Ольга БрусниГина – Три дня до любви (страница 10)
— Заманчиво! — проговорила худенькая блондинка Светка, оказавшаяся здесь, как и все остальные, по принуждению. Ее вообще привезли в это незнакомое место с черным мешком на голове.
Светка никогда не отличалась кротким нравом и предпочитала лезть на рожон.
— Чует мое сердце, что это мышеловка, — предположила она.
— Не волнуйтесь, мышки, останетесь в живых, — пошутила Алевтина Игоревна, — а если, научитесь пускать в ход зубки, будете каждый день кушать сыр в неограниченном количестве.
— Что мы будем делать? — не унималась Светка.
— Разное, — спокойно ответила женщина, — зависит от обстоятельств: шпионаж, слежка и тому подобное. Все зависит от способностей каждого из вас. Кто- то дерется, как бог, кто-то может красть, а кто-то и вовсе способен на все.
— Почему мы?
— Вы уникальны по своей природе, а главное — одиноки, значит, не имеете слабых мест, которые можно трактовать не в вашу пользу. А так, никаких обязательств перед родственниками. Представьте, что вас взяли в заложники, а откуп брать не с кого, шантажировать нечем, да, и давить не на что. Есть только одна личность, независимая ни от кого.
— Давайте ваши бумажки, я подпишу, — перебил бритый парень с разбитой губой, — на воле я много дел наворотил. Отсижусь, пока кипеж не уляжется. Пусть полиция жопу рвет, пока я в зоне недосягаемости. Пройдет время, и они забудут обо мне, а я тут, как тут, и новые приключения со мной.
Все это время Карина оценивала свои шансы на побег. Самое дорогое — вожделенная свобода. Инстинкт самосохранения выдал неожиданное решение:
— Я согласна, — звонко сказала она. Лучший вариант из возможных: притвориться послушной девочкой, выждать нужный момент, а там… все равно она сбежит, чего бы ей это ни стоило.
— Умница! — похвалила ее Алевтина Игоревна, — надеюсь, у остальных хватит здравого смысла поддержать эту смелую инициативу.
— А то что? — вызывающе взвизгнула нервная девица Динка, стоящая все время поодаль, — расстреляете, без суда и следствия?
— Если будет нужно — пожалуйста, — все так же спокойно ответила женщина, — каждый из вас здесь не случайно. Отбор проводила серьезная комиссия. Вот, к примеру, ты… — Алевтина Игоревна указала наманикюренным пальчиком в толпу.
— А что я? — перебила бойкая Светка, улавливая, что речь пойдет о ней.
— Разбойные нападения, грабежи, сбыт краденого. Срок на зоне за обворованную хату, группой лиц по предварительному сговору. Освободилась полгода назад. Продолжать?
Светка взвилась, поражаясь осведомленности Алевтины об ее личной жизни:
— Вот, именно, освободилась. На казенные харчи не хочу, нахлебалась досыта. Так что не заливай мне. Чем ваше заведение отличается от других? Все тот же хозяин, камеры, решетки на окнах, параша в углу, баланда на обед.
— Не заливаю. Подумай сама, ты же, как былина на ветру: одинокая, всеми забытая. Ты еще хочешь отомстить ему?
Светка напряглась:
— И это знаете?
— Досье читала.
— Поможете? Я должна этого урода на «перо» посадить, провернуть в печенке, чтобы он пищал, как сука тек, а я бы смеялась ему в лицо.
— В нашем арсенале, как раз имеется острый кинжал, тебе понравится. И он твой, заметано.
— По рукам, — загорелась идеей Светка.
— Предлагаю остальным не сомневаться в выборе, каждый из вас обижен судьбой. По правде сказать, слезы по вам лить некому. Я привыкла называть вещи своими именами, если вас не станет, никто и не заметит. Наша организация даст вам шанс жить на пике возможностей. Вы сможете безнаказанно делать то же самое, что и раньше, только под надежным прикрытием. Терять вам нечего, кроме своих копеечных жизней.
— Да, уж, хватит бегать, — Светка поддержала Алевтину Игоревну.
К вечеру этого же дня группа за номером шесть добровольно начала существование. Каждый из участников команды подписал договор, не читая, а потом ушел в неприятные воспоминания, где ни одного просвета, сплошные испытания, в окружении преступных элементов. Чтобы выжить, пусть это и не оправдывало их поступки, приходилось не раз преступать рамки закона.
Почти никто и не слушал обещаний командира — Михаила, не вдавался в подробности разъяснений Алевтины, о методах дальнейшей работы. После услышанной истории Светки о жажде мести, у каждого появилось подобное стремление. У всякого имелся личный враг, оставивший глубокую сердечную рану, убить которого — заветная мечта.
Все же уловили малую часть смысла из краткого донесения все той же Алевтины: группа имеет основу для широкомасштабной деятельности в неограниченном радиусе. Это не только родимая сторона, но и ближайшее и отдаленное зарубежье. Никто порядком не сообразил ни целей, ни задач, ни поинтересовался ролью в цепи из таких разнородных звеньев. Зачем, если им пообещали шанс личной вендетты?
