Ольга Борискова – Высота одиночества (страница 8)

– Игоречек, – медово-приторным голосом пролепетала Валерия, пытаясь высвободиться. – А ты здесь какими судьбами?

– Лерочка, солнышко, не переводи стрелки. Я первый спросил. Я вроде бы ясно дал понять, что выполню твое условие, но не сразу. Ипатову с наскока не возьмешь – только зубы обломаешь.

– Надо же! Понял, значит, – фыркнула Федорова. – Твоя машина? – Лерка кивнула на стоящий в паре метров черный автомобиль.

– Моя.

– Подкинешь?

– Что с тобой делать, забирайся.

Игорь возобновил допрос, едва они отъехали.

– Выкладывай.

– Чего тебе надо? – Лера залезла в сумочку, достала влажные салфетки и принялась вытирать пыльную приборную панель. – Фу, что ж у тебя так грязно-то?

– Федорова! – Крылов вырвал из ее рук упаковку и вышвырнул в приспущенное окно. – Прекрати мне зубы заговаривать. Что ты делала в доме Ипатовой?

– Знакомилась с ее соседом, – просияла обворожительной улыбкой Валерия. – Зовут Тема, очень милый парень, танцами занимается. Родом из Омска, в Москву приехал три года назад, – выговорила она, будто читала биографию. – Меня в гости пригласил.

– Ты что… ради… ты…

– Крылов! Сдурел, что ли?! Нет, конечно! Посидели, чайку попили, за жизнь потрепались, а потом смотрю, время семь утра, а в восемь у меня запись. Попрощалась, пока, мол, и все.

– Я что-то плохо понимаю логику твоих мыслей.

– Ты вообще никакую логику не понимаешь, – криво усмехнулась Лера. – На тебя надеяться – тухлое дело, вот я и решила сама взяться. А раз Ипатова меня выгнала, надо искать другие способы подхода к ней. А сосед как раз то, что нужно. Завоюю его доверие и буду ближе к твоей Риночке. А дальше – по обстоятельствам. Но я узнаю, что случилось на Олимпиаде.

– А что могло приключиться? Ясно, как божий день, – Рината получила травму, все отвернулись от нее, в том числе и любимый тренер.

– А вот это самое странное. Только дурак не знал, что Богославская обожала Ринату и не могла просто взять и отказаться от ученицы.

– Ты чего? – Игорь покачал головой. – Ты же в курсе, что Бердников умеет заставлять людей поступать так, как ему выгодно. Пригрозил Алле Львовне крахом карьеры, она испугалась и бросила Ипатову. Переключилась на других учеников. Не больно-то она горевала о потере Ринаты. За три года вырастила новых потенциальных олимпийских звезд. Титова с Князевым к чемпионату мира готовятся вовсю.

– Складно, – сказала Федорова. – Но у меня чутье на мутные истории. А эта вообще грязная и поросшая тиной.

– Приехали. – Крылов завернул к телецентру и затормозил.

– Спасибо, Игорек. – Лера подхватила сумочку и выбралась из салона. – И я бы на твоем месте спросила Ипатову.

– О чем?

– Да хотя бы о Богославской! – Захлопнув дверь, Лера поспешила ко входу.

Спросить Ипатову… Да этот дикобраз на коньках сразу иглы выпустит. Ни к чему Игорю дополнительные терки с партнершей. Ее жизнь – это ее жизнь. И если Рината не хочет предавать что-то огласке – это ее право.

Зря Федорова загорелась этой идеей.

Глянув на часы, Крылов выругался и поспешил на каток. Похоже, он снова опоздает.

Глава 6

Он чудом успел на каток до появления Ипатовой. Она вошла спустя минуту, и Крылов нутром чувствовал ее недовольство. Удовлетворенно улыбнувшись партнерше, Игорь отправился переодеваться.

Утренняя тренировка прошла в спокойно-оборонительном режиме. Рината каталась на одной половине катка, Игорь – на другой. Савченко попросил его уделить особое внимание вращениям, уровень которых судьи зачастую снижали с запланированного четвертого едва ли не до второго.

Рината, предоставленная самой себе, пока Николай Петрович занимался с Крыловым, повторяла отдельные части злополучной олимпийской программы. Вместо тройных прыжков делала двойные, однако ее катание не выглядело менее привлекательным.

Игорь, забывшись и совершенно не слыша, что твердит тренер, восхищенно наблюдал за вращениями Рины. Красота неописуемая… Промелькнула мысль, что Ипатова и без него прекрасно выступала бы в одиночном. Пожалуй, ее травма совсем не дает о себе знать… Стоило ему подумать об этом, как девушка рухнула на лед. Он дернулся было к ней, но Рина моментально поднялась и поехала к бортику.

– Может, перерыв? – попросил Игорь и, когда Савченко кивнул, подлетел к Ринате.

– Красиво.

– Что? – Она обернулась через плечо.

– Красиво, говорю, катаешься, – улыбнулся он и непроизвольно задержал взгляд на ее тяжело вздымающейся груди, затянутой в черную майку.

– Решил сменить тактику? – Опершись о борт, Рината понимающе ухмыльнулась. – Не выйдет. Даже если будешь льстить, наши отношения не улучшатся. И так будет до тех пор, пока не перестанешь относиться к тренировочному процессу наплевательски.

