Ольга Болдырева – Доля отцовская (страница 40)

— Что, первый раз так веселилась? — сочувственно спросил император.

— Угу, — согласилась она, потом неожиданно улыбнулась: — Но я его все-таки сделала!

— Мм? — не понял Крис.

Он дотронулся указательным пальцем до переносицы девушки и пробормотал заклинание, надеясь, что ничего не перепутал.

— Это она про своего орка Шкеша, — пояснила со своего места Маришка. — Они вчера затеяли игру, кто сможет больше выпить… — Тут полувампирка сделала паузу и закончила совсем другим тоном: — Так она его перепила! Бедный орк, наверное, после того как проспится, совершит самоубийство — такого позора ему не пережить.

Кристиан понял, что заклинание подействовало, и теперь Юльтиниэль с интересом рассматривала удивленного императора. Подумать только — перепила орка! Да уж, будет, что потом придворным рассказать о девушках, которые не только демона на лету остановят и замок отца разрушат до основания одним чихом, но и здоровенного орка заткнут за пояс по части выпитого спиртного. Не то что изнеженные дворцовые аристократки, у которых уже от одного запаха алкоголя начинаются рвотные позывы.

— Что? — фыркнула полуэльфийка, под красноречивым взглядом Кристиана. — Риты во всем должны быть лучшими!

— Ладно, ладно, — он примиряюще поднял ладони, — заклинание запомнила? Сможешь повторить на мне?

Юля кивнула и присела на кровати, придерживая одной рукой одеяло у груди. Маришка аж задохнулась от негодования: как так можно! Хоть бы майку какую надела! Главное, чтобы о таком поведении герцог не узнал, а то всем уши открутит. Однако саму Юльтиниэль ее вид ничуть не смущал, а император с удовольствием любовался открытыми плечиками и спиной девушки.

Его переносицы коснулся тонкий пальчик леди, она нахмурилась, чуть-чуть закусив нижнюю губу, и попыталась воспроизвести заклинание его величества. Получилось на удивление быстро и хорошо — боль отпустила Криса уже спустя несколько секунд, заставив широко улыбнуться.

— Спасибо, ну что ж, дамы, одевайтесь, думаю, внизу нас уже ждут. Юль, — позвал он.

— Что? — девушка обернулась на непривычно мягкий тон.

— Ты пока продумывай программу наших развлечений, — хитро подмигнул Крис и вышел за дверь.

Вслед ему донесся громкий задорный смех полуэльфийки, которая предвкушала скорое развлечение для их дуэта и большую головную боль для всех остальных.

Альга, устроившись за столом напротив меня, лениво ковырялась ложкой в овсяной каше. Все-таки время — странная штука. Несмотря на то что мы давно перестали быть подростками и теперь уже взрослая женщина могла прекрасно сама за себя постоять, дав всем защитникам сто очков форы, я все равно продолжал воспринимать ее недокормленной девчонкой, которую надо оберегать от всего мира и всячески опекать. Думаю, что и я в глазах воровки так и не вырос из странного паренька с ветром в голове во вполне состоятельного и ответственного герцога.

Рядом Василий задумчиво тер подбородок, точнее, выросшую на нем щетину. Я, между прочим, тоже изрядно зарос. Теперь-то уж во мне точно аристократа никто не признает. Все это время было не до приведения своей физиономии в приличный вид. Впрочем, если сейчас выдастся пара минуток, можно попытаться чуть-чуть обкорнать отросшую бороду специальным заклинанием. Заодно Василию помогу.

Тут как раз и детки подоспели. Вполне такие бодрые и улыбающиеся, ничем не выдающие того, что без антипохмельных заклинаний тут точно не обошлось. Ладно, сам вчера разрешил веселиться, так что теперь ругать глупо. Разве кто-нибудь виноват в том, что под словом «развлекаться» каждый понимает что-то свое. Мы вон с Альгой тоже хороши — вчера устроили Хель знает что.

— Доброе утро. — Юльтиниэль, придвинув к себе тарелку, изучила ее содержимое и ухватила пробегающую мимо разносчицу за юбку. — Девушка, принесите, пожалуйста, что-нибудь вкусное! Лучше творогу с вареньем и пирога вишневого! И отвар не забудьте!

Девушка кивнула, потом повернулась к остальным:

— Что-нибудь еще?

Пока Кристиан и Маришка заказывали еду себе (император тоже заказал себе пирог, а вот полувампирка попросила всего лишь варенье к каше), я возил овсянку по своей тарелке, думая, что с удовольствием тоже съел бы чего-нибудь вкусного. Но раз уж разрешил с самого начала заказывать завтрак Василию и даже одобрил его выбор здоровой пищи, приходилось поглощать кашу и не возмущаться, подтверждая статус взрослого человека, который заботится о своем здоровье.

— Па-ап! — позвала меня дочка.

— А? — незамедлительно отозвался я, отрываясь от печальных дум о горячем пироге с вишней.

— Вот скажи, как так можно? — На лице Юльтиниэль было такое хитрое выражение, что мне даже не по себе стало.

— Что можно?

