Ольга Белозубова – Капкан для (не) Весты (страница 8)
«Я же сказал, приползешь!» — вдруг всплыло перед глазами ухмыляющееся лицо Прохора, и Веста с остервенением застучала по экрану чужого телефона пальцами.
Пролистав список хостов*, она вдруг наткнулась на фото улыбчивой женщины с кудрявыми каштановыми волосами. Ее взгляд излучал доброту, а улыбка была настолько солнечной, что Веста тут же воспрянула духом. Катарина Вукович — так звали эту женщину, если верить анкете. И если она согласится ее принять, Веста спасена.
Она отправила запрос, и вскоре пришел ответ: Катарина написала, что с радостью разместит Весту у себя.
Богдан засунул руку в карман джинсов, достал портмоне и протянул Весте бумажную купюру.
— Это вам на такси. Судя по адресу, хватит, даже чуть-чуть останется.
Он тут же позвонил и вызвал машину для Весты.
Та еле сдержала порыв: хотелось кинуться парню на шею и обнять, расцеловать в обе щеки и благодарить, благодарить...
— Спасибо, спасибо, Богдан! Вы мой спаситель, мой рыцарь, мой герой! — воодушевленно вещала Веста, прижав руки к груди.
Парень засмущался, пожелал удачи и двинулся куда-то вниз по улице, а Веста снова села на ступеньку — ждать такси.
«Всё же мир не без добрых людей».
*хост в программе каучсерфинг — тот, кто принимает гостей
Глава 11
Веста ехала в такси, прислонившись к прохладному стеклу лбом, и смотрела, как здания мелькали одно за другим. Как и ее мысли.
Благодарная улыбка скользнула по лицу: вспомнился Богдан. Но тут же померкла — что ждет ее там, куда она едет?
Вдруг это ловушка?
Веста помотала головой. Нет, наши мысли формируют нашу реальность — она в это верила. И если постоянно думать о плохом, то хорошего действительно ждать не приходится.
С другой стороны, ее наивность и слепая вера в любимых людей и привели ее туда, где она оказалась.
Хотелось кричать от собственного бессилия и злости, топать ногами, дать выход эмоциям и вытребовать наконец право на собственную жизнь.
Слишком долго Веста была хорошей девочкой, слишком долго занималась чем и кем угодно, кроме себя.
Сначала отец запретил подрабатывать во время учебы в вузе. О, как он орал, когда узнал!
«Чтобы моя дочь подрабатывала каким-то там переводчиком дешевых любовных романов?! Да что обо мне люди скажут? Снежный не дает дочери денег, и той приходится перебиваться с хлеба на воду? Ты лучше себя полностью учебе посвяти. Ты должна быть лучшей! Вот окончишь вуз, тогда поговорим».
Веста недоумевала: что в этом такого? Ей с детства нравилось, как звучал английский, нравилось видеть улыбки людей, когда они приходили к пониманию. И она решила учиться на синхронного переводчика. С его помощью люди могли общаться, доносить нечто важное, не отвлекаясь от сути.
В этом она видела свою миссию: помогать людям понимать друг друга максимально быстро, быть голосом великих людей, стать частью чего-то важного. Сама-то голос особо подавать не умела.
Да, придумали разнообразные электронные словари и онлайн-переводчики, но ничто не заменит живого человека, особенно если речь о переговорах. Этим Веста и хотела заниматься.
Она отучилась. Как горели ее глаза, как светилось радостью и счастьем ее лицо, когда она шла устраиваться на свою первую работу!
Но очень скоро взгляд этот потускнел, а позже и вовсе потух. Разумеется не из-за того, что мысли о карьере пришлось оставить, была другая причина. Отец позвонил и застал ее в стеклянных дверях огромного офисного здания.
«Ты нужна Даше, Веста. Я не могу надолго отлучаться с работы, ты же знаешь. Поэтому именно ты будешь сопровождать ее во время визитов к врачам. А когда будет лежать в больнице, так и вовсе лучше не оставлять ее одну. Ты должна поддержать сестру».
И Веста поддерживала. Конечно, она была готова быть с ней столько, сколько потребуется. Улыбалась и старалась веселить Дарью, позволяя себе плакать только в одиночестве. И молилась, молилась, молилась. Сердце сжималось, когда видела, как страдала маленькая сестричка. Веста не понимала, за что чистому и светлому ребенку выпало такое испытание? Разве мало было того, что девочки не знали мать?
