Ольга Болдырева – Паутина времени (страница 19)

А еще меня не оставляло ощущение, что одна из переменных осталась не узнанной: то ли была специально утаена Алив, то ли являлась побочной, а потому творец не посчитала важным, упоминать о ней. Либо же… если раздуть мою паранойю до мировых масштабов, то, наоборот, и именно эта переменная была ключом и основой путешествия, но Алевтина, как обычно, играла втемную. В любом случае, маршрут был задан, цель понятна.

Оставалось только наметить опорные точки плана.

Несколько раз я ловил на себе внимательные взгляды Эрика. Когда мы останавливались, чтобы немного передохнуть, мальчишка немедленно поворачивался в мою сторону и смотрел пристально и оценивающе. Не удивлюсь, если Алив сообщила ему о своих планах гораздо раньше, чем мне. Стыдно признать, но мне было ужасно любопытно узнать, чем же мальчишка так зацепил творца, что Великая мать сделала его своим любимчиком. Не силой же? Эрик, безусловно, обладал выдающимся даром, но не уникальным. Уверен, что даже Крис составит ему здоровую конкуренцию, хотя у крестничка в роду не было никого особенного или иномирного.

В такой нерадостной атмосфере мы выбрались из леса на широкий, пусть и размытый дождем тракт. Впереди за смазанной серой пеленой виднелись крошечные огни крепости.

— Князь Зулл… — скривился Дариил, — вот уж чей дом я бы предпочел обойти десятой дорогой.

Эрик тихо прошептал, что лучше не обходить, а проходить такие замки насквозь, оставляя за собой пепелище и мертвецов. Литту идея понравилась, и он хрипло, через силу рассмеялся, не заметив, как за спинами парней в одинаковой гримасе скривились Альга и Василий.

Чувство юмора у «приемного» Рита было отвратительным.

Если вообще было.

— С чего бы такая любовь? — уточнила Альга.

На огни она посматривала с тоской. Жене хотелось закутаться в плед, выпить стаканчик горячего вина и дремать под уютное потрескивание пламени в камине. А никак не обходить место для отдыха грязной «десятой» дорогой.

— Откуда вы свалились, леди? — улыбнулся Дариил, но послушно ответил. — Большего колдуноненавистника найти сложно. Говорят, у него какой-то амулет особенный есть, который любую волшбу останавливает…

— Так уж прямо любую? — мой скептицизм понять было легко — даже орденская магия, данная Алив своим служителям, не всегда срабатывала. Хель же, по неохотному признанию самой Убийцы, проигрывала в силе Пресветлой.

Так что, если сейчас в княжестве Зуллов правит безумица, это будет легко изменить.

— Знаете, ваша светлость, — усмехнулся я. — Опыт подсказывает, что нет более верного союзника, чем разочаровавшийся в прошлом господине фанатик.

Мальчишка покривился, но на Литта я не смотрел — все мое внимание сосредоточилось на Эрике. Он замер, словно я сказал какое-то откровение; несколько мгновений парень словно бы даже не дышал, только улыбался, а потом его взгляд на секунду — так, чтобы заметил только я — почернел. Вместо яркой синевы на меня взглянула сама тьма.

Хель побери эту Алив! Кого она мне подсунула?!

— Герцог, я верю вам, но как же не хочется быть поджаренным на костре!

— Кажется, мне кто-то задолжал рассказ, почему оказался так далеко от дома без сопровождения.

Дариил, всеми правдам увиливающий от этой темы, послушно замолк.

Альга расхохоталась.

— У нас всю жизнь так — либо верим, либо ложимся на землю, складываем лапки на пузе и ждем покорно смерти. Пойдем, княжич, уверена, что настолько бы в действительности не был страшен этот Зулл, он и в подметки нам не годится.

Василий согласно кивнул и первым зашагал в сторону замка.

Эрик, убедившись, что Дариил способен самостоятельно переставлять ноги, чуть приотстал от основной части нашей компании и поравнялся со мной.

— Нас просили держаться от Хель подальше, мы же идем к ней в гости, — мальчишка не спрашивал, он говорил ровным тоном, наблюдая за моей реакцией. — Это нелогично.

— А когда ты в последний раз видел логику в поступках творцов?

— Всегда. Просто это логика существ, мыслящих иными категориями.

— Я понимаю, что с Хель будут проблемы. Но чем быстрее наберу нужное для объединения число правителей, тем быстрее вернусь домой. Риск того стоит.

— Наивно предполагать, что если ты в хороших отношениях с Хель в своем мире, она поможет сейчас. Она убьет тебя раньше, чем ты произнесешь ее имя.

— Ну так я же святая простота… — ненавижу, когда щенки учат меня жизни.

Не зря же, в конце концов, Убийца дала мне свое кольцо. Возможно, зная, чем обернется дело, Хель решила облегчить наше знакомство? Эрик, словно почувствовав, что у меня есть свои соображения на этот счет, усмехнулся.

— Прошу меня простить. Я, можно сказать, тот самый «разочаровавшийся фанатик». И у Хель ко мне отдельный счет.

