Ольга Болдырева – Без души (СИ) (страница 5)

Она ловко перемахнула через раму, даже не заметив зеркальной поверхности. На секунду девочка отпечаталась в зеркале, став двухмерной и несколько карикатурной, а потом вынырнула с моей стороны. Незваная гостья изучила обстановку, мазнув по трупам незаинтересованным взглядом, словно видела столько мертвых людей, что еще несколько тел не вызывали никаких эмоций. Повернувшись к зеркалу, осмотрела его.

— Работа Гэбриэла, — одно движение и осколки стекла полетели в разные стороны, за секунду превращаясь в песок.

Девочка продолжила разговаривать сама с собой:

— Наверное, стоило кого-нибудь позвать, ненавижу пачкать руки. Проще показать работу и проследить за исполнением, даже если всего лишь требуется разбить зеркало. Когда, наконец, будут уничтожены все проходы? — Она оглядел меня с ног до головы. — Теперь придется стирать память самой. Скучно. Только время потеряла.

Она разочарованно покачала головой.

— Извини, — девочка смешно наморщила носик, подходя ко мне.

Отшатнувшись, я переместился в другой угол комнаты, подумав, что лучше бы сразу на другой конец мира. Бездна внутри меня усмехнулась и шепнула, что проще уйти от нее, чем от этой девочки. Я верил ей, но память важна. Она — последнее, что осталось в жизни. Больше ничего нет. Не отдам.

— Пожалуйста… — голос охрип.

Как же надоело бороться. Со всем миром, с собой, с этим непонятным существом. Надоело до тошноты. Почему каждый глоток воздуха я должен вырывать у мироздания, а каждый шаг вперед отвоевывать в бою, а не просто идти по дороге, как это делают остальные люди?

— Я не собирался звать тебя, уходи.

— Ложь, — перебила меня девочка, раздражаясь с каждой секундой все сильнее. Она скрестила руки на маленькой, только начавшей приятно округляться груди, и не сводила с меня тяжелого взгляда, — меня нельзя позвать случайно. И «не случайно» очень и очень сложно, но тебе удалось. За все нужно расплачиваться. Поколение устало объяснять, что золотые рыбки бывают только в сказках, а всесилие — не игрушка.

Так странно — раньше расплачивался за свою наивность и ошибки, а теперь мне предъявляют счет, даже не объяснив за что. Я осторожно позвал Бездну. Она была во мне. Была мной…

Гостья заинтересованно встрепенулась, когда из сгустившегося вокруг меня марева в ее сторону потянулись гибкие полупрозрачные щупальца. Покачала головой.

— Глупый ребёнок… — лицо девочки исказила судорога, когда одно из щупалец прикоснулось к её руке. — В тебе Ничто. Угроза… вот, что я ощутила, — прошептала она, — Необходимо уничтожить.

По комнате прокатилась волна и ударила меня невидимой плетью, резко и больно. Сила исчезла. Я распластался на полу, не предпринимая попыток подняться.

Устал…

— Но как интересно! Ты беспомощен, словно слепой звереныш! — теперь на лице девочки, назвавшей себя Алив, проступило какое-то дешевое подобие восторга, будто она разглядывала витрину магазина с чертовски дорогой игрушкой. — Посмотри-ка, кажется, Гэбриэл меня снова обошел, несмотря на свою безвременную кончину. Это поисковик диковинок, а не проход… Видимо, зеркало само притянуло тебя, Гэбриэл всегда был жутким перестраховщиком и паникером. Знал, рано или поздно снова появятся носители пустоты. И когда это произойдет: потребуется привлечь мое внимание, чтобы устранить опасность.

— Интересно… — повторила она и присела рядом на корточки, продолжая бормотать, — Хорошо, что я не позвала Ксанрда. Он послушен и всегда убирает за мной, но наверняка этот упрямец отказался бы тащить домой кусок мяса. Еще и остальным рассказал бы, ко всему прочему. А тогда пришлось идти на жертвы. Нет, не хочу делиться. Такой шанс выпадает раз в вечность.

На какое-то мгновение я подумал, что девочка говорит не с собой, а с невидимым собеседником, и что он даже отвечает — казалось, в комнате раздается эхо чужого голоса. Но различить слова я не мог.

Гостья провела холодным пальчиком по моей щеке.

— Ты ведь не хочешь уходить, мальчик?

— Это неважно, — внутри меня пустота — зачем врать? Когда-то я хотел, но теперь желаний нет. Жить… остаться — за меня решали все время, не спрашивая: куда идти, что делать, когда умирать. Только теперь это не причиняло боль.

Девочка несколько минут пристально в меня вглядывалась, если бы я мог ощущать, а не ассоциировать меня бы обязательно передернуло от отвращения под взглядом странных светло-зелёных глаз с рыжими крапинками.

— Конечно, сразу бы начались разговоры: «Вечно тащишь в чертоги всякую дрянь, Великая мать. Ты ставишь под угрозу существование вселенной, прикармливая пустоту. А он даже дышать вынужден себя заставлять. Только из-за твоей любви к «диковинкам»? Да… коллекция уродцев явно нуждается в пополнении». — Передразнила она кого-то, сделав свой голос тоненьким и надломленным.

