Ольга Бурцева – Выпускница Облачной академии (страница 39)
Вальт недоверчиво посмотрел в ответ.
— Если ты меня не обидишь, он точно ничего не сделает, — Ангел широко улыбнулась. — Тем более я собираюсь скоро домой, и тебе некого будет обижать, — небрежно заметила Эва.
Адепт Тьмы промолчал, плотнее сжав губы. Эвита имела полное право злиться, но у него был шанс переубедить ее. Вальтер включил диск с любимой музыкой и больше не проронил ни слова.
Эва, устроив затылок на подголовнике, смотрела на медленно двигающийся поток машин. Она понимала, что слова о возвращении домой сильно задели Вальтера. Но она много думала, пока Вальт отсутствовал, и пусть он лучше сейчас узнает о ее планах. В конце концов, не могут быть вместе Ангел и адепт Тьмы. Рано или поздно один начнет тянуть другого на свою сторону, и Эвита боялась проиграть это перетягивание. Она и так уже наделала столько глупостей, и ей совершенно не хотелось стать Ангелом, из-за которого сместится баланс, тем более один раз в Подземное царство Эвита уже спустилась. Лучше всего вернуться под опеку Аретаон, а там и с защитой диплома что-нибудь решится. А любовь? Нет, лучше об этом пока не думать. Все как-нибудь обязательно разрешится. Наверное…
Машина остановилась у красивого бежево-коричневого дома с подъездом, козырек которого придерживали атланты.
— Куда мы приехали? — Эва настороженно посмотрела на Вальтера.
— Идем, сейчас все узнаешь, — обдал холодом мужской голос.
***
Массивную металлическую дверь после двух коротких звонков открыл взъерошенный Данил в наспех натянутом на голое тело халате. Он с удивлением смотрел на незваных гостей.
— Есть разговор, — Вальтер по-хозяйски зашел в просторную прихожую, отделанную бледно-серой венецианкой.
Эвита робко проследовала за ним, заметив промелькнувший в глазах Данила испуг. Скорее всего, Новиков решил, что Эва рассказала о его визите в ресторан. Ох и трус!
— Прˋоходите! — Данил жестом пригласил в гостиную.
Эва устроилась в мягком плетеном кресле с огромной бежевой подушкой, похожем на гнездо. Вальтер сел на аналогичный диван и отодвинул длинный журнальный столик, после чего вытянул ноги. Данил, плотнее завязав халат, осел в свободном кресле.
— На самом деле все не так, как ты думаешь, — явно нервничая, начал Новиков и с тревогой поглядел на Эву.
Девушка с цинизмом рассматривала свой объект. Как же ему страшно!
— А о чем я думаю? — Вальтер удивленно вскинул бровь и прищурил левый глаз.
— М-м-м… — Данил замялся и опять попытался найти поддержку у Эвы, но та демонстративно отвернулась, разглядывая просторную комнату с высокими потолками, серым паркетом и минимумом мебели. Эвите нечего было сказать, хотя бы потому, что она не знала, зачем вообще здесь оказалась.
— Давно ты верˋнулся? Я так рˋад тебя видеть. Чай, кофе, или, может, чего покрˋепче? — Данил то нервно переплетал пальцы, то, распрямляя их, прикладывал ладонь к ладони.
— Ты один дома? — Вальтер оглянулся на комнатные двери, видневшиеся из гостиной.
— Спал, — кивая, промямлил молодой человек.
— Скажи, ты бы хотел встретить девушку, ради которой расстался бы со своей не обремененной обязательствами жизнью? — Вальтер пристально посмотрел на Новикова. — Порадовал отца долгожданными внуками?
— Наверˋное, — сглотнув, Данил покосился на Эвиту, которая вытянулась в соседнем кресле по струночке.
Вальтер поднялся и зашел за спину Новикову, положил ему на плечи ладони и заставил откинуться на спинку.
— Почему так неуверенно? — убаюкивающий голос адепта Тьмы погружал в кокон и Эву, и Данила.
Ангел видела, как разгорается пламя в черных глазах. Ладони взмокли, а сердце бешено заколотилось, сбиваясь с ритма. Неужели Вальтер отступится от ее объекта?!
— Так хочешь или нет?! — частота звука резала слух.
— Хочу, — прошептал Новиков обескровленными губами и вцепился в кресельную подушку.
Вальтер, продолжая впиваться пальцами в плечи Данила, запрокинул назад голову. Все тело адепта Тьмы сотряслось, как от разряда электрического тока.
Данил жалобно вскрикнул, и из его рта выпорхнуло чернильное облако, образовавшее нимб над безвольно упавшей на плечо головой. Вальтер, тяжело вздохнув, пристально посмотрел на съежившуюся Эвиту, обошел кресло и похлопал бесчувственного Данила по щекам.
— Открой окно, — приказал Вальтер Эве, разгоняя ладонью чернильный нимб.
Ангел будто в тумане повиновалась приказу. Как только она повернула ручку фрамуги, из какой-то комнаты послышался истошный женский вопль.
Эва с ужасом посмотрела на наклонившегося над Данилом Вальтера. Не сговариваясь, они бросились к дверям. Распахивая все подряд, у последней открытой Вальт застыл в нерешительности. Эва попыталась хоть что-то разглядеть из-за широкой спины, но не получалось.
