Ольга Баскова – Правду знают ангелы (страница 10)

– Пожалуй, ты права, – заявил он с порога подруге. – Звони отцу.

Девушка не стала медлить. Товарищ генерал выслушал ее восторженные речи и попросил к телефону будущего зятя.

– Ты действительно любишь мою дочь?

– Разумеется.

– Твои планы на будущее?

Он четко, по-военному, изложил их. Генерал задумался:

– Поедешь в академию, в Москву или в Ленинград. Дипломатическую, естественно. Писать будешь для своего удовольствия. Это не профессия.

– Слушаюсь.

Повесив трубку, Влад сжал зубы. «Нет уж, дорогой начальник, здесь командую я!» – подумал он, вспомнив слова своего отца. Черт его знает, каким окажется будущий тесть! Отец предупреждал: у поэтов слабая психика. А если отец Эльвиры – просто зверь, который будет заставлять своего зятька пахать? Промучившись всю ночь этими мыслями, Влад на следующий день придрался к какому-то пустяку и съехал с квартиры, порвав с Эльвирой. Вожделенную двадцатку хитрец при этом не потерял: продавщица Ирочка приютила его в комнате, которую она снимала за свои деньги... Вспомнив эту юркую белокурую девушку, Шумелов улыбнулся. Хороша была, чертовка! Впрочем, сколько потом промелькнуло таких девиц в его жизни! У молоденькой продавщицы он перезимовал, а затем плавно переместился к студентке второго курса, Инне, от нее в свое время перекочевав к почтальонше Танечке, а потом... Да разве можно упомнить всех?

Он регулярно звонил родителям, расписывая им свою прекрасную жизнь, но папа уловил в его словах какую-то неоткровенную нотку и как-то раз нагрянул без предупреждения прямо к его куратору. Этой женщине, измученной собственными проблемами, надоели выходки любвеобильного студента и жалобы ее подопечных, и она выложила полковнику все, что думала о Владе. Шумелов-старший побелел.

– Я решу эту проблему, – пообещал он, направляясь к декану.

Вернувшись в гостиницу, полковник на ходу бросил сыну:

– Собирай вещи. Мы уезжаем.

– Как?

– Только военное училище сделает из тебя человека!

Владик выпучил глаза:

– Папа, ты, наверное, шутишь?!

– Собирай вещи, – уже приказным тоном ответил отец.

– Но я не хочу в училище!

– Сейчас об этом тебя никто не спрашивает.

Парень открыл было рот, но под решительным взглядом отца осекся:

– Как скажешь. А в какое училище, можно узнать?

– В Севастопольское, имени Нахимова. Я уже договорился.

Шумелов-младший побелел:

– Ты с ума сошел! Я терпеть не могу корабли и море!

– За пять лет полюбишь.

В тот же день они приехали к дяде Коле.

– Этот курсант будет иногда наведываться к тебе, – констатировал полковник. – Пусть держит здесь свои гражданские вещи. А ты изредка захаживай к командиру его роты. При первом же плохом отзыве телеграфируй мне.

Николай согласно кивнул.

«Так и стал Владислав офицером», – печально подумал о самом себе молодой парень. Впрочем, горевал он недолго. Увидев себя в зеркале – в новой курсантской форме с золотыми погонами и одной лычкой на правом рукаве, юное дарование в порыве гордости тряхнуло головой.

– Я чувствую, и тут не будет проблем с прекрасным полом, – сказал он своему отражению – и не ошибся. С женщинами у него действительно не было проблем. А вот с однокурсниками отношения не сложились. Его невзлюбили.

«Завидуют», – так он объяснил себе это.

Одиночество его нисколько не тяготило, тем более что парочка желающих иметь с ним дело все же нашлась. Правда, первый, Юрик, в училище долго не задержался. Получив в наследство от отца-алкоголика плохие гены, он однажды напился до чертиков, ухитрившись каким-то образом пронести через КПП три бутылки водки, и сел в машину начальника училища, как на грех, оказавшуюся незапертой и с ключами зажигания в замке. Кое-что смелый юнец в вождении понимал: папаша научил его водить старый «Москвич». Очутившись на водительском сиденье, он смело нажал на газ и принялся раскатывать по плацу, не обращая внимания на крики выбежавшего дежурного. Когда желающих остановить курсанта стало значительно больше, он задумал удрать от них, как-то не сообразив, что на ограниченной, да еще и огороженной забором территории сделать это будет не просто трудно – невозможно. Дело кончилось тем, что он врезался в толстый платан, помяв капот.

