Ольга Бурцева – Vita Longa. Жизнь за спасение миров (страница 54)

– Я знаю, что он любит тебя и любит сильно. Но что ты можешь ему дать? У тебя есть дочь. Не простая девочка, а Вита Лонга. Сколько ей отпущено прожить до новой катастрофы – неизвестно. Не мне тебе рассказывать, что для счастья ребенка важнее всего полноценная любящая семья. Как ты себе представляешь дальнейшую жизнь?

В экобиологическом измерении Катюшке лучше до часа икс не появляться, так безопаснее для нее же самой. Ты же прекрасно понимаешь, что вы с дочкой будете постоянными объектами для охоты. Если останетесь в мире второй линии, техногены еще не раз предпримут попытку заполучить вас живыми или мертвыми. В естественном измерении им будет это сделать фактически невозможно.

Алекс перебраться в ваше измерение не сможет, так как руководит локацией. Кем из них ради своего счастья ты готова пожертвовать? Жизнью дочки, утащив ее в мир второй линии? Или достигнутой мечтой Алекса, заманив его в естественное измерение? Он, безусловно, будет счастлив с тобой, но как долго? Сможет ли он себя реализовать в твоем мире, отказавшись от того, что он достиг здесь? А он достаточно амбициозен.

Или ты будешь метаться между мирами и при этом постоянно скрывать это от своей семьи?

Евгений не хочет помнить о произошедшем, так же как и Нина. Катюшке тоже все эти горести ни к чему. Тебе придется жить в постоянной лжи, чтобы не причинить боли близким.

Зоя с ненавистью смотрела на полковника Мейджера и глотала рвавшиеся наружу слезы.

– И что предлагаете вы? – дрожащим голосом спросила собеседница.

– Я предлагаю тебе быть счастливой с твоим бывшим мужем Сергеем. Ты ему небезразлична, вы оба любите свою дочь, что еще нужно?

– Я уже проходила через это и не была счастлива! – выпалила на эмоциях Зоя.

– Тогда над тобой довлела твоя судьба Вита Лонга. Ты выполнила свой долг, и ты свободна. Больше тебя не будет мучить ощущение чужой жизни. Я помогу тебе почувствовать себя счастливой с Сергеем. Конечно, это не будет ураганным чувством, но вполне подойдет для спокойной семейной жизни.

– А если я все же вспомню Алекса? – с надеждой в голосе проговорила Зоя.

– Ты его вспомнишь, только если твой мозг специально разбудят. Но искренне надеюсь, что это не понадобится.

– Как так мозг может засыпать, вырывая целые куски из жизни, как будто ничего и не произошло?

– Это сложно объяснить, но наши ученые нашли лазейку, как можно воздействовать на память так, чтобы не было провалов. От долгого пребывания в чужих измерениях это происходит автоматически. Изучив данное явление, ученые научились пользоваться этой особенностью мозга по своему усмотрению. Они стирают ненужный кусок, и на пустое место мозг сам подбирает картинку, подходящую под реальность. Это может быть кусочек сна или какое-нибудь воспоминание из увиденного фильма или прочитанной книги. В голове все само собой стыкуется, как будто так и было. Мы же не помним себя от рождения, только какие-то самые яркие обрывки. Вот и здесь будет казаться, что забылось что-то неважное, поэтому ты даже не задумаешься над потерянной информацией.

В твоем случае я сам помогу твоему мозгу подобрать нужную замену. Ты даже не почувствуешь, что в твоей жизни произошли такие кардинальные изменения.

– А Алекс? Что он об этом думает?

– Он об этом не думает. Он не знает, что ты жива. И лучше пока ему об этом не говорить. В порыве эмоций он может наделать глупостей, о которых потом будет сильно сожалеть.

– Мне кажется, вы больше сейчас печетесь о том, чтобы у Курильской локации был достойный глава, потому что вам нужно уходить, – холодно заметила Зоя.

– Согласен, что это тоже для меня немаловажно. Но свои аргументы в защиту вашей спокойной жизни я привел раньше. Тебе решать. Могу сказать, что вряд ли Алекс сможет кого-то полюбить так же, как полюбил тебя. Скорее всего, он сейчас найдет свою отдушину в работе, через какое-то время свыкнется с мыслью, что потерял тебя, и будет продолжать любить память о тебе. Ты же в это время будешь счастлива с мужем. Общего радужного будущего у вас просто не получится. – Мейджер пристально посмотрел на вжавшуюся в кресло собеседницу.

– Мне больно, очень больно, – обхватив себя руками, прошептала Зоя, – почему я не умерла?

– Жизнь дала тебе второй шанс, используй его правильно.

– Я вам уже однажды говорила, что вы страшный человек, – подняв глаза на Мейджера, обреченно проговорила Зоя, – но теперь я хочу сказать, что вы еще и жестокий. Настоящий техноген! – горько усмехнулась она.

– Не надо так, – покачал головой Никос, – я обещаю, что позабочусь о том, чтобы у тебя все сложилось хорошо, и об Алексе тоже не беспокойся. Поверь, это будет намного лучше, чем твои метания в поисках верного решения.

– Ненавижу вас! Ненавижу за то, что вы правы, и, по сути, у меня нет выбора, – с отчаяньем в голосе хмыкнула Зоя. – Что нужно для того, чтобы я все забыла?