— Кто там? — прошептала девушка.
— Я не знал! — Вальтер с полными ужаса глазами обернулся к Эве. — Клянусь, не знал!
Эвита протиснулась в комнату.
На широкой кровати, застеленной белоснежным бельем, лежала обнаженная бездыханная Марьяна. Ее пальцы обвились вокруг шеи, как будто она пыталась спастись от удушья.
Эвита, заметив боковым зрением движение, подняла глаза к потолку. Там о глянцевую поверхность билась посеревшая душа Мары.
— Я не знал, — еле слышно повторил Вальтер.
Душа медленно проплыла по комнате и выпорхнула в открытую дверь. Сделав круг над не двигающимся Данилом, она проскользнула в открытое окно.
— Ч-что… что это? — Эвита приложила два пальца к шее Мары, понимая всю бесполезность действия.
Вальтер устало оперся спиной на дверной косяк и обреченно посмотрел на Эву.
— Она продала свою душу, скорее всего, Аштарет. Но я не знал! — Вальт положил ладони на голову и свел вместе локти, закрывая лицо.
— Да при чем тут ты?! — Ангел с содроганием накрыла тело одеялом.
— Надо вызвать скорую и полицию, а пока они едут, привести в чувство Новикова.
— Вальтер! — Эва вплотную подошла к мужчине и вырвала телефон из его рук. — Объясни!
— Жизнь Марьяны была плотно завязана на отношениях с Данилом. Это я сделал, — Вальт тяжело вздохнул и потер переносицу. — Если бы она захотела разорвать эту связь, то не смогла бы. Изменять, гулять, скандалить могла, а долго быть без него — нет. Но я не собирался ее убивать! В последнее время я вообще пересмотрел свое отношение к людям!
— Так почему она мертва?! — Эва вопрошающе смотрела на Вальта.
— Ее жизнь была привязана к жизни Новикова, но даже если бы с ним что-то случилось, Марьяна всего лишь пострадала от несчастной любви. Долго, мучительно, но с возможностью восстановиться. Вряд ли бы ее душа очистилась от желания выйти замуж за богатого, красивого, но это уже были бы обычные проблемы современного поколения. Мара знала, что Данил с ней только из-за того, что мне так надо. О физической привязке, естественно, не догадывалась. Видимо, после моих недавних нападок она испугалась, что потеряет лакомый кусок, и продала душу в обмен на гарантированное внимание Новикова, — Вальтер посмотрел на «растекшегося» по креслу Данила. — Новиков поддался очередному форсированию в его жизни и, судя по всему, опять начал уделять внимание Маре. Я же сейчас отпустил Данила, и моя привязка потеряла смысл, а душа Марьяны, лишившись основной платформы, поняла, что больше ей здесь делать нечего, и отправилась к новой владелице, которая не потрудилась сделать свою привязку.
Эвита, закусив губу, молча отдала телефон Вальтеру и пошла приводить в чувства Данила. Сожалела ли она о смерти Мары? Эва не желала погибшей такой участи, но случившееся не потрясло Ангела. Ее больше беспокоило то, что к этому причастен Вальт.
Скорая и полиция приехали примерно через полчаса, Вальт своим обволакивающим тембром донес до спецслужб, что они с Эвитой заглянули в гости к другу, и как только расположились в гостиной, услышали крик, причину которого не знают.
Врачи констатировали смерть Марьяны Агаянц в 19:15 по Москве, после чего забрали тело.
Данил все это время сидел с посеревшим лицом в кресле и никак не мог собраться с мыслями. Он механически отвечал на задаваемые вопросы и как будто не понимал, что вокруг происходит.
Эве было жаль Новикова, впервые за время личного знакомства она увидела Данила настоящим. Правда, вид этот был не лучшим, но ничего, теперь ему придется жить без «опеки» Вальтера, глядишь, и изменится человек.
— Рˋебят, прˋостите, но я хочу побыть один, — закрыв лицо руками, Данил так и продолжал сидеть в кресле после ухода спецслужб.
— Уверен? — с тревогой поинтересовалась Эвита, присаживаясь на корточки возле Новикова.
— Да! В моем сознании что-то перˋеверˋнулось, и это связано не только со смерˋтью Марˋы, — Данил провел рукой по шее. — Мне нужно рˋазобрˋаться, — он умоляюще посмотрел на гостей.
— Как скажешь, — кивнул Вальтер, — если что, звони.
Сев в машину, Эвита почувствовала неимоверную усталость и опустошенность. Ей совершенно не хотелось разговаривать, Вальтер тоже молчал. Занудно толкаясь в пробках, они просто слушали Поля Мориа.
Подъехав к дому Вальтера, Эва даже не удивилась — не к Картаевым же он ее повезет, когда о стольком нужно поговорить.
Устроившись в гостиной на диване, Эвита поджала под себя ноги. Вальтер по доброй воле вернул душу Новикова и сделал это ради Эвиты, а смерть Марьяны вовсе не входила в его планы, и теперь Вальт явно ждет приговора Эвы. Но что она может сказать? Адепт Тьмы даже в лучших своих побуждениях губит людей, а для Ангела это недопустимо, пусть даже гибнет и не очень хороший человек.