Ольга Болдырева – Скелеты в шкафу (страница 8)

Юльтиниэль надула губы и скривила недовольную рожицу, после чего отвернулась от зеркала, поспешив обратно в комнату. В предложенных к использованию платьях она копалась долго – все они были украшены непомерным количеством рюш, оборок и кокетливых бантиков, а в цветовой гамме преобладали самые нелюбимые оттенки девушки – желтый, розовый и темно-красный.

– Алив, а я-то всегда думала, что у эльфов превосходный вкус! – воскликнула Юля, обрывая с единственного более-менее приличного наряда оборки и большой цветок на поясе. Она убрала волосы в пучок, чтобы больше никто не заметил, что у княжны появилась неровная стрижка, после чего спрятала под кровать вещевой мешок, на который в хвальной комнате предусмотрительно сплела заклинание невидимости. Основное было сделано, осталось только прибраться.

Юльтиниэль раскинула руки в стороны, осторожно выпуская силу. Только в академии она обратила внимание на то, что, в отличие от других студентов, ей совсем не обязательно было каждый раз пользоваться дополнительными словами или фигурами магии, чтобы стабилизировать энергию и направить ее. Иногда магия подчинялась простым мысленным приказам, сама формируя нужные цепочки. Правда, это не работало в тонком колдовстве, когда нужное заклинание напоминало кружевную паутинку, – тут приходилось учить формулы и думать головой, но в остальном она просто представляла, что нужно, и сила сама все делала. Преподаватели ломали головы, но ничего понять не могли.

Вот и сейчас магия послушно расставила вещи по своим местам, подлатав треснувшее сиденье стула, заправив разоренную постель и аккуратно вернув смятые платья на вешалки. Юльтиниэль довольно улыбнулась, в который раз получая повод еще раз напомнить самой себе, какая она уникальная и замечательная. И даже временные проблемы с внешностью не сделают ее менее привлекательной.

Девушка гордо приосанилась и тут же вздрогнула, когда раздался вежливый стук в дверь.

– Лучезарная княжна, вы готовы? – послышался голосок служанки.

– Да, сейчас. – Юля еще раз оглядела комнату и выглянула за дверь.

– О, госпожа Лареллин, вы прекрасны, – тут же защебетала девушка.

Юльтиниэль наградила ее хмурым взглядом и, не отвечая уже на сомнительный комплимент, направилась по коридору следом за полукровкой. Та болтала не прерываясь, рассказывая о том, что господину Эльраду понравился отвар, какие-то молодые лорды затеяли в саду дуэль, а ее брат, – лучезарный князь, отбыл с визитом в другую эльфийскую общину, и верховую прогулку, которую задумала княжна, придется отложить на несколько дней.

Немного приободрившейся девушке снова пришлось гасить в себе приступ страха – у ее дяди не было сестры, кроме матери Юли – Лареллин, и быть больше не могло. Даже если бы за те десять лет, что полуэльфийка не посещала Светлолесье, таковая могла и появиться – она бы не могла выглядеть ровесницей Юльтиниэль, и уж точно ее бы не стали называть именем умершей княжны – предшественницы, отказавшейся от своего рода и вышедшей замуж за смертного мужчину. Племянницу – да, кузину – запросто, даже дочь, возможно, но только не родственника, связанного такой же долей крови. По-эльфийски это было равносильно тому, как если бы перевесить на ни в чем не повинного ребенка все грехи и проступки умершего сородича до последнего прегрешения и заставить его жить чужой жизнью вместо собственной.

Ее страхи подтверждались.

Крис сидел за длинным столом и медленно пил из чашечки густой отвар. На вошедших девушек он бросил косой взгляд и сделал вид, что его ничего не касается. Даже не встал, чтобы отодвинуть стул для невесты. Вот только, взглянув на хмурое лицо императора и отметив застывший взгляд, Юльтиниэль не стала обижаться.

Служанка быстро подала завтрак, состоявший из легкого салатика, большого блюда только что испеченных оладий и нескольких мисочек с разными вареньями. Поставила на стол чайник, несколько графинов с соками и сахарницу, после чего, поклонившись и пожелав приятного аппетита, вышла за дверь.

Несколько минут они спокойно ели. С утра от завтрака пришлось отказаться, а потом было как-то не до еды. А сейчас снова было утро и к чувству голода примешивались сомнения – неужели они так долго летели через странный портал, что пропустили вечер и ночь? Или же попали не в то время.

Не в ту реальность.

Или все-таки в ту?

Крис отодвинул тарелку, промокнул губы салфеткой и поднял на Юльтиниэль тяжелый взгляд. Девушка сильнее вцепилась в высокий бокал с холодным лимонным соком, стараясь отвечать императору тем же. Тишина неприятно давила на уши, и нужно было что-то сказать.