– Чтобы духу его здесь не было! – отрезал на следующее утро начальник.

Протрезвевший Юрка плакал горючими слезами, его родители, шокированные поступком сына, бегали по городу в поисках блата, однако судьба парня решилась в тот роковой для него день.

– Из жалости к вам я могу не заносить его поступок в личное дело, – согласился начальник. – Пусть пишет заявление об отчислении и подает документы в другой вуз.

Юрка написал и, что удивительно, на протяжении всей своей дальнейшей жизни не пожалел об этом. Он окончил мореходку, стал ходить в плавание, а в настоящее время ездил на крутом джипе, занимаясь бизнесом. Вначале Шумелов страшно завидовал ему, а потом поборол свою зависть вполне логичными словами:

– Ну я-то не стал бы моряком.

Кое в чем доцент просто не понимал товарища своей молодости. Юрик тридцать пять лет прожил с одной и той же женщиной, причем Валентина вовсе не была красавицей и не имела влиятельных родственников. Тем не менее друг любил ее и по сей день. Сам же Владислав, меняя девушек как перчатки, в один прекрасный день с ужасом осознал: как бы ни была красива дама его сердца, он не мог встречаться с ней более трех месяцев. За это время любая пассия надоедала ему до тошноты. Его начинало тянуть к другим, хотелось попробовать с теми, другими, разнообразие в сексе.

– Ты должен жениться на пятом курсе, – советовали ему родители.

Шумелов пытался найти спутницу жизни, однако страсть к переменам в нем не ослабевала, и он по-прежнему разбивал женские сердца и оставлял на своем жизненном пути обломки несбывшихся девичьих надежд. Окончив училище, парень получил назначение на корабль. Сходив в дальний поход, он твердо сказал сам себе:

– Следующего не будет!

Вот когда Владислав всерьез задумался о женитьбе. Но на ком же ему остановить свой выбор? На Ирочке, Лерочке или Зиночке? Все они – прекрасные девушки, из хороших семей, но будут ли они терпеть его выкрутасы? Простят ли, когда узнают о его неизбежных изменах? Станут ли вместе с папашами продвигать его вперед и выше? Пожалуй, нет. Значит, ему надо взять курс на других девиц, попроще, которые будут боготворить его и считать себя обязанными ему, только вот где ему таких отыскать? К его большому удивлению, вскоре Владу посчастливилось. Продолжая писать, Влад печатался в городских газетах, считаясь довольно-таки популярной личностью в городе. Однажды его друг сказал ему:

– Пора тебе покорить самый солидный журнал – «Морской сборник».

Шумелов усмехнулся:

– Думаешь, мое там возьмут? Там только адмиралы, генералы и полковники печатаются.

– Точно, – согласился товарищ, – уже задрали всех своими мемуарами! Хочется чего-нибудь свеженького. Так, кстати, считаю не только я.

Влад кивнул:

– Пожалуй, я последую твоему совету.

На следующий день, в обеденное время, он отправился в редакцию «Морского сборника». Литсотрудник, молодой человек ненамного старше его, небрежно взял тетрадку с написанными от руки стихами и брезгливо поморщился:

– Вы рассчитываете здесь напечататься?

Шумелов послал ему обаятельную улыбку, сводившую с ума женщин:

– А почему бы нет?

– Вы видели наших авторов?

Молодое дарование хмыкнуло:

– В том-то и дело.

Журналист побагровел:

– Что вы хотите сказать?!

– Я уже все сказал.

Литсотрудник заскрежетал зубами:

– Заберите свою писанину!

– В чем дело, Толик? – в распахнутую дверь вошла высокая женщина с длинными черными волосами, с сигаретой в зубах.

– Тамара Александровна, этот тип хочет у нас печататься, – пояснил журналист. – Представляете?!

Она выпустила кольцо дыма, пристально поглядев на гостя, тут же пославшего и ей свою обаятельную улыбку.

– Ты забраковал его произведения?