Ольга Болдырева – Как развеять скуку (страница 22)
Похоже, занятый борьбой со скукой я просто не заметил, как в моё окружение влился сонник. В конце концов, они могут обладать весьма приятно внешностью, ничем не отличаясь от простых тёмных. А уж добыть в Цитадели книги по магии для тех, кто лишён дара, особого труда не составит. Подумаешь, человеческие жертвы?
Тьма и Свет!
Тут я окончательно понял, что этим забегом на длинные дистанции дело не исправишь. Да, я чувствую эльфийку лучше остальных светлых, но всё-таки недостаточно хорошо для того, чтобы без затруднений найти к ней прямой пусть.
Не говоря уже о том, чтобы переместиться на зов.
И стоило только подумать о зове, как по барабанным перепонкам больно ударил крик Лин. Видимо вампирка вконец отчаявшись, решила прибегнуть к плану С. Молодец девочка. Правда она малость перестаралась… Вместе с зовом по моему телу прокатился разряд боли, оставшись в запястьях. Никогда не знал, что серебро так плохо действует на несовершеннолетних вампиров. Точнее знал, но чтобы настолько?!
— Малыш, что с тобой? — Герион озабоченно покосился на моё перекосившееся от боли лицо.
— Дай мне руку! — приказал я.
— Зачем? — Какой-то странный оборотень. Как только прожил столько веков? Если приказывают бежать — надо бежать, а только потом спрашивать: «Зачем?». Кричат «Ложись!» — падай, где стоишь. Лучше запачкаться, чем умереть…
— Я сказал, дай руку! Если ты, конечно, не передумал мне помогать. — Видимо что-то в моём голосе изменилось, так как оборотень тут же сжал протянутую ладонь.
Короткий рывок и мы переместились в конец очередного коридора. А в конце… дверь! Та самая! Теперь я хорошо чувствовал за ней светлых и их страх. Подумаешь, чуть-чуть промахнулся? Я почувствовал нарастающую панику эльфийки и почему-то вообразил, что это именно её сейчас начнут есть.
Не позволю!
Не оглядываясь на продолжающего удивленно оглядываться по сторонам ещё не пришедшего в себя после перемещения оборотня, я ломанулся вперёд по коридору, задевая крыльями наступающие стены сужающегося прохода и оставляя на камнях длинные борозды. А вы что хотели? Перышки-то острые…
Дверь я снёс, даже не заметив как именно. Главное, что наконец смог добраться до светлых недотёп. И сонников.
Ну, теперь будет им счастье. И тем, и другим!
Все присутствующие воззрились на меня круглыми от шока глазами. Придавленный дверкой сонник даже не подумал из-под неё вылезти, только печально моргал тремя глазками, расположенными на лбу. А наклонившаяся над прикованным к большому столу гномом ящерица-переросток от удивления так и замерла в согнутом положении с открытой пастью.
Ааа… так они Ибора собирались кушать. Можно было и не спешить. Погуляли бы с Герионом ещё чуток, посмотрели бы архитектуру. Но, ладно, раз уж пришли, будем спасать.
Я оглянулся на стоящего в дверном проёме оборотня и кивнул ему, чтобы он освобождал светлых, которые с ужасом косились на мои крылышки.
Ну, все кроме эльфийки. Она меня тоже рассматривала, но уже с восхищением… Н-да, а как же обручальная цепочка?
Однако, разглядывая прикованную к стене эльфийку (м-ммм, а она так очень неплохо смотрится), я совершенно забыл про сонников.
А они, как вы уже догадались, про меня — нет.
— Странно, обычно всё бегут от нас, а не к нам… Ты считаешь себя особенным? Или, правда, надеешься просто так спасти своих… кто они тебе? Друзья? — Заговорившее со мной существо, явно в этой компании было главным.
Фу, ну и мерзость! Эдакая кучка дурно пахнущей субстанции сине-серого цвета с короткими толстыми щупальцами-отростками. Где зад, где перед — не разобрать. Что только не сниться моим подданным. Надо потом всем прописать и бесплатно раздавать настой приятных снов. Чтобы уж если сонники прорывались в наш мир, то в виде полуголых красоток, единорогов и прекрасных принцев.
— Знаешь, друг, — оглядев главного сонника, подвёл итог я, — и то, и другое. И я абсолютно уверен в своём успехе. А они мне — работодатели.
Боковым зрением я видел, что Герион, морщась, приступил к освобождению вампирки. Все светлые уже стояли около дверного проёма и напряженно следили за каждым моим действием. Думают, что стоит попробовать спастись бегством? Не самая оригинальная идея.
К тому же у меня есть план куда как лучше.
— Хм… мальчик, неужели тебе не сняться сны?
— Сняться, в основном кошмары, — легко признался я.
— Значит, ты уже в нашей власти. — Сонник лениво шевельнул удлинившимся щупальцем, сбивая меня с ног.
А потом масса начала плавиться, изменяя форму. Вот появился контур тела, лица, рук… и… крыльев. Я не успел толком ничего понять, как напротив меня появился я сам с совершено мерзкой ехидной улыбкой.
