Ольга Богатикова – Желтый фургон (страница 1)
Ольга Богатикова
Желтый фургон
Глава 1
Над городом плыл запах сирени. Тонкий, нежный, упоительно прекрасный он осторожно проник в окно моего фургона и мгновенно заполнил все его пространство.
Один мой знакомый виолончелист утверждал, будто ароматы способны звучать, как музыка. Он слышал музыку повсюду, и был твердо уверен, что ее способно передавать все вокруг. Мнение спорное, но в отношении сирени я была с ним согласна.
Ее аромат пел о весне. О том, что, наконец-то, исчезли снега, а ветер стал душистым и теплым. Что в рощах снова чирикают птицы, деревья вновь покрыты изумрудной листвой, среди разноцветных цветочных бутонов опять трудятся пчелы, а закаты напоминают небесный пожар.
Один из таких закатов разворачивался сейчас передо мной. Я въехала в город, когда в воздухе повисли желто-лиловые сумерки. Солнце уверенно ползло за горизонт, и его угасающий полукруг превратил небосвод в пылающий океан.
Дорога порядком меня утомила, но конкретно сейчас торопиться было некуда. Герберт, мой добрый приятель, у которого я намеривалась провести четыре ближайших дня, еще находился в своей мастерской, поэтому я решила выпить чаю в каком-нибудь кафе, чтобы дать ему время вернуться домой.
Кафе вокруг было много. Их окна переливались разноцветными огоньками гирлянд по обеим сторонам улицы, однако ни в одном из них не было свободных мест. Я медленно проехала вдоль длинного тротуара, и нигде не заметила свободных столиков. Это было логично: на дворе вечер пятницы, и многие горожане стремились провести его в каком-нибудь заведении.
Удача улыбнулась мне в конце улицы: я чудом обнаружила крошечную кофейню, зажатую между аптекой и ремонтной мастерской. Ее вывеска была очень мала и терялась на фоне соседних, зато у стойки и за столами не было ни одного посетителя.
Я припарковала фургон, выкатилась из-за руля на асфальт и, тяжело передвигая затекшие ноги, потопала в кофейню. Когда я переступила порог, мне навстречу резво выскочил высокий симпатичный парень в зеленой футболке и длинном черном фартуке.
– Добрый вечер! – сказал он. – Чем могу помочь?
К его фартуку был приколот бейджик с именем «Герман». Судя по тому, что Герман обрадовался мне, как родной, последний час он провел в одиночестве.
– Ягодный чай, будьте добры, – улыбнулась я, бросив взгляд на вывешенное у стойки меню. – И какое-нибудь пирожное.
– Какое именно?
– На ваш вкус.
– Я принесу вам свое любимое.
Парень весело мне подмигнул и скрылся за стойкой.
В кофейне было тесновато, но уютно. Большую часть его скоромной площади занимала витрина со сладостями и все та же стойка. Столиков, маленьких и круглых, было всего три, зато к каждому из них прилагалось мягкое креслице на толстых деревянных ножках. Стены украшали книжные полки и множество картин, изображавших воздушные шары.
Чай и большой аппетитный эклер, густо политый шоколадом и посыпанный кокосовой стружкой, Герман принес мне собственноручно. Глядя на его старание, я подумала, что, должно быть, являюсь первым посетителем не за последний час, а за весь нынешний день.
– М-м… какая вкуснятина, – сказала я, попробовав пирожное. – Герман, отчего в вашем прекрасном уголке так пусто? Неужели местные жители не знают, что здесь так замечательно кормят?
– Не знают, – парень развел из-за стойки руками. – Люди эту кофейню не замечают, заглядывают в основном случайно. Что поделать, место здесь не очень удобное.
– Ну да, место так себе. Но ведь можно сделать большую вывеску, запустить рекламу, напечатать буклетики.
– К сожалению, на все это у меня сейчас нет денег, – Герман грустно улыбнулся. – Я активно рассказываю о кофейне в соцсетях, но толку от этого мало.
– Вы – ее хозяин?
– Да. И хозяин, и бариста, и официант, и грузчик. Все в одном флаконе.
– У вас здесь здорово и вкусно. Уверена, скоро народ повалит к вам рекой.
– Хорошо бы, – он тихо усмехнулся. – А вы не местная, да?
– Я приехала на фестиваль, который завтра открывается в вашем городе. Меня зовут Мирослава.
– Приятно познакомиться. Чем же вы намерены заниматься на фестивале, Мирослава?
– Буду торговать на ярмарке. Говорят, на нее соберется весь регион.
