Ольга Болгова – Гром небесный (страница 3)

Глава 2

Гленна объяснила, как пройти в деревню, где имелся магазин и лавка аптекаря, хотя эти заведения не слишком интересовали меня, располагающую ничтожным количеством монет. Вместо этого я, надев блузку с вышивкой ришелье, сшитую на заказ в другой жизни, и серую полотняную юбку, водрузив на голову несколько помятую шляпку, решила просто прогуляться по окрестностям, выйти на воздух, а в деревню сходить, если туда выведет путь.

Позавтракав и выслушав советы, куда сходить в свободный день – и откуда они все узнают? – я вышла в залитый солнцем двор. Жара, ничуть не спавшая за эти дни, ударила в лицо горячей рукой. Я прошла через двор к тропе, что недавно привела сюда. Вышла через калитку под увитой плющом аркой, подмигнув стражникам-горгульям. Дальше тропа вела к взорванному буку и стене Адриана, где я встретила голубоглазого Джека Смита, о котором, признаться, часто думала и даже как-то раз спросила Гленну, не знает ли она такого молодого человека. «Джек Смит?» – переспросила она, закатила глаза к потолку, видимо, перебирая в памяти всех знакомых парней, а затем отрицательно покачала головой. «Нет, что-то не припомню такого, Смит».

Возле бука тропа раздваивалась, и я свернула направо в сторону леса, что манил шелестящей прохладой. Тропа, расчерченная живыми тенями, весело вилась меж переплетения кустарников: розовых цветов вейгелы, оранжевых колокольчиков жимолости и прочего незнакомого разноцветья. Никаких привидений и чудовищ. Словно в парке Мордвиновки, где мы снимали дачу каждое лето. Словно, но не так… Шла я довольно долго, отдавшись теням и шорохам леса. Раскидистые кроны все плотнее смыкались в вышине, тропа медленно, но верно вела в чащу, в её таинственную глубину, и привела к заросшему со всех сторон оврагу, на дне которого струился ручеек. Через овраг был перекинут мост из толстых бревен, связанных меж собой верёвками-канатами, настилом и перилами из жердей. Ступила на мост, который через несколько шагов закачался подо мной. Остановилась, размышляя идти дальше или вернуться, и вдруг услышала хриплый возглас, прозвучавший откуда-то снизу: «Эй, на мосту, помогите мне!»

Засуетилась, мост закачался, я чуть не потеряла равновесие, взмахнула руками, с трудом удержавшись на грубых перекладинах настила, и уцепилась за импровизированные перила. «Помогите же», – повторил снизу голос. Чтобы посмотреть, откуда он раздавался, пришлось опуститься на колени и глянуть вниз, в овраг. Сначала не увидела никого в переплетениях кустов и бурных зарослях чертополоха, но, когда голос потребовал: «Да спуститесь же вы сюда, чёрт побери», разглядела на противоположном склоне оврага человека, сидящего среди пурпура цветущего репейника. Поднялась, махнула ему рукой и поспешила по бодро закачавшемуся мосту. Худо-бедно, но мне удалось перейти на другой берег и спуститься к пострадавшему по дорожке из примятых и поломанных кустов, которую он, видимо, проделал своим телом, сползая по склону. Человек, просящий о помощи, оказался юношей лет семнадцати. Лицо его было бледным до белизны, на которой явственно проступали веснушки, из-под кепки выбились пряди слипшихся светлых волос. Он попытался улыбнуться, увидев меня, и хрипло произнес: «Помогите… капкан…» Его правая ступня была зажата меж зловещими зубьями капкана – возможно, медвежьего, насколько я могла судить по его размерам и устрашающему виду. Капкан пробил светлую теннисную туфлю, по которой расползались уже потемневшие пятна крови.

– Сейчас, сейчас… я попробую снять… – засуетилась я.

– Это вряд ли – вам не раздвинуть эти челюсти, – пробормотал он. – Но чудо, что вы вообще здесь появились…

– Почему чудо? – спросила я, разглядывая капкан и размышляя, как к нему подступиться.

– Мало кто ходит через Гуляющий мост.

– Через Гуляющий? Почему? Что же вы здесь делали?

Они не ответил. Скрипнул зубами, видимо, стараясь сдержать стон, когда я начала дергать капкан, тщетно пытаясь разжать адские челюсти. Хоть я и накачала руки за дни работы в Хорсли, моих сил здесь явно было недостаточно.

– Откуда вы взялись? Я вас не знаю… – сказал юноша, наблюдая за моими попытками.

– Я тоже незнакома с вами. Кажется, сейчас не время вести светскую беседу…

– Да, вы чертовски правы, – согласился он побелевшими губами.

– Я не смогу открыть этот капкан… вы потерпите? Придется бежать за помощью.

