Ольга Берг – Тест для настоящего мужчины (страница 44)

— Мои ребята отвезут вас обратно, — Борис махнул головой парню, стоявшему в дверях каменным изваянием.

— Надеюсь, вы понимаете, все, что вы здесь увидели и услышали, не подлежит никакой огласке, — Артем мерил вскочившую на ноги Машу, уничтожающим взглядом. Он терпеть не мог сплетников, будь его воля, вырывал бы им языки. Она согласно кивала головой, отступая к выходу.

— Почему вы её отпустили? — взвилась Аллочка, стоило двери закрыться за коллегой.

— Она больше ничего не знает кроме того, что рассказала нам, — объяснил свои действия Борис не только Алле, но и всем остальным, буравящих его непониманием.

— А как же обладательница этой чертовой кепочки? — указала на неподвижный экран Аллочка. — Как мы теперь узнаем кто она?

— Вы когда-нибудь встречали её на территории больницы? — обратился к ней Борис.

— Никогда не обращала внимания на обслуживающий территорию персонал, — вздохнула Алка, с извинением смотря на подругу, будто от её невнимательности зависела жизнь Полины.

— А вы? — безопасник ничего не выражающим голосом обратился к Лизе.

— Нет, — сухо ответила она, не понимая, к чему клонит бывший силовик. Она полностью поддерживала подругу.

— Вот так же ответит половины работников больницы, — пояснял свои действия Борис, — никому нет дела до лиц с метлами, — он оглядел понуро опустивших головы присутствующих.

— Что же теперь? — Лиза наделась, что приезд Маши что-то прояснит, и они смогут отыскать Полину, не дожидаясь звонка похитителей, которого она очень боялась. Потому что он станет необратимым подтверждением похищения дочери. — И почему никто не звонит? — она засуетилась в поисках часов. — Сколько время? — в её интонациях слышны были слезы. Она готова была разрыдаться. Так банально, громко, как рыдают маленькие девочки, когда им очень больно или обидно. Когда они не знают, что им делать.

— Не волнуйся, они обязательно позвонят, — прижимал к себе Лизу Артем, а она льнула к нему, ища поддержки и защиты. И он поклялся себе, что больше она никогда не заплачет.

— А если нет? — подняла на него полные первобытного страха глаза. — Вдруг её украли на органы, — ужас от собственного предположения капельками холодного пота скатился вдоль позвоночника.

Трель телефонного звонка разорвала несколько часов ожидания и сняла с плеч Лизы груз собственного предположения произнесенного вслух секунду назад. В её радужках сначала появилось облегчение, а потом паника, но Артем поднял её лицо за подбородок.

— У тебя все получится. Сначала попроси поговорить с Полиной, и постарайся потянуть время. Не соглашайся сразу на их условия, попробуй поторговаться, — напутствовал её тихим уверенным тоном. — И запомни. Я с тобой.

— Пора, — прервал его Борис и подозвал Лизу к телефону, вибрирующему на столе. — Включите громкую связь, — последнее указание, которое она услышала, перед тем как принять звонок, а потом страх побежал по венам. Она пыталась с ним справиться, тяжело сглатывая.

— Я вас слушаю, — захрипели пересохшие связки, колени ослабли, и она оперлась руками о поверхность стола, сжимая пальцами края.

— Колесова? — не интересовался, а утверждал мужской прокуренный голос.

— Да, — она оглянулась на Бориса, который кивнул, подтверждая правильность её действий.

— Мы пригласили твою дочку к нам погостить, — вальяжно растягивал слова мужчина.

— Зачем она вам? Немедленно верните её. Она ни в чем не виновата, — затараторила, надеясь вымолить пощады у похитителей.

— Притормози, мамаша, — усмехнулся голос. — Сначала выполни наши условия.

— Дайте мне поговорить с дочерью, — наставления всплывали в её голове. — А потом обсудим ваши предложения.

— Предложения, — рассмеялся скрипучим смехом звонивший. — Эй, малая, твоя мама хочет тебе что-то сказать, — в динамике послышалось шуршание, видимо он поднес аппарат девочке.

— Доченька, солнышко с тобой все хорошо? Как ты себя чувствуешь? Они не обижают тебя?

— Стапэ, мамка, — осадил мужской хрип.

— Где моя дочь? — Лиза сглотнула подкатывающийся к горлу комок слез.

— Мамочка, со мной все хорошо, ты не волнуйся, — звонкий голосок дочери болью отразился на лице матери.

— Достаточно, — насмехался мужчина.

— Дайте мне ещё поговорить с ней, — требовал Лиза.

— Заткнись и слушай, — не подавался на мольбы хриплый голос. — Найди Артема Лисовского и через полчаса он должен быть рядом с тобой. И никакой полиции. Все поняла, курица, — Лиза закивала в трубку, словно её могли увидеть.

— Только не причиняйте вреда Полине. Я найду его, обязательно найду, — но её уже никто не слышал кроме тех, кто был в столовой, трубка печально сигналила короткими гудками.

— Ты молодец, — поглаживал по спине Лизу Артем. — Ну как, получилось что-то узнать, — он обратился к молодому парню, сидящему за компьютером и стучавшему пальцами по клавиатуре.