– Просто подпиши здесь.

В руках Мейджера возник напечатанный мелким шрифтом листок, который он тут же протянул собеседнице.

Трясущейся рукой Зоя взяла протянутый ей документ и попыталась прочитать, что в нем написано. Пробежав по первым двум строчкам, она остановилась, изо всех сил удерживая слезы. Судорожно сглотнув, Зоя попыталась прочесть следующую строчку, но соленые потоки хлынули из ее глаз.

– Всего лишь подпись, и через минуту ты обо всем забудешь, – участливо произнес полковник Мейджер.

Медленно закивав головой, она не стала дочитывать документ.

– Я спасла свою семью, я сохранила баланс между измерениями, я выжила в этом кошмаре, но я все-таки проиграла. Я проиграла любовь всей своей жизни Вам и вашей локации, – грустно улыбнувшись сквозь слезы, прошептала Зоя и поставила подпись.

– Все будет хорошо, поверь!

***

Вдох. Еще вдох. Адская боль по всему телу. Свет. Очень яркий свет. Белый потолок. Бледно-голубые стены. «Как же ломит все тело!» – пронеслась в голове первая мысль.

– Зоя, доченька! Боже, ты пришла в себя! – раздался радостный голос Нины Свиридовой.

– Мамочка! – еле прошептала не слушающимися губами Зоя.

Нина взяла пришедшую в себя дочь за руку и внимательно заглянула в ее глаза.

– Ну как ты?

– Очень все болит, – продолжала шептать девушка.

– Потерпи, дорогая, это все пройдет. Главное, ты жива! Я сейчас позвоню папе и Сергею, чтобы они с Катюшкой приехали. И доктора же нужно позвать! – спохватилась Нина Свиридова.

Через минуту возле больной уже стоял врач и внимательно изучал то историю болезни, то саму пациентку.

А через час в палату уже забежала Катюшка в сопровождении папы и дедушки.

– Мамочка! – прокричала девочка, бросаясь к кровати больной и нежно целуя ее то в щеки, то в нос, то в губы.

***

– Ты смотри-ка, – бормотал себе под нос доктор Багульников, изучая в лаборатории доцента Марины Ярцевой найденные материалы, – как хитро придумала. Защитить все внутренние органы через вводимый препарат. Интересно, что бы было, если бы она вовремя его ввела? Где же мне найти точные расчеты? С такой формулой Вита Лонга была просто обязана выжить! Да и пластические хирурги над ней хорошо поработали, не осталось и следа на теле от пожиравших ее корней.

А клен совсем завял. – Обойдя вокруг перенесенного в лабораторию Марины дерева, расстроено проговорил Петр Иванович. – М-да, Вита Лонга мертва, и не важно, что тело живо. Клен – воплощение Вита Лонга, а не Зои Свиридовой. А, нет, – протянув руку к самой нижней ветке, удивился Багульников, – почка есть, одна и вторая! Надо забрать его в свою лабораторию и понаблюдать.

***

– Ну что ж, пожалуй, я тебе передал все дела, – обратился полковник Мейджер к Алексу. – Теперь этот кабинет только твой. Можешь даже перестановку сделать, – сказал он с усмешкой.

– Да меня все устраивает, – ответил Фортиус.

– И твоя кандидатура тоже всех устроила, что позволило мне спокойней дышать, – сказал Никос, – теперь мы с Ритой можем уехать к морю, в заслуженный отпуск.

– Отдыхайте спокойно, полковник, и берегите профессора Тори, – улыбаясь, ответил новый хозяин кабинета.

– Алекс, мне нужно еще кое-что тебе сказать, – напряженно произнес Мейджер.

Фортиус удивлено повел бровью, внимательно вглядываясь в глаза Никоса.

– Только обещай мне сохранять самообладание и вести себя, как подобает главе самой успешной локации, – продолжил Мейджер.

– Вы меня пугаете, полковник!

– Пойдем в комнату наблюдений, – пригласил Никос.

Через минуту в круглой комнате загорелся один из экранов. Мейджер и Фортиус сели напротив него. Еще через долю секунды на нем появилось изображение. Сердце Алекса зашлось в бешеном ритме, когда он увидел сидящую на больничной койке коротко остриженную Зою, а рядом с ней всю ее семью.

– Вита Лонга жива, – выдохнул полковник Фортиус.

– В том-то и проблема, Алекс, – вкрадчиво начал Мейджер, – Вита Лонга мертва. Жива Зоя Свиридова. И эта девушка не знает ничего о нашей локации, она вообще не знает ничего о других мирах. И о тебе она тоже не знает.

Никос похлопал Алекса по плечу в знак поддержки.

– Понятно, – горько усмехнулся Фортиус.

– Я искренне надеюсь на твою благоразумность, – продолжил Мейджер. – Она пережила достаточно для своего столь юного возраста. Исследования Марины оказались удачны. Ее разработка спасла подруге жизнь. Но счастливо и спокойно жить Зоя вряд ли смогла бы, если бы память осталась при ней. Поэтому мы приняли совместное с ней решение удалить все воспоминания, связанные с произошедшими событиями и другими измерениями. И если ты ее по-настоящему любишь, то позволишь ей быть счастливой в мире первой линии.