московские кучинские, перепела, индоутки, цесарки, чем-то напоминающие павлинов, один печальный бронзовый индюк (его подруга погибла при пожаре) и шесть прекрасных, как лебеди, белых гусей. Всё это поголовье погорельцев гоготало, кудахтало, крякало, посвистывало…
В те времена у меня жили два добермана: Гуля и Эста – мама и дочь. Эти две замечательные собаки лояльно относились ко всему живому: кошкам, козам, курам. Никогда не проявляли агрессии против кого-либо из моих домашних животных. Поэтому, пока позволяла погода, все представители пернатых свободно разгуливали по нашему большому участку. Куры сообразили, что в собачьих мисках с кашей много чего интересного и нагло в них залезали. Интеллигентные доберманы отходили в сторону и с тоской смотрели на меня: отгони, мол, наглых пеструшек. Пришлось кормлением собак заниматься дома, а не на веранде, как прежде. Некоторые бентамки и цесарки оказались летучими – взлетали на деревья и там устраивались на ночлег. Впоследствии пришлось им подрезать крылья, дабы не улетели совсем. Пришла зима, и все, кроме гусей, были заперты в курятнике. Гуси наотрез отказались идти в подготовленный для них сарай и по снегу, в самый жестокий мороз (а было в ту зиму до –37 °C) разгуливали по участку: протопали себе тропинку в сто метров от передней калитки до задней и весь день ходили медленно туда-сюда гуськом, словно группа пенсионеров в зимнем доме отдыха. Никакой мороз им был не страшен! В этой шестёрке был вожак (назвала его Иваном Иванычем, как в чеховской «Каштанке»), большой, тяжёлый гусь, нос с горбинкой на длинной, стройной шее. Он возглавлял стадо. Затем вышагивали четыре гусыни. Замыкал отряд молодой гусак: сын Ивана Иваныча оберегал женскую половину от возможного неожиданного нападения какого-нибудь злоумышленника. На ночь сворачивались у открытых дверей сарая клубочками, спрятав головы на длинных шеях под крыло. Иногда по ночам слышала их гогот, покрикивание, и сразу становилось ясно: кто-то чужой рядом с участком. Сторожи великолепные, недаром гуси спасли Рим! В Шотландии гусей принимают на «службу»: птицы охраняют территорию, которую считают своей, на чужих накидываются шипя, могут больно покусать.
Главный гусь быстро привык к новому дому, издалека завидев меня, вёл стадо! Если в руках не было корма, гуси обступали меня кружком и как-то с сожалением вопрошали: забыла про нас или денег нет? Они сопровождали каждый мой шаг, интересовались, что я делаю, при этом тихо переговаривались между собой, словно обсуждали правильно ли я совершаю то или иное действие. Всё их поведение было абсолютно разумным! Позже гуси стали есть из рук, когда корм заканчивался, совали свои головы на длинных шеях в мои карманы: а правда корм закончился? Чем-то неуловимо напоминали собак.
У каждого гусака было по две подруги. Гуси моногамны, то есть их сердце принадлежит одной гусыне всю жизнь. Просто люди, разводящие птицу, в целях экономии пожелали сделать так, чтобы один гусак покрывал две-три гусыни в хозяйстве. Но, подобно своим диким собратьям лебедям, любят гуси одну. Вторая гусыня пользуется меньшей благосклонностью, хотя гусак считает себя обязанным охранять всех своих жён. Рассказывают: однажды осенью на озеро, где плавали домашние гуси, прилетело стадо диких и один из домашних влюбился в дикую гусыню. Но улететь с ней не смог: домашние – тяжёлые птицы, взлететь им не под силу. И всё стадо диких гусей оставалось несколько дней на озере в надежде, что эта любовная трагедия как-то счастливо решится… но наступали холода, и диким пришлось улететь в тёплые края. По преданию, этот гусь за всю жизнь так и не нашёл себе пару… Сама природа предусмотрела и верность гусыни своему любимому: у гуся очень сложной спиралевидной формы пенис – соответствующая форма влагалища яйцевода и у гусыни, а полость его устроена так, что в случае контакта с другим гусём нежелательная сперма блокируется в его ложных «карманах», чтобы от нелюбимого потомства не было.
Какова продолжительность жизни гуся? Кто-то цинично ответит: один год – мясо нагуляет, и в забой… Было несколько случаев, когда сердобольные хозяева оставляли жить своих любимых гусей в своём хозяйстве до глубокой старости. Оказалось, что продолжительность жизни домашнего гуся – 40 лет, дикие могут прожить 80 и более. Но вернусь к своим.