— Точно определить место не удалось, — констатировал нерадостный факт он, лишая родителей призрачной надежды, — но они находятся в диапазоне нескольких километров от нашей точки, — он указал пальцем на экран другого монитора с картой местности.

— А это красная точка, — Лиза ткнула пальцем в монитор, с надеждой смотря на парня.

— Это мы, — в голосе слышалось сочувствие, — а вот это примерное место нахождения вашей дочки и её похитителей, — он указал взглядом на обширную зеленую зону вокруг красного сигнала.

Лиза, молча, отошла от стола и присела на диван, забившись в уголок. Паника накатывала на неё, она старалась её отогнать, повторяя про себя как мантру, что через полчаса ей снова позвонят и тогда она будет готова как можно дольше вести с ними разговор. Она справится, ради дочки обязательно справиться. Больше не подведет её.

— Твоя аппаратура ни к черту, — взревел Артем, смотря на угасающую Лизу, и его сердце выскакивало из груди.

— Тихо, у нас есть положительная динамика, — как заправский врач заговорил Борис.

— Положительная динамика? — хмыкнула Аллочка. — Да что вы знаете о положительной динамике, — смерила мужчину осуждением. — Вы и ваша техника, и ваши методы работы с подозреваемыми ничем не смогли нам помочь, — смело обвиняла его она, выражая общее мнение. Нервы у всех были на пределе.

— Не скажите, — спокойно говорил Борис, уверенный в своей правоте. — Мы точно знаем, что виновников надо искать в окружении Артема…

— О, какой узкий круг, — подколола его Аллочка, намекая на не слишком дружественный характер Лисовского-младшего. Он не стал оправдываться, в словах девушки была частичка правды, но чтобы кто-то посмел так отомстить. На ум ему не пришлась ни одна кандидатура.

— А эта чертова кепка? — Алка чуть ли не кулаком ткнула в экран. — Так и останется неизвестной? — прищурила зеленый глаза девушка, выражая свое недоверие безопаснику.

— Я позвонил Петру Ивановичу, — вместо Бориса ответил Виктор Андреевич, — и, слава богу, он был ещё на своем рабочем месте. Он немедленно даст распоряжение службе охраны переслать нам видео с камер за сегодняшний день, возможно на них мы увидим её лицо, — имя главврача вселило в Аллочку и Лизу уже угасающую надежду.

— А пока ребята разбираются с записями, — Борис подошел к Артему. — Мы должны разобраться в твоих недоброжелателях, — он выжидающе уставился на Лисовского — младшего.

— Мне никто не приходит на ум, — пожал плечами Артем, — я стараюсь вести бизнес честно…

— А твой итальянец? — встрепенулась Лиза, чем заставила Виктора Андреевича с удивлением посмотреть на сына и мать своей внучки, задаваясь вопросом; насколько далеко все зашло у этой парочки, и возможно они сами не замечая этого, породили завистников и врагов.

— Массимо? — усмехнулся Артем. — Нет, он никогда не будет связываться с криминалом. Девушки, женщины, вино, это тот максиму, на который способен он, — защищал несостоявшегося компаньона младший Лисовский. Лиза удрученно вздохнула.

— А кто? Кому ты перебежал дорогу? Кому навредил? — насупилась Аллочка, сжав кулачки, готовая в любую секунду наброситься на Артема. Она не верила ему, у такого как он обязательно должны быть враги. — Лиза, а ты чего молчишь? — прикрикнула она на подругу, которая сидела в своем уголке, совершенно отрешенно глядя перед собой.

— Лиза, — подскочил к ней Артем, какое-то шестое чувство подсказало ему, что они теряют её. Она уходит в себя, в свое горе, из которого сложно будет её достать. — Лиза, — он взял в ладони её лицо и увидел глаза, переполненные грустью и тоской, а слезы беззвучно стекали по скулам, губы дрожали.

— С ней все будет хорошо… с моей дочерью…

— Тихо, тихо, — он большими пальцами стирал соленые дорожки, прерывая подступающую истерику ободряющей улыбкой, через боль. Её боль, которую чувствовал сам. Она проникла через поры под кожу и пульсировала там рваным пульсом. Они с Лизой становились единым целым.

— Все готово, — вклинился в повисшую тишину сотрудник отдела безопасности и развернул к присутствующим ещё один монитор.

Кадры сегодняшнего дня на территории больницы замелькали на экране.

Лиза, опираясь на руку Артема, подошла ближе, кивнула головой, безмолвно обещая и ему, и себе держаться. Внутри все ныло, внутренности скручивало, а в районе сердца сквозило, словно там была изводящая пустота. Руки тряслись, а к глазам снова и снова подкатывали горячие слезы, смазывая картинку на экране. Она стирала их ладошками, растирая по щекам и, всматривалась в сегодняшнее утро, когда ещё Полина была с ней и, ничто не предвещало беды. Ей хотелось закричать нечеловеческим голосом. Потому что в эту самую минуту её дочь была неизвестно где и черте знает у кого. Внутри все дрожало, веяло холодом, январским ветром. Пронзительным, колючим, мерзким, пропитанным горечью и отчаянием, забирающим надежду и перекрывающим дыхание. Она рвано вздохнула. Артем, державший её в своих объятиях, посмотрел на неё, уловив каким безэмоциональным взглядом, она смотрела в экран, пытаясь сосредоточиться, но получалось из рук вон плохо.