Ольга Баранова – Сборник любовных романов (страница 8)

«Суд идет! Все встать!» – прозвучало где-то рядом, и Алена, завороженная, вздрогнув, поднялась со стула, успев лишь прошептать себе: «Соберись, тряпка. Ты представитель фирмы».

Но собраться было невозможно. Когда он сел на возвышение и обвел зал тем самым спокойным, всевидящим взглядом, его глаза на мгновение остановились на ней. В его взгляде не было ни снисходительности, ни строгости. Была лишь тихая, глубокая внимательность, словно он мгновенно прочитал всю ее тревогу и дал понять без слов: «Я вижу вас. И здесь безопасно».

«Дело №… слушается. Стороны, представьтесь, пожалуйста», – его голос был низким, бархатным, без лишней громкости, но наполняющим собой весь зал. В нем звучала не властность, а уверенность. Этот голос мог усмирить любую бурю.

Когда очередь дошла до нее, Алена встала, и ее собственный голос прозвучал для нее пискляво и чужо.

– Алена Соколова, представитель истца… еле выдохнула она.

Он кивнул, и в уголке его губ мелькнула едва уловимая, теплая искорка – не улыбка, а скорее тень одобрения, поощрения. «Молодец, что начала. Продолжай».

И случилось чудо. Ее паника, сжимавшая горло, начала отступать, уступая место чему-то новому. Она стала говорить, ссылаться на статьи, представлять документы. И все это время чувствовала на себе его взгляд. Не оценивающий, а слушающий. Он ловил каждое ее слово, иногда задавая уточняющий вопрос – всегда по делу, всегда точно. И в этих вопросах не было попытки загнать в угол, а было желание докопаться до сути, помочь выстроить логическую цепочку.

Во время перерыва, выйдя в коридор попить воды дрожащими руками, она увидела его. Он стоял у окна, сняв мантию, в строгом темном костюме, и пил кофе из бумажного стаканчика. И снова их взгляды встретились. Он снова кивнул, чуть более явно на этот раз.

– Неплохо для первого раза, – сказал он просто, и его голос без судейской трибуны звучал еще теплее. – Главное дышать глубже. Закон на вашей стороне, это чувствуется.

– Спасибо… господин судья, выдавила Алена.

– Руслан -поправил он мягко, но тут же добавил, с легкой, профессиональной суровостью: – Но в зале, конечно, только «ваша честь».

Когда заседание возобновилось и он снова облачился в мантию, Алена смотрела на него уже другими глазами. Трепет остался, но это был уже не трепет страха, а трепет восхищения. Он вел процесс безупречно: твердо, но справедливо, сдерживая напор противоположной стороны, давая возможность высказаться всем. Он был как дирижер, превращающий хаотичный шум в стройную симфонию закона.

В конце, объявляя решение (и их сторона, к счастью Алены, выиграла), его взгляд снова нашел ее. И в его глазах она прочитала не просто профессиональное удовлетворение от завершенного дела. Там была тихая, сдержанная, но искренняя радость за нее. Как наставника за учеником, сделавшим первый уверенный шаг.

Дело было окончено. Коллеги хлопали ее по плечу, поздравляли. Но ее мысли были там, в опустевшем зале суда, где он собирал свои бумаги. Она поняла, что сердце ее, которое всего пару часов назад бешено колотилось от страха, теперь стучит с новой, странной и сладкой силой. Оно было покорено. Не мантией, не положением, а той редкой силой духа, спокойной мощью и неожиданной человечностью, которую она увидела в человеке по имени Руслан. И она знала – это только начало их истории.

С Того момента прошло два года. Алёна все время вспоминала Руслана, но не видела его с тех пор. Однажды подруги Алены задерживались и она решила подождать их в кафе. Заказала чашечку черного кофе без сахара, который она так любила.

В кафе кроме нее никого не было. Вдруг открылась дверь и в помещение вошел он – Руслан.

Алёна замерла. Не только потому, что это был он призрак из прошлого, который растворился два года назад. А потому что какой он был. В строгом, идеально сидящем пальто, с тем же пронизывающим, аналитическим взглядом, который когда-то следил за каждым ее словом в суде. Только сейчас в этом взгляде не было ни теплоты наставника, ни сдержанной радости. Была лишь вежливая, отстраненная пустота человека, который не ожидал этой встречи.

Он снял перчатки, неспешно оглядел почти пустое кафе, и его взгляд скользнул по ней. Мелькнула та самая мгновенная профессиональная оценка – распознавание лица, контекста, связи. Она увидела, как в его глазах щелкнуло: «Дело. Молодой адвокат. Выиграли». И затем – стена. Он узнал ее, но не позволил этому узнаванию выйти за рамки случайности.

Сердце, которое когда-то забилось для него «странной и сладкой силой», теперь устроило в ее груди ледяную панику. Он направился к стойке, чтобы сделать заказ, его профиль был обращен к ней. Та же привычная сосредоточенность.

Руслан, вырвалось у нее прежде, чем она успела подумать. Голос прозвучал тише, чем она хотела.