Карина поддалась общему порыву и подписала бумажки, которые подсунули, даже не читая. Фигня! Завтра разберется, а при удобном случае все равно смоется. Она одиночка, такой и останется навсегда: осторожной, дикой. Знать о побеге не следует никому, поэтому делиться соображениями не стала даже с подругой Тинкой. С остальными участниками группы в контакт не вступала, обходила стороной любопытные взгляды, не к месту заданные вопросы.
Взбалмошная Тинка, наоборот, перезнакомилась со всеми без разбору. Успела пошептаться, где-то даже перекинуться парой шуточек.
— Слушай, — шептала она на ухо Карине, — здесь интересная тусовка собралась.
— Пофиг! — отозвалась та.
— Не звезди, — одернула ее Тина, — лучше запоминай, любая информация пригодится. Вдруг тебе удастся уловить те детали, которые я пропущу.
— Зачем? Мне никто из них не понравился, кроме тебя, конечно. Никакого дела нет до их паршивого прошлого, свое девать некуда.
— Мы здесь не самые крутые, понимаешь? Любой из них может стать как другом, так и врагом.
— А ты, как я понимаю, уже в теме?
— О нас забочусь. Пошпионила чуточку.
— Ну, и что нарыла?
— Самый опасный из них — Джон.
— Тощий с хвостиком? — удивилась Карина. По сравнению с другими он выглядел школяром: жиденький, прыщавый, больше напоминающий студента-отличника. Мир он рассматривал через очки в нелепой широкой оправе.
— Скользкий тип, опасный.
— Да, ладно, не заливай. Обычный чайник. Что-что, а в людях я разбираюсь. Он может, разве что книжки читать и лекции в тетрадочку аккуратненько записывать, без ошибок.
— Тут ты не права. От Джона следует держаться подальше. Со слов знающего человека…
Тинка зачем-то хитро улыбнулась, демонстрируя особую осведомленность, а потом и вовсе подмигнула.
— На него все ставки. Чувствую, что именно он станет у нас руководителем. Стратегия, планирование, постановка задач — его функции в команде. Фишка — мозг, а не мускулы. Не то, что у остальных неандертальцев, сначала бьют, потом — рассуждают.
— Кто, например? — не поняла Карина.
— Помнишь лысого парня, который с Михаилом сцепился?
— Рома кажется?
— Неверно, Ром — большой любитель выпить, погулять. Во всех кубах города его занесли в черный список, потому что Ром в драку лезет по любому поводу, а сам тупее мухи. Отмороженный. Жажда адреналина творит с ним чудеса. Замечания, высказанные в его адрес, принимает за оскорбления, вспыхивает в момент и понеслось — лишь бы кулаками махать. Знаешь, сколько раз он за хулиганство привлекался, а ему хоть бы хны. Если где-то намечается потасовка, он в первом ряду. После очередной вылазки, залег на дно. Кажется, какому-то мажору нос сломал, несколько ребер.
Тинка в подробностях поведала обо всех членах команды, никого не обойдя вниманием. Шпионка из нее — что надо. За такое короткое время сочинила точную характеристику на каждого. Получалось, что они с Каринкой не самые выдающиеся личности. Все их шалости меркли перед «подвигами» прочих.
К примеру, Николай с детства научился стрелять. Его отец — военный, приучил не только к оружию. Военные сборы, прыжки с парашютом изучал не по страницам книг. Отец воспитывал его в духе патриотизма до тех пор, пока не распрощался с жизнью на поле боя в маленькой африканской стране. Дальше мальчик Коля без опоры и контроля покатился по наклонной, а умения применял далеко не в мирных целях. Злоба на несправедливость мира затмила его разум. Словно, охотясь за выдуманным противником, он искал приключений на свою дурную голову. В его досье к двадцати годам имелось много пунктов: разбой, кражи, хулиганство, попытка изнасилования, членовредительство. Странно, что с такими заслугами он до сих пор на свободе.
На счету блондинки Светки куча ограблений, разбой и приличный срок в тюрьме. Девчонка настолько любила денежки, что не брезговала ничем. Тырила все, что плохо лежало, и достигла в этом деле верха мастерства. Не работать же идти. Быстрые деньги — легкая, веселая жизнь. Только, вот незадача: денежки имели пренеприятнейшее свойство — быстро заканчиваться, тем самым вынуждая Светку вновь и вновь выходить на промысел.
Дикарка Дина в свое время возглавляла преступную группировку, занимающуюся сбытом краденого. До тех самых пор, пока делилась с партнерами по бизнесу. Но однажды ее «задушила жаба». Отложила себе кубышку на черный день. Мечталось о домике у моря в теплой заграничной стране, обязательно чтобы с бассейном, стеклянной верандой и шикарным видом на экзотические пейзажи. У партнеров имелись свои потребности, где Динкиного домика в списках не значилось. Люди серьезные, грехов не прощающие. Динка ударилась в бега, напоследок обнуляя счета и подставляя своих же людей под удар. Каждый в родном районе мечтал поквитаться с ней — и прежние друзья, и враги. От тех денег после года скитаний не осталось и воспоминаний, потратились слишком быстро на съемные квартиры, еду, выпивку. Умишка у нее не хватило сделать пластику, сменить паспорт, оттого, загнанная в угол, вздрагивала от каждого шороха за спиной. Последнее ее убежище, опять же, с ее слов — заброшенка на окраине. Там в компании бомжей она грелась у костра и пила горькую из общей бутылки, ночевала в горе мусора.