Вот ведь пушной зверь и красная строка!
— Ты перевёртыш? — Теперь понятно, почему я до сих пор ничего не знаю. Эта гадина могла прикинуться, кем угодно из моего окружения, пока тот ходил в отхожее место. И вместо опроса чудом спасшихся селян, уводить их в тёмную комнату и съедать там.
— О, да. Несколько месяцев назад я привиделся очень тяжело больному мальчику. Тот был настолько слаб, что не смог меня удержать в рамках обычного кошмара. А дальше… — Другой я медленно обошёл меня по кругу, и неожиданно взмахнув крылом, оставил мне на щёке острый порез. Чёрт, он даже это смог скопировать!
Эльфийка дёрнулась, желая помочь, но не зная как. Оборотень, поддерживая бессознательного рыцаря, покачал головой, а потом пожал плечами, словно интересуясь, где же обещанный план.
Сейчас, сейчас… они же очень голодные. Скоро сонник перестанет играть со мной. Вот тогда…
Будто откликаясь на мои мысли, псевдо-я задумчиво нахмурился.
— Однако что же мне с тобой сделать?
Быстро перекатившись, я швырнул в сонника небольшой огненный шар, размером с кулак. И тут же увернулся от сгустка липкой сонной энергии.
— Ах ж, ты! — Монстр с ненавистью смотрел, как оплавляются его крылья, густыми тёмными каплями разъедая каменный пол.
Его друзья в наклёвывающуюся драку не вмешивались, уверенные, что их глава непобедим. Светлые застыли подобно каменным изваяниям. Вампирка испуганно прижалась к магу, оборотень хмурился, явно не понимая, что я затеял.
За то время, пока сонник приходил в себя, я успел только подобраться на расстояние, достаточное, чтобы всадить ему глаз тот самый небольшой ножик, с которым на меня бросилась Лин. Не зря я его тогда всё-таки подобрал и припрятал.
Соннику он как мёртвому припарка, зато успеет разозлиться, как следует.
В следующую секунду меня плотно спеленали и подняли на полметра над полом выросшие прямо из тела псевдо-меня щупальца. Сонник кровожадно оскалился, даже не думая избавиться от постороннего предмета в глазнице. Совершенно неэстетичное зрелище, скажу я вам прямо.
— Убил… рад? — вкрадчиво спросил он. — Скажи, как ты отнесёшься к тому, что я воплощу твои самые кошмарные сны в реальность? Боишься? Я вижу ту душу, что ты свято хранишь. Но она всё равно боится… что будет, если я позову её кошмары? — Он наклонил голову набок, рассматривая меня как глупого ребёнка.
— Зови, я убью их… и тогда… — я оскалился в ответ. — Тогда мне уже никто не сможет ничего сделать…
— Да, ты прав, это будет неразумно, — согласился сонник, и я невольно начал его уважать. Так повестись на самый бредовый блеф. Это надо уметь! Впрочем, не зря же говорят, что самое гениальное — самое простое. — Интересно, а твои спутники знают, с кем имеют дело?
Вот, Тьма! Прокололся…
— Угу, ты им пока расскажи. А я как раз придумаю способ тебя убить.
— Успею. Сначала мне очень интересно посмотреть на твои кошмары. Наверное, они восхитительны. Чего может бояться существо, подобное тебе?
Как оказалось — это было почти не больно. Сонник впился в меня глазами, то ли пытаясь посмотреть, что же находится у меня внутри, то ли мечтая просверлить взглядом дырку. Я же застыл, не в силах не то, что брыкнуться, а даже взгляд отвести. Где-то внутри образовался тугой комок, собирающий в себя мои кошмары, а потом…
Ослепительная вспышка и пустота, комок исчез. Больше эти сны не будут мучить меня.
Согласитесь, как просто забыть про то, что кошмары вовсе не значат — монстры и ужасы. Кошмарами могут обернуться воспоминания о прошлых ошибках или случайностях.
И уже готовые броситься меня спасать светлые и подобравшиеся в ожидании сородичей сонники снова в удивлении застыли на своих местах.
У них сегодня прямо день потрясений какой-то. Я, так же как и они, не отрываясь смотрел на два своих кошмара. Две полупрозрачные фигуры, словно сотканные из яркого белого света.
Иллис. Именно такой, каким я его и запомнил. Улыбчивый, с небольшой хитринкой в глазах и крошечным красным пятнышком у виска. Никогда не одобрял его увлечения иномирным оружием.
И женщина. Длинные-длинные русые волосы, схваченные простой лентой. Простое лицо. Серые глаза.
Мама.
— Привет, друг! — Иллис собственнически оглядел тушки сонников, за которые теперь и гроша ломанного пожадничаешь дать, и помахал мне рукой. — Сейчас всё исправим.
Мама улыбнулась краешком губ и, соглашаясь с Иллисом, кивнула.
— Что ж господа, мой вам привет! — Теперь, когда я знал, что всё будет лучше некуда, позволил себе ненадолго отключиться, чтобы регенерация смогла нормально меня подлатать, ибо перемещения, бег, и огненный шар в моём теперешнем состоянии — это подвиг.