Он обернулся. Не сразу, будто давая себе секунду на принятие решения – вступать в диалог или нет.

Алёна – кивнул он. Тот же низкий, ровный голос. Голос судьи, объявляющего решение. – Здравствуйте.

Здравствуйте. Не Алёна, как тогда в коридоре, когда он разрешил себе имя. А вежливое, непреодолимое здравствуйте. Дистанция в одно слово была длиною в два года молчания.

– Я… не думала вас здесь увидеть – сказала она, ненавидя легкую дрожь в своих словах.

Он едва заметно улыбнулся, но улыбка не дошла до глаз. – Кофе с молоком. Без сахара.

Он поставил стаканчик на ближайший столик. Повернулся к ней, и в его позе была не усталая решимость. Он присел за столик напротив и не спеша пил свой кофе. Все остальное время они молчали лишь глядя друг на друга.

Алена стала часто приходить в это кафе с друзьями. Руслан тоже там был очень часто. Однажды за столик Алены принесли рафаэлу и шампанское, Алена попросила бумагу и ручку написав: «И кому столь щедрый дар?», попросила официанта передать эту записку тому, кто передал гостинец. Официант принес бумагу Руслану. Руслан прочитав записку ответил: «Для вас, прекрасная леди».

Алене нравились знаки внимания от Руслана. Он делал все на расстоянии, не навязчиво.

В один зимний вечер Руслан решил пригласить Алену за свой столик.

Он не подошел сам, а снова воспользовался услугами официанта. К Алене, сидевшей в компании двух подруг, принесли маленькую записку на том же бланке, что и она использовала когда-то. Там было всего три слова: «Пожалуйста, присоединяйтесь. Руслан.»

Алена посмотрела через зал. Он сидел один у окна, за которым медленно падал крупный, пушистый снег, превращая огни фонарей в размытые золотые шары. Он не улыбался, но в его взгляде, устремленном на нее, читалась тихая, почти вопросительная надежда. Она кивнула почти незаметно, извинилась перед подругами и, взяв свой бокал, пересекла зал.

– Спасибо, что пришли, – сказал он, когда она села. Его голос был ниже и мягче, чем она представляла себе за все эти недели молчаливого общения взглядами.

– Спасибо за приглашение, – ответила Алена. – И за все предыдущие… «гостинцы».

Он слегка наклонил голову, принимая благодарность. Заказал для нее горячий глинтвейн, угадав, что с мороза она еще не совсем согрелась. Разговор поначалу давался с трудом, слова казались громоздкими и лишними после долгого диалога глаз. Они говорили о пустяках: о снегопаде, о книгах, о кофе в этом кафе. Но под слоем этих безопасных тем чувствовалось что-то иное – напряжение, похожее на предвкушение.

– Мне всегда нравилась ваша тактичность, – призналась вдруг Алена, крутя в пальцах бокал. – Вы умеете быть рядом, не нарушая границ.

– Боялся спугнуть, – честно сказал Руслан. Его взгляд стал серьезным. – Иногда самое важное лучше наблюдать сначала на расстоянии. Чтобы понять, стоит ли приближаться.

– И стоит? – спросила она, не опуская глаз.

– Оказалось, что чем ближе, тем интереснее, -ответил он, и в уголках его глаз наконец дрогнули легкие морщинки улыбки.

Они проговорили до самого закрытия. Снег за окном не прекращался, укутывая город в белое безмолвие. Когда они вышли на улицу, оказалось, что земля уже покрыта толстым, чистым слоем, приглушавшим все звуки. Затем они сели в машину Руслана и просто катались, наслаждаясь зимним пейзажем и присутствием друг друга рядом. Подъехав к дому Алены, Руслан открыл перед ней дверцу машины, она подала ему руку, аккуратно захлопнув дверь, он наклонился над Аленой и шепнул ей на ухо.

– Завтра я буду в этом кафе в семь. Буду надеяться, что вы снова нарушите мое одиночество, – сказал он не как просьбу, а как тихое, уверенное предположение.

Алена кивнула.

– Буду.

Он сел в машину и она тронулась с места. Алена долго смотрела ему вслед. События их встреч развивались быстро и в один из вечеров Алена переступила порог дома Руслана. Она с интересом все разглядывала, его евроремонт, все было так красиво. Руслан принес два бокала вина, накрыл стол вкусностями. Ужин проходил в романтической обстановке.

Мягкий свет торшера, тихая музыка и вино растворяли последние остатки стеснения. Они говорили обо всем и ни о чем одновременно, их слова и смех смешивались, а взгляды становились все более прямыми и долгими.

Когда тарелки опустели, а разговор постепенно сменился тишиной, наполненной пониманием, Руслан взял ее за руку и пригласил на танец, кружась в танце они так смотрели друг на друга, в их взглядах было сказано на много больше, чем в словах. Его прикосновение было вопросом, а ее ответом – легкое сжатие пальцев. Он, не отпускал ее руки, повел за собой из гостиной. Алена следовала за ним, сердце колотилось где-то в горле, а в голове пульсировала одна мысль: «Сейчас».