– Да, хорошо, буду ждать…

Вскочила и поползла вверх по склону, уже не пытаясь избежать колющих и режущих кустов. Гуляющий мост проскочила, почти не заметив его разгула. Как далеко я ушла? Милю, пару миль? Встречу ли кого-нибудь по пути или придется бежать в Хорсли? Я спешила, больше не замечая тенистого уюта леса. Блузка прилипла к телу, юбка путалась в ногах, лицо пылало, пот заливал глаза, в туфлях что-то хлюпало, словно я бежала не по сухой тропе, а по ручью. Не поверила своим глазам, когда увидела человека, идущего навстречу по тропе. Наверно, галлюцинация, решила я, но немного снизила темп. Человек оказался настоящим – когда я подбежала к нему и остановилась, переводя дыхание, он расцвел белозубой улыбкой, раскинул руки в приветственно-удивленном жесте и произнес:

– Анна, куда вы так спешите?

– Джек? Джек Смит! – воскликнула я.

– Именно так. Вы вся в репейнике, лесная фея. Куда вы так бежали? Вас кто-то напугал? За вами кто-то гонится? Если так, я весь к вашим услугам. Давайте-ка я очищу вас от колючек.

Он снял колючку с моей блузки, улыбаясь, тени скользили по его лицу, то скрывая, то являя на свет блеск голубых глаз. А я стояла, разумеется, растрепанная, в сбившейся на затылок шляпке, с головы до ног усыпанная колючими шариками чертополоха, потная, с горящим от жары и бега лицом. Впрочем, все это не имело значения.

– Не стоит, потом. Сейчас нужна помощь, но не мне, – отдышавшись, сказала я. – Там, у Прогулочного моста в овраге лежит человек… он попал в капкан.

– У Гуляющего? – поправил меня Джек Смит.

– Да, да, у Гуляющего. Я не смогла освободить его ногу и побежала за помощью. Идемте же скорей!

Он нахмурился, потер кончик носа и спросил:

– Попал в капкан? В овраге? Вы уверены? Неужели опять…

Он не договорил, а я зачастила:

– Вы считаете меня сумасшедшей? Я только что пыталась освободить его ногу, но не смогла.

– Нет, что вы, Анна, конечно, нет. Успокойтесь, вы бежали слишком быстро по такой жаре. Идемте, поможем вашему… человеку. Позвольте, я возьму вас за руку.

Я не успела согласиться или отказаться, как он сжал мою руку крепкой ладонью, сухой, в отличие от моей, постыдно влажной. Джек Смит вовсе не выглядел человеком, страдающим от жары – белоснежная рубашка, тонкий запах одеколона, легкая прядь вьющихся волос, выбившаяся из-под светлой шляпы. Он быстро зашагал по тропе, увлекая меня за собой.

– Зачем вы ходили к Гуляющему мосту, Анна?

– Сегодня у меня свободный день.

– Так вас приняли на работу?

– Да…

– Рад за вас. Но судя по вашей ладони, работа нелегкая.

Я поспешно, но тщетно попыталась вытянуть руку из его крепкого кулака.

– Не волнуйтесь, лесная фея, ваши руки ничто не испортит. Так что же там случилось, у этого проклятого моста?

Вопрос был задан, скорее, лесу или тропе, поскольку у меня не было и не могло быть ответа. Джек замолчал, лес начал сгущаться, и вскоре мы оказались у моста, то ли Гуляющего, то ли проклятого.

– Где он, ваш человек в капкане? – спросил Джек, когда мы подошли к мосту.

– На той стороне. Вон там, на склоне.

Я показала туда, где лежал несчастный, но не увидела его среди кустов. И ни одного звука, лишь шелест листьев да шорохи леса.

– Эй! – крикнула я. – Пришла помощь! Как вы там?

Никакого ответа. От жуткой мысли меня бросило в холод, словно под ледяной дождь среди жаркого дня.

– Что-то я никого там не вижу, Анна, – сказал Джек.

– Наверно, он потерял сознание и лежит, поэтому отсюда его не видно. Идемте скорей.

Мы перешли через мост, который разгулялся ни на шутку, вышли к склону, где были примяты и поломаны кусты. Джек остановил меня, приказав остаться на краю оврага, а сам спустился туда, где был юноша.

– Здесь никого нет! – крикнул он.

– Не может быть!

Я бросилась вниз, колючки чертополоха снова впивались в одежду и в волосы. Запнулась, не удержалась и полетела вперед, прямо в объятия Джека Смита. Он чуть подержал меня и отпустил. Осмотрелась, стараясь определить место, где лежал юноша и вскоре обнаружила примятую траву, испещрённую бурыми пятнами.

– Как это понимать? – вопросил Джек, с усмешкой наблюдая за моими изысканиями.

– Понимайте, как хотите, – отрезала я. – Здесь лежал человек, молодой, светловолосый, в теннисных туфлях, нога была зажата капканом. Вот здесь трава… мятая, и пятна… вероятно, его кровь. Даю голову на отсечение…

– Не будем отсекать вашу прелестную головку, достаточно голов наших королевских жен, – сказал он всё с той же усмешкой.

– И я не сумасшедшая.

– Убежден в вашем здравом смысле, – кивнул он. – Но здесь нет никакого пострадавшего юноши. Он ушел с капканом? Улетел?

– Но он лежал тут, белый как снег…

– Вы из России, вы больше знаете про снег.

Меня начинала злить ирония, которую он вкладывал в каждую реплику. Я промолчала, не желая говорить о своей родине.

– Что, если это шутка? Розыгрыш? – вдруг предположил Джек.

– И вы автор этого розыгрыша?