Ольга Борискова – Жених моей матери (страница 3)

Со стороны лестницы послышались шаги. Наташа обернулась, я тоже посмотрел в направлении её взгляда.

— Вот сука! — вырвалось у меня против воли.

Я даже не обратил внимания на устремлённый на меня удивленный Наташин взгляд. Я не видел и не обращал внимания ни на что, кроме девчонки, спускающейся по лестнице. Её светлые длинные волосы, чуть подвитые на кончиках, прикрывали грудь, пальцы сжимали перила, на губах играла приторная улыбочка. Эта сука смотрела на меня с вызовом и улыбалась!

Мне вдруг нестерпимо захотелось сжать пальцы на её шее. На той самой шее, которую я позавчера ночью так неистово целовал.



Глава 2

Олеся

Я отошла от окна и нервно выдохнула. Да, я осознавала, что затеяла опасную игру, но понимала я так же и то, что не позволю этому козлу войти в нашу семью и прибрать к рукам всё, что принадлежало моему отцу. Включая мою мать, которой ему так быстро удалось запудрить мозги. Маме — может быть, но мне — не выйдет. Я знала, кто такой Руслан Агатов. Папа много о нем рассказывал.

Присев на край постели, я разблокировала телефон и набрала сообщение:

«Получилось?»

«Почти», — пришло ответное.

«Сообщи, как разблокируешь», — написала я, отбросила телефон на покрывало и встала.

Ладно, и без содержимого мобильного этого Агатова у меня есть, что ему предъявить. Я подошла к зеркалу, встроенному в шкаф-купе, и внимательно осмотрела собственное отражение. Агатов будет очень удивлен, когда узнает в дочке будущей жены ту, с которой совсем недавно фестивалил всю ночь. Сердце против воли застучало быстрее, к щекам прилил румянец. Я закусила губу и снова выдохнула, пытаясь совладать с собственными воспоминаниями. Потому что это ничего не значит. Уже не важно, зачем я пошла к Агатову в тот вечер и почему он принял меня за проститутку. Как не важно и то, почему я не стала разубеждать его и провела в его квартире ночь. Я могла бы в тысячный раз попытаться убедить себя в том, что я сделала это ради матери, но себе врать я не привыкла. Мне были приятны его прикосновения. Меня возбуждал его запах. Запах сильного, властного мужчины. Взрослого мужчины, который знает, как доставить девушке удовольствие. В памяти моей то и дело всплывали моменты той ночи, я продолжала ощущать его горячие ладони на своей груди, на своих бедрах и…

— Хватит, Олеся! — воскликнула я и отошла от зеркала, чувствуя, как между ног у меня зарождается желание.

Руслан Агатов принял меня в тот вечер за нанятую им проститутку. Опыта у меня было мало, но, кажется, он остался доволен. Я тоже получила удовольствие и играть в оскорбленную невинность смысла не видела. Утром я забрала его телефон и… деньги.

Направляясь к выходу из комнаты, я усмехнулась. Уж в чем-чем, а в деньгах я никогда не нуждалась. Но не смогла удержаться от того, чтобы не обчистить его бумажник. В отместку за…

Крутящиеся в моей голове пошлые мысли, мигом испарились, стоило мне дойти до лестницы. Я слышала его голос. И голос матери я тоже слышала. Она кокетничала с ним. Ну нет, мамочка, сегодня все внимание Руслана Валерьевича Агатова будет приковано ко мне. Не злись. Все ради твоего блага. Сжав перила чуть крепче обычного, я расправила плечи и начала спускаться.

— Вот сука!

Я едва не засмеялась от того, как скрутило бедного Руслана, когда он меня увидел! Чуть вскинув брови, я смотрела ему в глаза. Мама в ужасе уставилась на матюгнувшегося Агатова, а я лишь улыбнулась краешками губ.

— Приятно познакомиться, Руслан… — Я нахмурила лоб, делая вид, что забыла его отчество, — м-м-м… Валерьевич? — шагнув с последней ступеньки, подошла к нему, продолжая улыбаться. Агатов же стоял какой-то позеленевший и взглядом пытался уничтожить меня. Ха! Кто кого еще уничтожит.

— Руслан, это Олеся, — подала голос мама и коснулась ладонью плеча Агатова.

Тот все же оторвал от меня взгляд и посмотрел на неё. Она ободряюще улыбнулась. Мама, господи, как ты можешь вот так?! Папа умер всего полгода назад, а ты уже привела в дом другого. И не просто другого, — главного врага отца!

— Олеся, — наконец выдавил он улыбку. Хотя это не улыбка — перекошенный яростью оскал. Не напугаете, Руслан Валерьевич. — Очень приятно, Олеся.

Мне показалось, что он немного взял себя в руки. Поднял с тумбочки букет белых роз и, сделав шаг ко мне, протянул их. Я едва удержала себя, чтобы не отступить. Нет-нет. Ни толики страха, Олеся. Будь достойной дочерью своего отца. У тебя есть, что противопоставить Агатову.

— Взаимно, — сладко улыбнулась, утыкаясь носом в крупные свежие бутоны.

Розы были красивые. В другой момент я бы, наверное, с удовольствием вдохнула их аромат, и сама бы поставила в вазу в своей спальне. В другой момент и при других обстоятельствах. Если бы, к примеру, они были не от этого козла. Руслан, не отрываясь, продолжал буравить меня взглядом, но теперь скорее изучающе.

— Эм… — Мама по-прежнему хмурилась, не до конца понимая, что происходит.