Год Веста провела с сестрой, и когда та наконец поправилась, назначили дату свадьбы. За этот год она растеряла почти всех знакомых. Сначала они приглашали ее куда-то, но затем стали делать это всё реже и реже, пока не пропали совсем. Остались лишь Таня да Лаура.
«Веста, ты должна как следует подготовиться к свадьбе. А вот потом делай что хочешь».
И Веста готовилась к свадьбе и ликовала: уж Прохор точно поддержит и ее саму, и ее начинания!
Ну неужели даже теперь, после всего, что узнала, ей не позволено иметь свое мнение и самой строить свою жизнь?
Горло схватило спазмом, и Веста подняла руку и схватила себя за шею, слегка ее сжав.
«Нет уж, — помрачнела и поморщилась от досады она. — Извини, папочка, но я попробую сама».
И тут же накатил страх, а внутри началось сражение. Привычный мир всеми силами стремился выдавить зарождающуюся искру самостоятельности.
«Ты уверена, что готова? Ты знаешь, что тебя ждет там, куда ты едешь? — шептал ехидный внутренний голосок. — А что, если тебя продадут в рабство? Что, если принудят к чему-то? Что, если эта поездка в такси — последнее, что ты сделаешь в своей жизни?»
Веста старалась делать вид, что не слушает, но к моменту, когда такси остановилось, она уже разволновалась донельзя.
Дрожащими руками расплатилась и выползла из машины.
Таксист достал ее чемодан из багажника и укатил, а Веста так и осталась стоять с открытым ртом. У небольшой, но красивой двухэтажной виллы.
Глава 12
Сначала Веста подумала, что таксист попросту привез ее куда-то не туда. Но на калитке красовалась табличка с адресом. Ошибки быть не могло.
И Весте резко стало дурно.
«Точно ловушка! Заманивают в красивое место, а там...»
Колени подогнулись, и ей даже пришлось опереться ладонью на синюю калитку. Вся ее бравада разбилась вдребезги. К тому же стемнело, и стало еще страшнее. Где-то вдалеке вдруг завыла собака. По спине тут же побежали мурашки.
В глазах побелело, а в ушах раздался звенящий шум. Она почувствовала: еще чуть-чуть, и упадет в обморок.
Веста начала громко дышать ртом, и через минуту почувствовала себя лучше. И тут калитка открылась, и вышла... Катарина.
— Катарина? — не веря своим глазам, воскликнула Веста. — Я Веста, Веста!
Она выдохнула: Катарина реальна, это не ловушка.
И тут мозг пронзила новая мысль: а вдруг эта женщина просто с ними заодно?
С кем с ними, Веста подумать не успела, потому что Катарина вдруг заговорила на русском:
— Веста, так вы русская? Надо же! — И всплеснула руками. — Я долго в России жила. Я на улице сидела, вас ждала. И тут услышала, что машина остановилась, а потом и вовсе почудилось, будто возле калитки кто-то протопал. Вышла глянуть. Ну, добро пожаловать в мою скромную обитель!
Насчет скромной Веста бы поспорила.
И тут Катарина улыбнулась солнечно-солнечно, и все темные страхи Весты начали таять. Правда, ноги всё равно будто приросли к земле, и понадобились усилия, чтобы сделать первый шаг.
— Пойдемте, пойдемте! Вы знаете, вы вообще второй каучсерфер, которого я принимаю, поэтому так волнуюсь, так волнуюсь!
Она приложила ладони к внезапно покрасневшим щекам.
«Ну, либо она чудесная актриса, либо я параноик», — подумала Веста и почувствовала, как страх ослабил вожжи. Кажется, подвоха и правда не было.
— В общем, если что, не обижайтесь, — продолжила щебетать Катарина.
Веста опешила: ей дают бесплатный ночлег. С чего обижаться?
Вскоре они уже сидели за столом цвета слоновой кости в светлой кухне, которая переходила в зону для отдыха. На полу то там то тут валялись игрушки. «Значит, тут живут дети». Веста посчитала это очередным хорошим знаком.
Хозяйка сразу показала ей, где находятся кружки, чайник, чай, кофе и кофейный автомат.
«Почему она решила принимать гостей?» — Веста недоумевала, почему далеко не бедному человеку вдруг захотелось пускать в свой дом незнакомцев. Но спрашивать об этом вот так сразу показалось верхом бестактности.
«Выясню позже», — решила она.
А Катарина в это время уже налила Весте чаю и пододвинула блюдо с булочками.
Гостья громко сглотнула и даже поднесла ладонь ко рту из страха, что капнувшая на стол слюнка была реальной. «Фух, показалось...»