О, Бездна! Ну почему в моей жизни ничего не бывает просто?!

— Все предельно просто, герцог: Хель дала мне силу и власть, но взамен забрала все, что мне было дорого. Родных, любимых, будущее. Даже мой разум. Алив же пообещала, что вернет это… я останусь при силе, а заодно получу шанс завести нормальную семью, друзей, прожить обычную жизнь. После долгих веков холода и одиночества никакая власть не кажется желаннее, чем простое человеческое тепло.

— И какова плата?

— Весь я. До последней капли крови, до последнего вдоха.

Я отвел взгляд. Условия нашей сделки с творцом перестали казаться мне такими уж зверскими. Вполне себе адекватный договор… и жизнь не такая уж сложная. Особенно, если сравнивать.

— Так что, с учетом разницы в возрасте… а она исчисляется веками, лучше не называть меня мальчишкой или щенком.

Ага, буду звать «сыночком», раз уж усыновил это «чудо».

— Как скажешь, Эрик, только перечитай договор с Алив. Кажется, разум тебе не вернули.

Огни сторожевых башен медленно прорисовывались из-за пелены дождя. Я не был уверен в том, что сделал правильный выбор. Более того, интуиция подсказывала, что и кольцо, на которое я разом возложил столько надежд, лучше было бы приберечь на самый крайний случай.

Что ж… значит, побеседуем с Хель без чужой поддержки.

Интуиция меня еще никогда не подводила.

Лада пристроили на диванчик и даже укрыли пледом.

На этом коллективная деятельность закончилась, и парни начали буравить друг друга мрачными взглядами. Крис знал, в чем заключалось задание лже-Талли, и понимал, что вряд ли сможет составить сыну Пресветлой здоровую конкуренцию. Опять же, учитывая чувства Юльки…

Бриан же прикидывал, как заставить законного мужа Юльтиниэль подвинуться, дабы выполнить наказ Хель. Парочка, конечно, ругалась с удивительным постоянством, но более крепкой пары Найтингейл еще не видел. К тому же, за дни, проведенные в прошлом, они успели хорошо сдружиться с Кристианом, и нечто, напоминающее совесть, теперь покусывало его изнутри.

Император уступил первым.

— Рад видеть живым, Таллиэль, — он протянул руку и добавил, — честно.

И что удивительно — не соврал.

Сын Алив приподнял бровь, но мысленно выдохнул.

— Я Бриан Найтингейл, — пришлось представиться во второй раз. — Спасибо. Жаль, что все получилось так странно.

Рыжий пожал протянутую ладонь и тоже добавил:

— Честно.

Парни усмехнулись и синхронно покосились на Юльку, которая наблюдала за ними с каким-то странным выражением на лице — то ли облегчением, что мордобой не начался, то ли обидой (по тому же поводу).

— Что случилось? — приблизившись к мужу, императрица внимательно осмотрела его на предмет повреждений, а потом, невзирая на присутствие посторонних, потерлась щекой о его плечо. — Я переживала. И тоже честно, между прочим!

В конце фразы, не выдержав, расхохотались все, припомнив всю ложь, что они успели друг другу наговорить.

— Заговорщики случились. Узнав об исчезновении Оррена, решили не ждать. Лад… разобрался. И пообещал, что с оставшимися тоже поможет, — Кристиан с сомнением посмотрел на все еще пребывающего в бессознательном состоянии творца и обратился к Бриану: — Ты его знаешь? Кто он?

— Я знаю всех из Поколения, — почему-то это не показалось хвастовством. Скорее, Бриана захотелось пожалеть и погладить по голове: — Лад — Игрок. Это его прозвище среди своих. Думаю, оно охарактеризует его куда лучше всех слов, которые я мог бы сказать. А имя силы у него еще более говорящее — Кукловод.

Юлька помотала головой.

— Имя силы?

Крис развел руками, показав, что понял не больше жены.

Найтингейл насмешливо фыркнул, мол, как можно быть такими необразованными?! Но под уничижительными взглядами императорской четы неожиданно признался.

— Да я сам плохо понимаю, если честно. Как-то пытался приставать к матери, но она отмахнулась, что понять это может только творец. Вроде как получается, что силы в Поколении не однородны — у каждой есть какой-то отличительный аспект. Хель — Убийца, Сирин — Провидец, Данте — Судья, мать — Отражение. Конечно, остальные творцы также умеют отнимать жизни, и выносит приговоры не один Данте. Но если не заострять на этом внимание, характеристики неплохо им подходят. Поэтому, когда я говорю, что Лад — Кукловод, имею в виду, что он хитрозадый манипулятор, действующий исключительно в своих интересах.

— Именно, рыжий, — раздался хриплый смешок с дивана.

Творец, откинув плед в сторону, ощупывал себя, проверяя, все ли уже зажило.

— Вы как, нормально? — озабоченно спросила Юля и неуверенно переступила с ноги на ногу, передумав приблизиться к мужчине и предложить свою помощь.