Ольга Болгова – По-восточному (страница 7)

– Приехала в гости к родным, так что меня здесь ждут и очень нетерпеливо, – расплывчато продолжила я.

Я слукавила, о моем приезде отец сообщил допотопной телеграммой, и я не знала, добралась ли телеграмма до адресата, и будут ли мне рады родственники. Более того, я терялась в догадках, отчего отец и его сестра так долго не встречались, ограничиваясь поздравительными открытками на Новый год – то ли причиной была какая-то давняя ссора, то ли они были слишком заняты своими собственными проблемами, то ли оба не очень любили писать письма. А сейчас у меня имелся лишь адрес, который, судя по открыткам, не менялся уже много лет.

– Понятно, – ответил Данила и, отпив золотистого пенистого пива, поинтересовался:

– Какие у вас планы на сегодня?

До чего же он настырный, и ведь не скажешь: отстань, сама разберусь со своими планами. Теперь я по гроб жизни ему обязана, придется быть корректной и благодарной!

«И что в этом плохого – быть благодарной? – спросила авторша. – Тем более, такому мужчине?»

«Приди в себя, маньячка, ты же первая протестовала против любовного романа, а теперь втюрилась в этого Данилу, как последняя героиня дурного опуса! Что ты в нем нашла? Парень, как парень, да к тому же совершенно непонятный и подозрительный!»

«Непонятность и подозрительность придают ему особый шарм! – заявила авторша, уткнувшись подбородком в ладони и не отрывая глаз от Данияра – тот махнул рукой, подзывая официанта. – Какой жест! Какие глаза!»

«Если не вернуть эту крышу на место, все может закончиться очень плачевно, – подумала я. – Мало мне испытаний и жары, так еще придется таскать за собой невменяемую сбрендившую авторшу».

«Ну взгляни на меня, хоть один только раз…», – простонала она, и этот стон стал последней каплей в бочке моего терпения.

Я взяла со стола наполовину полную бутылку с минералкой и вылила все ее содержимое на голову авторше. От неожиданности и возмущения та вскочила, вытаращив свои серые глаза.

«И только попробуй что-нибудь сказать!» – рявкнула я.

«Да я… вообще после этого к тебе близко не подойду, сама разбирайся со всем этим востоком!» – завопила она и ринулась прочь из кафе.

Разделавшись с авторшей, я занялась Данилой, то есть ответила на его вопрос:

– Спасибо вам за все, но я и так отняла у вас много времени, да еще и подвергла риску.

– Ерунда, – ответил он, словно рыцарь, который ежедневно, ненароком, совершает подвиги во имя прекрасной дамы, считая это само собой разумеющимся.

Тем временем официант принес счет, и я с тоской обнаружила, что не хватает четырехсот тенге, чтобы расплатиться за обед.

«Ты никогда не была сильна в арифметике!» – авторша, отжимая мокрые волосы, уселась за наш столик.

Я не удостоила ее ответом, но порадовалась отрезвляющему действию наружного применения холодной минералки.

Пока я рылась в кошельке, Данила достал из кармана пачку смятых купюр и, отсчитав, сунул их в корочки счета.

– Заплачу, не парьтесь, Женя.

– Что значит, не парьтесь! – возмутилась я. – Я и так вам обязана… спасением моей сумки…

«А может и жизни!» – вякнула начинающая высыхать авторша, ойкнув от моего хука в бок.

«Там, где не хватает слов, пускают в ход насилие!» – прошипела она.

– Ничем вы мне не обязаны, да и тугриков у вас, как я понял, маловато… – заявил этот всезнайка таким тоном, что я, растерявшись, промямлила пару беспомощных фраз протеста и замолчала. Не драться же мне с ним, в конце концов.

Глава 3. Чимбулак

Итак, мои долги Даниле росли, солнце продолжало нагревать и без того перегретый город, а душа стремилась в горы, за красотой, покоем, прохладой и чистым воздухом. Тем более, судя по путеводителю, который я решительно достала из сумки и развернула на столе, остановка автобуса, следующего на Медео, находилась буквально в паре кварталов. Я свернула карту и бодро вскочила на ноги. Еду в горы, и ничто не сможет остановить меня, никакие бандюги и никакие спасители!

– Данила, спасибо вам за все! Следующий обед – за мой счет, а сейчас мне пора, не стану вас больше утруждать своим обществом…

«Понесло, как корову по льду, и где ты только слов таких нахваталась? Читать надо меньше! Ты блондинка или где?» – заворчала высохшая на мою беду авторша.

«А ты, можно подумать, брюнетка? – не сдержалась я. – И это ты – авторша! – советуешь мне меньше читать? От тебя такого не ожидала».

«Да ладно, читай сколько хочешь, все равно в последнее время одни детективы глотаешь!»

– Хм… утруждать? – Данила нахмурился. – Да ладно, почему нет, ради красивой девушки?

«Заметь, ты уже стала красивой девушкой!» – радостно всунулась авторша.

«Попробуй сказать, что я не красивая», – буркнула я и, конечно же, покраснела!

– До свидания, Данила, – я выбралась из-за столика и направилась к выходу с веранды, чувствуя его взгляд то ли затылком, то ли позвоночником. Он нагнал меня за пару шагов.