– Я вроде бы уже дал слово, что с сегодняшнего дня буду вести себя хорошо. – Серые глаза Игоря озорно блестели.

– И как тебя Николай Петрович терпит столько лет? – скорее себя, чем Крылова, спросила Рината.

– Потому что я талантлив. – Игорь расплылся в широченной улыбке.

– Естественно, – хмыкнув, бросила она и вернулась к тренировке.

– Рината, Игорь, есть кое-какое дело, – после вечерней тренировки Савченко подозвал спортсменов. – Слишком мало времени до старта сезона, мы еще не приступали к совместному изучению парных элементов, но… – тренер задумчиво потер переносицу и добавил: – думаю, пора выбрать музыку для программ. Начнем с короткой. Будем накатывать элементы на понравившуюся мелодию. Это сбережет нам время, которого и так нет. У нас еще куча работы, об отдыхе можете забыть. Встали в пару – будьте добры тренироваться, а не по ток-шоу шляться. – На последней фразе Николай Петрович недобро глянул на Крылова. – Есть предложения?

– Давайте «Реквием по мечте» [2] поставим, – Игорь пожал плечами. – Хорошая музыка, трагичная, есть где развернуться.

– Угу, – скривилась Рина. – А то, что «Реквием» катают все кому не лень – от мала до велика, тебя устраивает? Не кажется ли тебе, о наиталантливейший фигурист всех времен и народов, что для олимпийского сезона нужно выбрать что-то пооригинальнее?

– А что в таком случае может предложить наша некоронованная принцесса льда? – не остался в долгу Крылов. – «Рапсодия» [3], «Лебединое озеро» [4], «Тоска»? [5] Что?! Или нет, давай «Матрицу» [6] поставим! Как раз для Олимпиады.

– Не утрируй, – Рината старалась держать себя в руках. – Есть куча незаезженных композиций, которые более достойны, чем «Реквием».

– Валяй!

– Может, взять саундтрек из каких-нибудь старых кинофильмов? – Рината намеренно обращалась только к Савченко. – Намного легче воссоздать на льду уже готовый образ и подкорректировать его с учетом специфики парного катания.

– Я думал об этом, – вздохнул Николай Петрович, – поэтому начеркал списочек. – Тренер протянул Ринате и Игорю по листку. – Вот, посмотрите, а завтра скажете, что вам больше всего по душе. От выбранного и будем отталкиваться.

– Хорошо.

– А вот и нет! – возмутился Игорь. – Не собираюсь я под старье кататься!

– Крылов, ты не один теперь! И не можешь выбирать то, что только тебе приглянулось! – осадил ученика Николай Петрович, однако тот красноречиво отвернулся и покатил прочь.

– Господи, как он меня бесит, – тихо прошипела Рината и поехала за Игорем.

Николай Петрович минут десять слушал препирательства этой парочки, к слову сказать, довольно интересные. С тематики кинофильмов молодые люди плавно перешли на личности, и Рината в итоге оказалась «обозленной на весь мир недофигуристкой, покрытой иголками с головы до ног», а у Крылова, как выяснилось, «самомнение зашкаливает до такой степени, что человечество со дня его рождения должно на коленях стоять и просить о благосклонности».

Однако обмен колкостями в какой-то момент Савченко надоел.

– Ребят, может, сразу разойдемся и не будем нервы друг другу мотать?! – крикнул он. – Ну не пара вы, не пара! Заканчиваем спектакль! Никакая Олимпиада нам не светит!

– Нет! – в один голос воскликнули фигуристы.

Тренер на мгновение опешил – как близнецы, ей-богу. На него смотрели две пары глаз с абсолютно одинаковым выражением – непоколебимой уверенности.

– Тогда давайте искать точки соприкосновения. – Николай Петрович всплеснул руками. – Мы столько времени впустую тратим на разборки! До Олимпиады – год, но уже в августе мы должны показать руководителям Федерации программы. Да, по отдельности в ваших способностях никто не сомневается! Даже несмотря на травму Ринаты и проблемы Игоря, вы – два сильных спортсмена. Но вы – одиночники! Всю жизнь катались одни, а пара – совершенно другое дело. – Игорь открыл было рот, но Николай Петрович предупреждающе поднял палец. – Не надо мне твердить про три года. Забудь. Вы понимаете, что нужно выучить кучу новых элементов?! И тебе, Игорь, между прочим, тоже. Азы ты усвоил, и это хорошая основа. Иначе и браться бы сейчас не стоило, но если вы будете по каждому спорному моменту собачиться, времени не хватит! Поэтому… – Савченко поочередно посмотрел на фигуристов. – Даю вам неделю на выбор музыки! Не выберете – ничего не будет. Я не стану вас тренировать. – Высказавшись, он тяжело выдохнул и, не прощаясь, ушел.

Рината и Игорь несколько минут стояли в центре катка друг напротив друга и молчали.

– Ладно, давай твой «Реквием», – не глядя на Крылова, подала голос Рината.

– Нет уж, где этот список? – Он забрал из рук Рины листок, вчитался. – Из всего, что здесь есть, мне нравится «Крестный отец» [7].