Я приподнялся на локтях. Ни гордости, ничего. Столько лет я думал, что будет, когда я окажусь на свободе, а теперь… снова все кувырком. Видимо покой существует только в обители тихой госпожи.

— А что бы было, если бы они не притащили меня? Я первая из Поколения! Голос любого из них против моего не стоит ничего! И что делать «коллекцией», решаю только я. И так заманчиво подчинить себе Ничто… — Сказав это, девочка резко обернулась ко мне. — Что тебе нужно?

— Ты не вернешь мне душу. Не изменишь время. Мне ничего не нужно от тебя, Великая мать, — повторил странное выражение, которое так не шло ее невинному, детскому облику. Неужели моя странная гостья — сумасшедшая? Нет, не похожа, я видел безумный людей.

Поднялся на ноги и отряхнул ладони, смотря, как пухлые губы девочки расползаются в холодной змеиной усмешке, словно она только этого и ждала.

— Душу — нет, не верну. Не хочу портить такую замечательную игрушку. Она будет мешать тебе, — девочка с хозяйским видом села в кресло. Утопая в мягких подушках, она смотрелась на диво беззащитной: маленькой, худенькой.

— Но повернуть время… почему нет? Новая игра — это здорово. И интересно. Мы — поколение смотрителей, стражей, хранителей, творцов — названий много. Суть — одна. Нас объединяет отсутствие душ. Впрочем, эту лекцию прочитает твой надзиратель. Потом… Сейчас важно знать лишь то, что мы — всесильны. Я всесильна. И я всегда получаю то, что хочу. В данный момент мне интересен ты. Вот как мы поступим: заключим сделку. Сыграем несколько раундов восхитительной игры.

— Нет.

Хватит, наигрался.

— Это был риторический вопрос. Все зависит лишь от того, что скажешь, когда я спрошу тебя второй и последний раз: да, нет. Если согласишься добровольно, сделаю небольшой подарок: договорюсь со временем. Поверну его.

Тут гостья сделала театральную паузу. Я молчал. На Земле я не верил в магию, пока мне не доказали, что она существует. Здесь думал, что нет более верных друзей, чем Далик и Ларин… и опять ошибся. Это девочка действительно может быть всесильной. И возможно, ей плевать на мое мнение. Капризные дети, привыкли получать то, что хотят. Но она говорит о шансе вернуться…

Девочка, осознав, что я спорить с ней не намерен, продолжила:

— Ты заново переживёшь свою жизнь, будет память и… сила. Не те обрывки, что сейчас с тобой — сила полноценного творца. Все просто: делай то, что захочешь. Правь своим миром, ничем не ограничиваясь. Нравится такое предложение?

— А что потом? И зачем тебе бесполезная игрушка?

— Знаешь, я просто люблю собирать диковинки. А ты интересен, и даже не представляешь насколько. В любом случае я что-нибудь обязательно придумаю, даже не сомневайся.

— Так просто? Я не верю в благотворительность.

— Не верь. Я уже сказала, что мы заключим сделку…

Алив протянула мне руку.

— Ты проживешь отмеренное судьбой по новому кругу, как посчитаешь нужным. Но когда он замкнется, превратишься в послушную куклу. Мое слово станет для тебя законом и основой миропорядка, мой приказ будет подлежать немедленному исполнению, моя просьба будет приравниваться к приказу. Можешь сопротивляться сколько угодно, если конечно, вернешь себе желание делать это. Строптивые куклы — интересно. После того, как твой мир изменится, а долги будут розданы, ты поступишь в мое полное распоряжение. Правда, просто? Разве что у меня будет право остановить тебя…

Просто? Невыносимо сложно. Смогу ли я? На какой-то момент возникла ассоциация необходимости отказа от этой сделки. Но я смогу исправить ошибки.

Возможно, это неправильное решение…

— Да, согласен.

Я пожал руку девочки, и в этот момент сознание погасло.

***

— У вас мальчик!

Молодой акушер поднял на руки пронзительно пищащий сморщенный комочек, и на миг ему почудилось, что в детских неосмысленных глазах мелькнул расчетливый кровожадный монстр…

Наваждение исчезло. Ребенок сильнее заплакал. Усталая мать прижала к груди малыша, думая, что он самый лучший и прекрасный сын на свете.

Монстр лениво зевнул. Ему нужно просто подождать.

Глава 1.2 С чистого листа

И движутся люди, под кисточкой тая,

Такие, как есть, а не так, как мечтают.

И черная тушь растекается смело

В сражении вечном меж черным и белым.

Андрей Белянин

Когда-то:

…Зал сверкал сотнями волшебных огней. Высокие куполообразные своды раздвигали пространство, а тонкий аромат цветочных композиций кружил головы, унося мысли в хоровод веселья и беззаботности. Быстрые слуги в белых масках разносили по залу бокалы с искрящимися винами, закусками и десертами в ажурных, сдобных корзиночках.