– Судя по карте, вы хотите забраться на Медео? – спросил он.

– Да, вы правы, – пришлось согласиться мне.

– Знаете, давно там не был и тоже собирался заскочить, давайте составлю вам компанию.

Он не спросил! Нет, он предложил, уверенно и нагло. Слева послышался томный вздох авторши. Неужели опять?

– Но я еду туда на автобусе, – сказала я, в надежде, что это отпугнет ретивого попутчика.

– Можно на такси.

– Нет, – упрямо сказала я. – Хочу изучить автобусные и прочие маршруты.

– Гм, любопытно… – протянул Данила. – Ну что ж, идемте? Только до шестерки еще два квартала.

– А я хочу посмотреть город.

– Тоже верно.

Данила зашагал по широкому тротуару и само собой разумелось то, что я должна последовать за ним.

Остановка шестерки обнаружилась в очень живописном месте напротив гостиницы «Казахстан», огромного здания-башни, украшенного узором ячеек-окон, словно рамка пчелиными сотами. На другой стороне проспекта среди плакучих ив царствовал фонтан – шары и конусы из мириад тонких струй.

– Вот и остановка, – сказал Данила. – Хотите воды?

Он скрылся в маленьком магазинчике, торгующем прохладительными напитками, а я, насмотревшись на манящие воды фонтана, забилась под узкий навес, проклиная себя, что не надела шляпу, и в ожидании автобуса принялась разглядывать публику, собравшуюся на остановке. Трое парней с горными велосипедами, компания тонких девушек, пытающихся привлечь внимание парней громким хихиканьем, благообразная бабушка с внучкой, пожилой казах с внуком…

«Кажется, все собираются в горы?» – то ли констатировала, то ли спросила авторша, навязчиво крутя головой, на которой красовалась льняная шляпа с полями.

«Милая шляпка», – сказала я, стараясь сохранять самообладание.

«А что ж ты свою в чемодане оставила?» – спросила эта язва.

Я не ответила, потому что появился Данила с бутылкой воды, а следом к остановке грузно подкатил и остановился автобус с цифрой 6 на лобовом стекле, из открывшейся двери резво выскочила маленькая кудрявая казашка и завопила звонким сопрано:

– Медеу, Медеу, кто на Медеу?! Автобус на Медеу!

Народ рванул занимать места, я влилась в общий порыв и успешно устроилась у окна. Велосипедисты нахально загрузили свои машины прямо в салон автобуса, невзирая на протесты голосистой кондукторши, перегородив проход – возле моего плеча грозно закачалась рама горного велосипеда, начиненная сложной тормозной системой.

Данила пропал где-то в недрах автобуса, выпав из поля зрения. В надежде, что влюбленная авторша пропала вместе с ним, я занялась созерцанием и описанием пейзажей и ландшафтов, делом, которое она подло скинула на мои слабые в литературном плане плечи.

За окном летел проспект Достык, вновь и вновь изумляя своеобразием и неожиданностью архитектурных решений: здание с золотым куполом, похожее на мечеть, оказалось Дворцом школьников, а длинное скучное сооружение из стекла и бетона с волнообразной крышей-козырьком – Дворцом республики. Проспект медленно, но верно уходил в гору, закончились монументальные постройки и потянулись тонущие в зелени садов особняки за каменными оградами, видимо, владения местных бонз, точнее, баев. Проспект плавно, не меняя направления, дружески и логично перетек в улицу Горную, мелькнув напоследок рекламой ресторанчика Достык: «Танцуем всю ночь напролет! Живая музыка!». Дорога сузилась, сады и рощи поползли по холмам, уходящим в невидимую высь, потянулись бетонные стенки, защищающие дорогу от оползней – автобус въезжал в урочище Медео под звонкое сопрано кондукторши, которая умудрялась общаться со всеми пассажирами на гремучей смеси казахского и русского.

– Медеу, Медеу! Конечная! – запела она, когда автобус остановился на площадке среди серебристых елей. Пришлось дожидаться, пока выгрузятся велосипедисты, я вышла последней и… «тотчас попала в объятия Данилы, – восторженно пропела авторша голосом кондукторши. – Кош кельденезер Медеу!1»

Нет, не в объятия, разумеется, просто он подал мне руку.

А я еще надеялась, что авторша пришла в себя. Я чувствовала себя виноватой – сама же уговорила ее превратить путевой очерк в авантюрную историю с главным героем, а в результате приходится пожинать плоды собственной недальновидности и легкомыслия. Кто бы мог подумать, что с ней случится такое?

Впрочем, времени на покаяние не было – толпа ринувшихся к нам таксистов живо напомнила сегодняшнее утро в аэропорте. «Чимбулак, кто желает поехать на Чимбулак?» – взывали они, хлопая дверцами иномарок, сгрудившихся на узкой стоянке перед спорткомплексом. Я же остановилась, замерев от восторга – конечно, причиной восторга были не таксисты, а горы – урочище Медео, Медеу – по-казахски, рядом, совсем рядом, казалось, всего лишь в нескольких сотнях шагов, но в то же время в неодолимой вышине.