— Вести себя! Я иногда поражаюсь твоему упорству, с которым ты всех девушек игнорируешь. Бедняжка так усердно строила тебе глазки, а ты хоть бы посмотрел на нее! Нет, ты не подумай, я маму люблю! Только вот не понимаю, как с твоим равнодушием к женскому полу я у вас родилась! Скоро начну переживать за честь Криса!

Ну вот, а день так хорошо начинался.

Рядом громогласно захохотала Альга, роняя на себя остатки каши. Маришка стала ярко-красного от смущения цвета. Василий открыл рот, чтобы прочитать очередную мораль. А Крис тихо захихикал, поддерживая дочку. На меня же внезапно накатило странное равнодушие, которое четко характеризовалось одним словом — «доигралась!».

Поднялся из-за стола, глубоко вздохнул и расстегнул на шее цепочку с даром. Пять минут… что ж, этого должно хватить.

— Подержи, пожалуйста, — попросил я Маришку, протягивая свой дар.

Девушка, уже сталкивавшаяся с подобной просьбой, только кивнула.

Сознание привычно отсчитывало секунды отпущенного мне времени.

— Знаешь, дочка, я все больше и больше склоняюсь к мысли, что порка только помогает воспитательному процессу…

— И?

— Будем наверстывать упущенное.

— Не сможешь! — уверенно заявила Юльтиниэль, явно намекая на то, что не с моим мизерным магическим потенциалом угрожать ей.

— Ошибаешься…

Говорить становилось все труднее, так что я просто взял дочь за руку и, никак не реагируя на сопротивление, потащил наверх. Кажется, она действительно что-то колдовала, возможно, пыталась приложить меня чем-то куда сильнее обычного заклинания, которое отключает человека на несколько минут. Было все равно. Просто случаются такие вещи, которые не можешь простить никому, и родным в том числе. И честно, надоело выглядеть послушным идиотом, которому только и делают, что хамят и за человека не считают.

На лестнице перебросил упирающуюся девчонку через плечо, чтобы она не тратила то небольшое количество времени, которое у меня осталось. Остальные наблюдали за нами с широко раскрытыми от удивления ртами. Видимо, отскакивающие от меня заклинания выглядели необычно.

Надеюсь, никто не успеет заметить изменившегося взгляда. Хотя вот честно! Ради того чтобы показать, кто же в доме хозяин, можно и помучиться потом чуть-чуть.

Они взглядами проводили Оррена до лестницы и переглянулись, как бы сообщая друг другу: «Вы меня сразу убейте, чтобы не мучиться, если я при герцоге не то ляпну!»

— Даже ангельскому терпению рано или поздно приходит конец… — пробормотал Василий. — Совсем у Юльки мозги закончились, так с отцом разговаривать.

Мужчина был полностью на стороне Оррена. Подумав, император кивнул, соглашаясь с ним. Просто прикинул, что, если бы кто ему такое сказал… В общем, поркой дело бы явно не ограничилось — скорее, парочкой трупов. А то и десятком.

Маришка сделала вид, что увлечена поглощением каши, и высказывать свое мнение не стала. Только, судя по выражению лица, пыталась представить, какой урон будет нанесен гордости Юльтиниэль. Альга же как-то неправильно улыбалась своим мыслям, дуя на горячий отвар. Крис несколько секунд косился на эту улыбку, а потом решил перевести тему:

— А ты где была ночью? Тут жаловались, что в комнате не ночевала…

Помня, что воровка по любому поводу, да и без оного любит ему хамить, он заранее готовился к чему-то крайне язвительному и обидному, но женщина улыбнулась еще шире, продемонстрировав, что один из зубов у нее наполовину сколот.

— Как? — удивился Василий. — Когда я поднимался, мы как раз на лестнице повстречались…

Маришка заинтересованно облизала ложку, думая, не заказать ли ей добавки.

Альга оглядела три пары любопытных глаз, обладателям которых явно не терпелось узнать что-нибудь новенькое и необычное. А ну как еще чем-нибудь с утра пораньше повеселят? Взбешенного герцога уже видели. Спасибо, больше не надо. Женщина покачала головой и фыркнула.

— А не все равно, где я была? Вроде не девочка, чтобы перед родителями отчитываться.

Перевести стрелки не получилось.

— Да? А если ты работаешь на тайных врагов? Специально к нам прибилась. Как же, друзья, сто лет не виделись… — буркнул Крис, которого совершенно неожиданно захватила идея, что воровка действительно возникла при очень странных обстоятельствах. А вдруг?

— Знаешь, мальчик, — неожиданно ее тон изменился, женщина глядела холодно и оценивающе, — тебя мне даже продавать не надо — еще и приплачу за то, чтобы на опыты забрали. А вот если ты еще раз скажешь, что я могу предать своего спасителя, поймешь, что иногда и хваленая магия со второй ипостасью не помогут. Усек?

Кристиан быстро кивнул. Как-то слишком живо буйное воображение императора нарисовало ему такой маленький кинжальчик, который красиво торчит из его спины. И вот этот взгляд, равнодушно осматривающий остывающее тело. В конце концов, несколько минут молчания — это несмертельно.