Ольга Баскова – Золотой конь Митридата (страница 16)

– Даже если так. Разве ты не говорил минуту назад, что лучше всего подождать?

– Говорил, – признался Геннадий. – И все же…

– И все же поехали. – Она зазвенела ключами. – Видишь, мое положение оказалось не таким уж сложным. Я вытяну, вот увидишь.

– Желаю успеха. – Мужчина открыл калитку, пропуская ее вперед. – Но поищи получше в квартире и на даче. Не может быть, чтобы исчезло все, причем при таких таинственных обстоятельствах.

Она пожала плечами:

– Давай сейчас не будем об этом.

Машина тронулась, и Геннадий искоса посмотрел на Ларису, сидевшую рядом. Бледность сходила с ее лица, и на впалых щеках обозначился румянец. Он понял: у нее появился смысл жизни. Она хотела разобраться, что к чему.

До кладбища они доехали в молчании. Лариса опустилась на корточки возле свежего холмика. Легкий ветерок трепал лепестки на искусственных цветах венков, и женщина подумала: «Какую загадку ты оставил мне, Стас? Как ее разгадать?» Но мертвые, как известно, молчат.

На соседнем остроконечном дереве смерти, кипарисе, защебетала какая-то птичка.

«Это чья-то душа, – вздохнула Лариса и поднялась. – Если бы люди понимали язык природы! Кто знает, может быть, души умерших действительно вселяются в деревья, животных, птиц. Вдруг индусы не ошибались насчет реинкарнации?»

Геннадий дотронулся до ее локтя:

– О чем ты думаешь?

Она улыбнулась – впервые за несколько дней:

– Да так… Это я о своем.

– Поедем? – нерешительно предложил он. Женщина кивнула:

– Поедем.

Они выехали с кладбища, и Геннадий спросил:

– Куда теперь? Может быть, в кафе?

– Нет, – Лариса покачала головой. – Мне хочется побыть одной. Извини.

– Но ты сама говорила, что дома у тебя нечего есть, – удивился мужчина. – Давай пообедаем, и я доставлю тебя домой.

– Я найду, что поесть, – отозвалась женщина. – Мне действительно нужно побыть одной. И не обижайся.

– Хорошо, – сдался Геннадий. – Как скажешь. Значит, в скором времени ты переедешь на дачу?

Она наклонила голову:

– Да. Там мне будет лучше.

– Ты не понимаешь, на какие трудности себя обрекаешь, – он попытался еще раз увещевать ее. – Послушай меня, продай дачу.

Лариса развела руками:

– Не могу. Тебе этого не понять.

– Ну, бог с тобой, – он притормозил возле ее дома. – Позвонишь мне, когда запланируешь переезд? Кто-то должен тебе помочь.

– Позвоню, – согласилась она, – обязательно.

Кивнув на прощание, Лариса вышла из автомобиля. В глаза ударило июньское солнце. Не оглядываясь, она зашагала к подъезду, вспоминая, как в прошлом году в такие же солнечные июньские деньки они ездили на Южный берег Крыма, где провели несколько дней в частном отеле возле моря. А этим летом не будет никакого Южного берега, и Стаса уже не будет. Или… он все-таки жив?

Как сомнамбула, Лариса вошла в прихожую, и, созвучный ее мыслям, зазвонил телефон. Женщина закрыла уши руками и застонала:

– Стас, если это ты… Оставь меня в покое, не тревожь…

Она упала на кровать, дав себе слово не брать трубку, но телефон все дребезжал и дребезжал, и Лариса, заставив себя встать, потянулась к аппарату:

– Я слушаю.

Женщина ожидала услышать тяжелые вздохи мужа, но, вопреки ожиданиям, слух резанул низкий мужской голос:

– Здравствуйте.

– Здравствуйте, – машинально ответила она, гадая, кто находится на том конце.

– Вы супруга покойного Станислава Красовского?

– Да, – подтвердила Лариса. – Простите, с кем я говорю?

– Вы меня не знаете, потому что мы ни разу не встречались, – вежливо отозвался незнакомец. – Я имел дело с вашим мужем. Время от времени он продавал мне вещички, которые ему удавалось купить.

Женщина закусила губу. Если Стас это и делал, он не ставил ее в известность. Впрочем, оно и неудивительно. Если судить по последним событиям, она плохо знала своего мужа.

– Чем могу быть полезна? – поинтересовалась она у незнакомца. Тот немного помедлил, прежде чем ответить:

– Видите ли, неделю назад мы с вашим мужем говорили об одном документе. Станислав согласился продать его, и мы обсудили цену. Сделка должна была состояться на днях. Когда я с великим прискорбием узнал о его гибели, то подумал, что теперь мне предстоит иметь дело с вами. Я готов заплатить вам ту цену, которую предлагал ему, и ни доллара меньше. В конце концов мы, коллекционеры, уважаем друг друга. И если один из нас уходит из этой жизни, это не значит, что мы должны обманывать его семью и наживаться на их горе. Я могу считать, что мы договорились?

Лариса почувствовала, как пылают ее щеки.

– Простите, – сказала она, – сколько вы предлагали моему мужу?

На том конце удовлетворенно хмыкнули:

– Вы ничего не знали о нашей сделке?

Женщина решила: лучше не говорить правду.

– Разумеется, мой супруг все мне рассказал, – произнесла она, стараясь держаться как можно увереннее. – Я хочу проверить вашу честность – только и всего.

– Речь шла о двадцати тысячах долларов за древний документ, – признался незнакомец. – Ну что, я не обманул вас? Древний пергамент… Возможно, он столько не стоит, но я не торговался. Ваш муж хотел избавиться от него, чтобы приобрести одну милую вещичку…

Лариса с горечью подумала, что Стас скрыл от нее и это, и ничего не ответила.

– Так вы согласны? – нетерпеливо спросил мужчина. – Учтите, в нашем городе никто не предложит больше. Или вам нужно время?

– Мне не нужно время, – отозвалась женщина. – Я готова ответить прямо сейчас. Видите ли, я собираюсь сохранить память о муже, поэтому из его коллекции никому ничего не продам.

Он засопел:

– Это ваше окончательное решение?

– Окончательное и бесповоротное.

Услышав эти слова, незнакомец не растерялся.

– Никогда не говори «никогда», – философски заметил он. – Я понимаю, в каком вы сейчас состоянии. Послушайте меня, дорогая, не рубите сплеча. Пусть пройдет время, и вы обдумаете мое предложение на трезвую голову. Я оставлю вам телефон, по которому со мной можно будет связаться. Прошу вас, дорогая, запишите его.

– Я считаю это излишним, – буркнула Лариса. Его назойливость стала ее раздражать. – Мое решение неизменно.

– И все же я настоятельно рекомендую записать его. – Собеседник давил, и она взяла ручку и листок бумаги:

– Ладно, диктуйте.

Женщина механически записала цифры, убежденная, что никогда не позвонит этому надоедливому господину. Конечно, не позвонит, ей ведь нечего продавать. У нее нет никакого документа.

– Записали? – поинтересовался мужчина, окончив диктовать, и она отозвалась:

– Да.

– Я всегда к вашим услугам, – прошелестел он и отключился.