Уверена, она ощущала возникшее между нами напряжение, но происхождение его понять не могла. И не надо, мамочка. Меньше знаешь — крепче спишь.

— Пройдемте в гостиную, я уже накрыла стол.

— Да, дорогая, — кивнул Агатов, привлекая маму к себе.

Я скрипнула зубами. Не позволю.

Они прошли по коридору, я же, кинув цветы обратно на тумбочку, направилась следом. Мама готовилась к его приезду с вечера. Сама занималась едой, сама накрывала стол… Папе она никогда не готовила, предпочитала пользоваться услугами кухарки, а тут… Во мне снова начинала подниматься ненависть к этому человеку. Пока отец был жив, я много слышала от него о его бывшем друге. Папа не раз рассказывал, на что способен этот человек, если кто-то перейдет ему дорогу. Но меня это не пугало! Я не позволю ему вклиниться в нашу семью. И сделаю всё, чтобы он исчез из маминой жизни. А заодно и из моих мыслей… Мои мысли… Я вошла в гостиную и обвела взглядом накрытый праздничный стол. Утка по-пекински, несколько видов закусок, дорогое вино и коньяк.

Чем дольше я наблюдала за тем, как мама расстилается перед Агатовым, тем противнее мне становилось. Последние годы мои родители практически не разговаривали друг с другом. Возможно, у отца была любовница, но я не могу его винить за это. Мама игнорировала его и спала отдельно. А он… мужчина в самом расцвете сил. Был… При воспоминании о произошедшем у меня неприятно кольнуло в груди. Я вытолкнула из легких воздух и прошла к столу. Уселась на стул напротив уже расположившегося Агатова и улыбнулась, наткнувшись на презрительный взгляд голубых глаз.

— Руслан, открой вино, — прощебетала мама и снова как бы невзначай коснувшись ладонью плеча Агатова, протянула тому штопор. — Я сейчас вернусь, — улыбнулась нам обоим и вышла из гостиной.

Пальцы Агатова тут же с силой сжались на ручке штопора. Я нервно хмыкнула и перевела взгляд с его руки на лицо.

— Где мой телефон? — прошипел он.

— В надежном месте, — не стушевалась я.

— Я же тебя закопаю, детка! — Он подскочил, с шумом отодвинув стул, бросил штопор на стол и вмиг оказался возле меня. — Ты не с тем в игрушки играть вздумала, — подхватил меня за локоть, больно сжал, заставляя подняться.

— Оставь в покое мою мать, тогда получишь и телефон, и… — Я покривила губами. — И кое-что еще. У меня теперь много фотографий. Как думаешь, моей маме понравится, что ты трахал её дочку?

— Думаешь, твоей маме понравится, что её дочка трахалась с её женихом? — парировал он. И, поняв, что мне нечем крыть, едко ухмыльнулся, а после добавил: — Давай договоримся, Олеся. Ты возвращаешь мне телефон, а что ты там наснимала — удаляешь. И мы с тобой забываем ту ночь.

— Меня это не устраивает. Давай по-другому. — Я дернула плечом, пытаясь ослабить хватку Руслана, но пальцы его сжались сильнее. — Ты сваливаешь прямо сейчас из этого дома, говоришь маме, что не хочешь с ней встречаться, и тогда я отдаю тебе телефон.

Он все же отпустил меня. Ухмыльнувшись, сложил руки на груди и сказал:

— Думаешь, все рассчитала, да? Бесстрашная?

— Вся в отца! — гордо вскинула голову я.

Он осмотрел меня с таким видом, будто перед ним находился мешок с говном. А после кивнул:

— Тут ты права.

— Сволочь!

Мне хотелось расцарапать ему лицо, хотелось стереть с него это выражение полнейшего контроля над ситуацией.

В заднем кармане джинсов завибрировал телефон. Я достала его, разблокировала и удовлетворенно прочла: «Готово». Агатов внимательно наблюдал за мной, не двигаясь с места. И только я хотела сказать ему, что он попался, потому как в его телефоне точно должна была быть какая-нибудь полезная информация, как мне пришло еще одно сообщение: «Телефон новый, одни контакты и пара смс. У нас на него ничего нет, Лесь…»

— Что? — приподнял бровь Агатов.

— Ничего, — резко выговорила я, убирая смартфон обратно. Весь мой план рушился, разлетался, словно карточный домик. И то, чем я пожертвовала, то, что я сделала… теперь было бессмысленным. Оставались только фотографии. И этот козел ведь был прав. Эти фото скомпрометируют в большей степени меня, чем его. Мама так влюблена в Агатова, что скорее поверит в то, что это я затащила его в постель, а не наоборот. Не успела я подумать, что делать дальше, как из кухни послышался голос мамы:

— Я уже иду, не скучайте!

— Знаешь, Олеся, — склонившись ко мне, негромко произнес Агатов. От него пахло дорогим парфюмом, и запах этот не вызывал у меня ничего иного, кроме невыносимого желания чихнуть, но я сдержалась, — Ты завтра же вернешь мне мой телефон. Деньги, так уж и быть, можешь оставить себе в качестве… платы, — ухмыляясь, он коснулся моих волос. Я дернула головой и с ненавистью уставилась на него. — Иначе твоя жизнь очень серьезно изменится. В нынешний век информационных технологий всякое может попасть в сеть и набрать популярность. Где ты учишься? В МГУ? Отличный ВУЗ. У меня знакомый там занимает хорошую должность.