Вступленьем мраморным прошлась.
Дай угадаю: там ступени
Хранят непрочные следы,
Но вьется плющ, и пляшут тени,
Туман струится от воды.
Ах, нет, прошу, не убегай
Вдаль серебристою дугой,
Моленьем не пренебрегай,
Мне не угнаться за тобой.
Вернулась, глыбы и осколки
Подобрала, замкнула в круг,
И взгляд и пристальный, и колкий
Коснулся сердца как-то вдруг.
«Так бывает – вспоминаю осень…»
Так бывает – вспоминаю осень
В летний разгорающийся день,
В осени дождливой – неба просинь,
Глаз июльских молчаливый плен.
И всегда чего-то не хватает,
Даже если вдоволь и всего.
Вам знакомо – бабочка порхает?
Но зачем, когда всю ночь мело.
«Тополиным пухом белый снег…»
Тополиным пухом белый снег
Невесомо в воздухе кружится,
Словно дерзкий совершил побег,
Вырвался из сумрачной темницы,
Чтоб одним глазком взглянуть на лето,
Тополиным пухом проскользнул,
Призраком проплыл и скрылся где-то,
И, спокойный, до зимы уснул.
«Заплутала осень в паутине…»
Заплутала осень в паутине,
Загрустила в вихре желтых листьев,
Хмурый дождь ронял косые нити,
Ветер жег рябиновые кисти.
Отпустило, стихло, отгорело
И под вечер поднялось волной,
Хлынуло на берег вьюгой белой,
Закружило пеплом и золой.
«Бессонница, как уханье совы…»
Бессонница, как уханье совы,
Как шорох мыши в закутке за печкой.
Бессонница – осенний плач листвы
И оплывающий огарок свечки.
Бессонница, как перекрест окна,
Как выстрел в сердце, нестерпимо меткий,
Как волчий вой, как полная луна,
Как скрежет по стеклу засохшей ветки.
«Котенком свернулось лето…»
Котенком свернулось лето
В корзинке с клубками пряжи,
Комком золотистого цвета,
На носике – пятнышко сажи.
Пушистая, рыжая шерстка,
Вздымалась и злилась зима,
Не смея проникнуть в окошко,
Где пела теплом тишина.
«За горизонтом рвано-серым…»
За горизонтом рвано-серым
Блеснул весенний караван,
Как тайна сказочной пещеры,
Как отголосок дальних стран.
Он вез с собой сокровищ груды,
Сапфир, алмазную слезу. 