– Я тоже там буду, – заулыбался парень. – Организаторы предложили городским заведениям устроить дегустации и гастрономический конкурс. Моя кофейня будет участвовать и в том, и в другом.
– Здорово, – оценила я. – Накормите всех эклерами, напоите кофе и найдете новых клиентов.
Улыбка Германа сникла.
– Это вряд ли. Я сомневаюсь, что кто-то выделит мои напитки среди остальных. Я редкостный неудачник, Мирослава.
– Волнуетесь, да? – понятливо кивнула я. – Конечно, в первый раз участвовать в таком крупном мероприятии очень страшно. Но поверьте, фестивальная публика обычно бывает доброжелательной и прощает многие неловкости.
– Да нет, – Герман махнул рукой. – Дело не в этом. Я не то чтобы чего-то боюсь, я действительно неудачник. Со мной постоянно случается какая-нибудь ерунда, которая все портит. Взять хотя бы эту кофейню. Я мечтал о ней много лет. Долго учился готовить, много работал, взял огромный кредит. В итоге снял самое крошечное и незаметное помещение, какое только можно было представить, не имею ни клиентов, ни персонала, ни приличной вывески. На рекламу, двигатель торговли, у меня нет ни копейки, Мирослава! О чем я вообще думал, когда затевал этот бизнес?.. Или еще пример. Завтра я иду на фестиваль, чтобы наскрести для кофейни новых клиентов. При этом час назад я обнаружил, что у меня закончился ванильный сироп и сразу три топинга – шоколадный, банановый и клубничный. Мне привозят их на заказ, соответственно, достать их до начала фестиваля я не успею. Чем я завтра буду удивлять публику, не понятно.
– У вас остались бутылки от топингов? – поинтересовалась я.
– Остались. А что?
– Покажите. Возможно, у меня есть точно такие, и я смогу продать вам несколько штук.
– Вы что же, будет торговать сиропами для кофе?
– Не только. У меня широкий ассортимент. Я могу продать все, что пожелает душа.
Герман смерил меня недоверчивым взглядом, однако нырнул под стойку и вынул из-под нее четыре белые бутылки с коричневыми этикетками.
– И вовсе вы не неудачник, – улыбнулась я, – а очень даже везучий человек. У меня как раз есть то, что вам нужно.
– Серьезно?
– Абсолютно. Сколько вам нужно этих приправ?
– Две бутылки сиропа и три бутылки каждого топинга.
– Получается, всего одиннадцать штук… Идемте со мной, поможете их принести.
Лицо Германа вытянулось. Когда же мы сходили к моему фургону и принесли в кофейню одиннадцать белых бутылок с коричневыми этикетками, он был изумлен до глубины души.
– С ума сойти, – пробормотал парень, отсчитывая деньги. – Жаль, что нельзя так же легко купить немного удачи…
– Почему же нельзя? – усмехнулась я. – Купить можно, что угодно, даже удачу. Другой вопрос, сможете ли вы за нее заплатить.
– О! Да за капельку везения я отдал бы все свои деньги!
– Боюсь, деньгами за везение не платят.
– Разве? А чем же тогда?
– Чем-то более существенным. Вы слышали о законе гармонии, Герман? Физики называют его законом сохранения энергии. Если говорит просто, он звучит так: если появилась прибыль, значит, должна быть и убыль. Горе компенсируется радостью, смех слезами, а взлет падением. Если вы хотите стать в чем-то удачливым, значит, должны ради этого чем-то пожертвовать.
– Например?
– Например, можете отдать за удачу здоровье. Ваш бизнес взлетит до небес, но вы до конца жизни будете мучиться от какого-нибудь серьезного недуга.
– Ну, уж нет, – хмыкнул парень. – Если я заболею, бизнес мне будет не нужен. Работать на одни лекарства я не согласен.
– Без проблем, – кивнула я. – Можете заплатить за удачу друзьями. Когда вы станете успешным, они вас возненавидят.
– Ни в коем случае, – испугался Герман. – У меня очень хорошие друзья. Мы вместе много лет, и я не хочу их терять!
– Тогда, быть может, родственники? Родители, сестры, братья, дяди и тети. Как только ваши дела пойдут в гору, они отдалятся от вас настолько, что фактически станут чужими людьми.
– Я очень люблю свою семью, – парень покачал головой. – Они – моя главная поддержка и опора. Лучше я вовсе откажусь от своей кофейни, чем останусь без родных.
– Справедливо, – согласилась я. – Еще можно расплатиться личной жизнью.
– У меня не будет на нее времени?
– В том числе. Девушки рядом с вами надолго задерживаться не смогут.
Герман махнул рукой.