Ольга Белозубова – Моя (чужая) жена (страница 9)

Игорь разрушил все. Нашу семью, мою любовь.

Маша разрушила и того больше — веру в людей вообще. Если на такое способен близкий человек, чего ждать от чужих?

Она для меня никто с момента их поцелуя в машине, а теперь и вовсе. Знать ее не хочу.

Сейчас больше всего хочется прижаться к маминой груди, совсем как в детстве. Чтобы она утешила, уняла мою боль своими теплыми руками и нежным голосом.

Мамочка… Боже, мне страшно подумать, что с ней будет, когда она узнает правду. Она в любом случае узнает, шила в мешке не утаить. Это разобьет ей сердце так же, как разбилось мое. Не так она воспитывала Машу, не такие ценности вкладывала.

Через несколько минут я успокаиваюсь, насколько это вообще возможно в моей ситуации, умываюсь и тихо закрываю за собой дверь, крепко сжимая в руке флешку-доказательство.

Что ж, остался только главный сюрприз для этих двоих.

Глава 9. Главный сюрприз.

Катя

У меня так шумит в ушах, что на какое-то время гул гостей, стоящий в ресторане при отеле, стихает.

Это место я выбрала не случайно. Во-первых, хороший ресторан с отличной кухней. Но главное — уже снят номер, где и произойдет главный сюрприз для моего мужа и моей сестры. И там все готово.

Я обвожу взглядом каждого из почти двадцати приглашенных, и все выглядит как обычный день рождения: накрытый стол, бодрые разговоры, тосты за мое здоровье, пожелания.

Однако я мысленно содрогаюсь каждый раз, когда мне желают второго ребенка и счастливой супружеской жизни с Игорем. Знали бы они, что ни счастливой жизни, ни тем более второго ребенка с ним у меня уже не будет…

Сам Игорь цветет и пахнет, и хоть мы сидим напротив друг друга, во главе стола, умудряется мне улыбаться и салютовать бокалом.

Я старательно изображаю ответную улыбку, но чем ближе момент «икс», тем больше нервничаю.

Остается подождать еще совсем чуть-чуть, когда закончится основная череда тостов. Каждая минута кажется мне вечностью. Я тщательно подготовилась, все распланировала, но теперь мне тревожно, и сердце бьется все чаще, ладони и те потеют, приходится постоянно вытирать их салфетками.

Давай, Катя, ты сможешь. Ради себя, ради дочери.

Вдруг замечаю, как Маша встает и идет в сторону дамской комнаты.

Пора!

Я спешу за ней, не забывая прихватить клатч, захожу в туалет и жду, пока она выйдет из кабинки. Достаю тюбик с губной помадой и обновляю цвет, разглядывая себя в зеркале.

— Какая ты у меня красивая! — обняла меня сегодня при встрече мама.

Я и правда хороша. Прическа волосок к волоску, вечерний макияж, что скрывает бледность кожи. Удачного кроя синее платье из шелка, подчеркивающее каждый изгиб тела и мои синие глаза, а на шее — подаренное мужем колье. Сегодня утром вручил. Больше всего мне хотелось запихать его ему же в ж… в одно место, в общем, но нет. Сдам в ломбард, деньги мне понадобятся.

Наконец сестра выходит из кабинки, и я убираю помаду.

— Маш, у меня к тебе просьба, — смотрю на нее в зеркало.

— Какая?

Я достаю из клатча ключ-карту, показываю Маше.

— Можешь подняться в номер? Я сейчас сбегаю в машину за пакетами, тоже приду. Приготовила маленькие презенты для всех, надо разложить.

— Ну ты даешь, — издает смешок сестра, — день рождения у тебя, а подарки гостям.

— Сама знаешь, с некоторыми видимся редко, вот и хочется как-то их порадовать. Ну так что, поможешь?

— Да, конечно.

— Как твой живот, кстати? Была у врача?

Пару дней назад я позвонила в регистратуру клиники и жалобным тоном попросила проверить, оплачен ли визит. Мол, за прием Маши должен был заплатить муж, но мог забыть, и если не заплатил, то я внесу нужную сумму. Оказалось, что она оплатила его сама.

И прием был назначен как раз на сегодняшнее утро.

— Получше, — пожимает плечами сестра, — только я перенесла прием на понедельник.

— Чего так? — приподнимаю бровь я.

— Да, — машет рукой Маша, — начальник зверствовал, пришлось работать с раннего утра. Давай ключ.

Она уходит, а я выжидаю еще несколько минут, выхожу и набираю сообщение мужу: «Жду тебя в фойе отеля».

«Зачем?» — получаю ответ спустя несколько секунд.

«Ты ведь хотел сюрприз».

«Иду!»

Иди, милый, иди. Будет тебе и сюрприз, и разнообразие. Все будет.

Игорь размашистым шагом приближается ко мне с горящим взглядом, кладет ладонь мне на талию, склоняется к уху:

— Как же гости?

— Им уже не до нас, — нарочито хихикаю я, — подумаешь, отлучимся на полчасика. Пойдем?

Мы идем к лифту, и вскоре подходим к нужной двери с номером «311».

Я стучу, а муж удивленно скидывает брови.

— Почему ты стучишь? — косится на меня он, и тут открывается дверь.

Маша переводит взгляд с меня на Игоря, потом обратно.

— Игорь тоже будет помогать? А где подарки? — смотрит на мои пустые руки она, хлопает ресницами.

— Подарки? Щас будут. — Я подталкиваю мужа в спину: — Заходи.

Катя

Маша пятится, чтобы впустить нас, и я закрываю дверь.

Комната небольшая, тут всего и есть, что метровая прихожая с вешалкой на стене, дверь в туалет с душем, огромная кровать, пара тумбочек, шкаф и плазма на стене.

Вот к ней-то я и иду.

— Катя, что происходит? — гремит муж. — Зачем тут Маша?

— Потерпи чуть-чуть, — бросаю я через плечо, беру пульт и включаю плазму. Выбираю воспроизведение с флешки и нажимаю play. — Тут крайне интересное кино, я хочу, чтобы вы посмотрели.

Отхожу назад, загораживая собой выход из комнаты.

Взгляды сестры и мужа прикованы к экрану, а мой — к ним. Мне не нужно смотреть на телевизор, я и без того знаю, что сейчас творится на записи. И забыть уже не смогу, как бы мне этого ни хотелось.

Даже не думала, что получу такое больное удовлетворение от того, как сначала вытягивается лицо Маши, а потом и мужа. Он, бедняга, аж краснеет. Зато сестра знатно бледнеет. Наверняка ведь между собой обсуждали, какая я у них лохушка, ни о чем не догадываюсь, и какие они продуманные.

— Ну как, нрави…

Я не успеваю договорить, как Игорь выхватывает пульт у меня из рук, выключает видео, подлетает к флешке и выдергивает ее из разъема.

А затем… бросает ее на пол и от души топчется. Несколько секунд, и на полу лишь обломки с торчащей платой памяти.

— О, не переживай, любимый, — хмыкаю я, — это всего лишь копия.

— Катя, — смотрит на меня муж, — это не…

— Что «не»? — зверею на глазах я.