– Я спросил у Рили, служанки, куда отбыл лучезарный князь. Она ответила, что это важное посольство в общину изгнанников: они надеются установить контакт с теми эльфами. Все-таки не зря я учил историю, помню по учебникам, что последнее посольство провалилось, потому что послы обнаружили пустое поселение – что случилось с изгнанниками, никому узнать не удалось. И было это посольство двадцать лет назад.

Юльтиниэль наклонила голову. Она не ошиблась.

– Мы попали в прошлое… – закончил мысль император, и в этот момент Юльтиниэль вскочила на ноги.

Кристиан даже не сразу понял, что так разгневало и испугало полуэльфийку.

– Этого не может быть! Это не наш мир! Потому что если ты прав, та мертвая девушка – Лареллин, которой не стало за год до моего рождения! И она не может быть моей матерью!

Глава 3

Сделка с Хель

Жизнь человеку дается один раз, и, в основном, случайно.

– Оррен, не говори загадками, как есть, так и рассказывай. – Василий прищурился.

– А я сам не знаю, как есть, только предполагать могу. – Пробормотав простенькое заклинание, чтобы высушить одежду, я поморщился – все-таки напиток был достаточно горячим, чтобы причинить массу неудобств.

– Тогда предположениями поделись, – подсказала мне Альга, примериваясь ко второму пирожку. Видимо, никак не могла уговорить себя отказаться от лакомства в пользу фигуры.

Все уже давно привыкли, что я не умел сразу переходить к делу, а когда оказывался не уверенным в своих словах, тянул с сутью долго; и вообще, делился сомнениями крайне неохотно.

– Хорошо, – покивал я, соглашаясь, что мучить друзей неопределенностью несправедливо. Скомканно пересказал небольшой разговор с Хель, последовавшее за этим совещание, предложение о смене власти, придуманную легенду о явлении Алив и о принятых решениях, после чего перевел дыхание и приступил к тем самым предположениям. – Хель объяснила, что теперь ей принадлежит только прошлое: в этот раз творцы разделили не людей, а время. Алив затеяла свою партию в настоящем, а Юля с Крисом оказались втянуты в игру Убийцы. Она давно это готовила, тщательно вымеряла часы и минуты, чтобы все точно совпало. Альга, они переместились на двадцать лет назад. Хель сказала, что все вернулось на круги своя. Помнишь?

Я смотрел в глаза воровке, видя, как серая стена незнания разбивается…

Как это странно – внезапно увидеть все свои прошлые поступки с другой стороны. Понять, как близок ты был к ответу и прошел мимо. Но только сейчас все сместилось – ведь там, в прошлом, пока не случилось того, что привело нас сегодня в эту комнату: Юльтиниэль и Кристиан еще наверняка не поняли своей роли и стояли перед выбором; это означало, что привычная жизнь могла в любой момент дрогнуть и поплыть, перестраиваясь под новое прошлое.

– Алив Пресветлая… так это были они? Там с нами были Крис и Юля?! Оррен, но ведь они все узнают! Всю правду… Они захотят изменить прошлое… – Альга прижала ладони к лицу. – Слишком очевидно, почему я не поняла этого раньше?

– Сказать почему? – хмыкнул я. – Потому что Хель умеет все продумывать на много ходов вперед. И для того, чтобы они весь путь прошли шаг в шаг, как уже проходили, она отправилась за ними. Убийца проследит, чтобы отклонения были минимальны. Замена должна была произойти в любом случае…

Василий с Маришкой переводили взгляды с меня на Альгу, ничего не понимая, но не вмешиваясь. Главную мысль они уловили – император с Юлей оказались в прошлом, и теперь от них зависело все. Большего им знать было не нужно – лишняя головная боль и никаких ответов.

– Ладно, Оррен, – махнул рукой иномирец, поднимаясь с места, – ты сказал, что здесь мы можем только ждать и ни на что повлиять уже не удастся. Так? – Дождавшись моего кивка, Василий продолжил: – Значит, придется выкинуть вам с Альгой эти проблемы из головы. Все в молодости грешат, и все потом мечтают исправить ошибки, да никому не удается. Юля сможет тебя понять, Оррен. Она хоть девочка шебутная, но если нужно – все сделает, что понадобится. А у нас тут осталось наше настоящее – война. Лучше постараемся сделать так, чтобы Крису и Юльке было куда возвращаться.

– Проблема не в грехах, Василий. – Я покачал головой и, подперев кулаком подбородок, принялся рассматривать стену, будто на ней вот-вот должны были проявиться откровения. – А в тайнах, которые бы мне не хотелось вытаскивать на свет. Но в любом случае мы с Альгой не станем сидеть сложа руки, – ворчливо отозвался я; Василию только дай повод кому-нибудь нотацию прочитать – к завтрашнему утру недоскажет.

– Я о том, Оррен, не думай, что там дети делают – все равно ничего исправить не успеешь и даже не заметишь, что мир изменился, если эта Хель напутает что-то. Сосредоточься только на настоящем, хорошо? А то, когда человек разрывается между двумя полюсами, ничего хорошего не происходит. Договорились?