Ольга Айк – Когда цветёт папоротник (страница 2)
– Тебе больше не придётся страдать, – одна из утопленниц, словно прочла её мысли. – Идём с нами. Мы позаботимся о тебе.
Айка почувствовала, как две девушки подхватил её под руки и потащил по влажной земле. Сопротивляться не было ни сил, ни желания, и она закрыла глаза, покорившись судьбе.
– Что я вижу.
Высокий женский голос заставил всех встрепенуться. Айка неожиданно выскользнула из рук незнакомок.
– Я пришла за неосквернённой душой, а вы вздумали обмануть меня? Решили, я не почувствую её? Прочь, мерзкие создания.
Айка услышала тихие шаги и приподняла веки. Над ней стояла молодая женщина с длинными чёрными волосами в струящемся белом платье. Взмахнув рукой, она разогнала русалок. Нечисть бросилась врассыпную, подальше от пришелицы. Две спрятались за деревьями, две скрылись в воде, и лишь старшая из них осталась стоять на месте.
Оказавшись на безопасном расстоянии, озёрные девы высунулись из своих укрытий, наблюдая, как женщина склонилась над Айкой, внимательно рассматривая окровавленное тело. Услышав слабое биение сердца и рваное дыхание девушки, гостья пришла в ярость. Она вскинула голову и гневно обвела взглядом присутствующих. От её ледяного взора утопленницы съежились от страха.
– Хотели завладеть тем, что вам не принадлежит? Я вижу на ней глубокие раны, нанесённые острым предметом, а значит она не одна из вас.
– Но это наша добыча, – пропищала одна из русалок, выглядывая из-за дерева, – мы имеем право забрать её.
– Неужели? – незнакомка сверкнула глазами в её сторону, от чего той стало не по себе. – Как ты посмела возразить мне? Низкое создание, ты хоть имеешь представление, с кем говоришь? Стоит мне только захотеть, и от тебя не останется ничего. Твоё бесплотное тело обратится в туман, что к утру рассеется и осядет росой на траве. Душа отправиться в мою обитель, где останется запечатана навек в вечной темноте. Ты этого желаешь?
Она сделала шаг навстречу водной деве. Та в страхе попятилась.
– Прости эту неразумную девчонку, Мара, – вступилась за подругу старшая русалка, встав между ней и богиней. – Она у нас новенькая и не знает правил хороших манер. Мы не хотим ссориться с тобой. Нам не нужна эта смертная. Я не стану претендовать на её душу и тело. Отпусти нас, пожалуйста.
– Думаю, твоя сестра заслуживает наказания.
– Я преподам ей урок. Она больше не посмеет перечить старшим.
На некоторое время повисла тишина. Мара сверлила глазами утопленницу, размышляя над её словами.
– Сегодня у меня хорошее настроение, – наконец произнесла она. – Прочь с глаз моих, пока я не передумала.
Богиня взмахнула рукой, давая возможность русалкам сбежать. Призрачные девы поспешили к пруду. Под пристальным взглядом Мары, они бросились в воду, где незамедлительно скрылись в глубине.
Мара опустилась на траву рядом с Айкой и ласково провела рукой по её волосам.
– Кто ты? – слова не слетели с губ Айки, но незнакомка услышала их.
– Я Мара – богиня плодородия и смерти, правительница трёх миров.
Мара. Неужели сама богиня смерти пришла за ней, чтобы избавить от страданий и забрать душу в мир мёртвых?
– Такая молодая. Невинная. И красивая. Жаль, что твоя земная жизнь оказалась столь коротка. – В голосе богини послышались скорбные нотки. – Но, если ты позволишь, в моей власти подарить тебе другую. Я сотру из памяти все твои печали. Ты забудешь о прошлом, что причинило столько боли. Взамен я дам тебе новоё имя и новую жизнь. Согласна ли ты пойти со мной?
– Да, – Айка зажмурилась, по щекам потекли слёзы. Вот и всё. Это конец. Но ей больше не за что было цепляться. Она мысленно попросила прощения у сестры и попрощалась с родителями. – Я готова.
Мара сдержанно улыбнулась и прижала руку к её груди. Вспышка света, вырвавшаяся из-под ладони, ослепила девушку. Тело пронзила невыносимая боль. Казалось, её охватил огонь, выжигая всё изнутри. Айка выгнулась и потянулась вслед за свечением. Мгновение спустя она увидела своё бездыханное тело, распростёртое на холодной земле. Сама она стояла позади Мары, склонившейся над истерзанной девушкой, некогда бывшей Айкой.
Она с изумлением осмотрела себя. Кровь больше не сочилась из её ран, а вот изорванные, перепачканные липким и бурым одежды; спутанные, покрытые грязью волосы; исцарапанные руки и обломанные ногти – представляли собой жалкое зрелище. Крик ужаса сорвался с её губ, и она поспешила прикрыть рот ладонью.
Богиня медленно выпрямилась и повернулась к ней:
– Ты сделала свой выбор. Я подарю тебе золотые крылья. Отныне ты станешь одной из моих вил и будешь служить мне. Семаргл!
Айка услышала шелест за спиной и обернулась. Из-за деревьев, мягко ступая по влажной почве, показался белый волк ростом с телёнка. Девушка взвизгнула и отскочила к Маре.
– Не бойся, – богиня положила руки ей на плечи. – Семаргл – мой слуга. Он отнесёт тебя во дворец.
Зверь подошёл ближе и, повернув голову в сторону девушки, уткнулся носом ей в ладонь. Айка вздрогнула и замерла. Волк медленно втянул воздух, исследуя её запах. Сверкнув на неё янтарно-рубиновыми глазами, он расправил крылья и опустился, подставляя спину.
– Крылатый волк? – удивилась девушка, рассматривая белоснежные перья. Зверь оскалился и фыркнул, словно усмехнулся над её словами.
– Садись, – подтолкнула её Мара.
– А моё тело? – она кинула взгляд на место, где только что лежала. Теперь там осталась лишь примятая трава, обагрённая кровью.
– Об этом тебе больше не стоит беспокоиться.
Что-то в её тоне заставило Айку не задавать лишних вопросов. Она неуверенно дотронулась до белоснежной шерсти и неловко взобралась верхом на волка. Тепло его тела успокаивало и придавало сил. Боль и страдания пережитой ночи исчезли. Девушка обхватила зверя за шею и прижалась щекой, утонув в мягком волосяном покрове.
– Держись крепче. Как только пересечёшь границу двух миров, ты лишишься всех воспоминаний. От агонии, что испытаешь, ты потеряешь сознание.
Айка не сразу поняла, что низкий гортанный хрип принадлежал волку. Она не успела удивиться в очередной раз – богиня кивнула, давая знак слуге.
– Береги её, Семаргл. Такие вилы, как она – редкость.
В ответ волк поклонился и, взмахнув крыльями, взмыл в ночное небо.
1
Милорада
Непривычная в это время суток суета в холле не могла не привлечь всеобщее внимание. Шум нарушил и её покой. Ещё издали она заметила столпившихся вил у главных дверей. Среди них она узнала и Руслану. Длинные тёмно-каштановые волосы, золотисто-бронзовая кожа и высокий рост отличали её от остальных. Руслана стояла позади непрерывно перешёптывающихся девушек, не пытаясь подходить ближе.
Милорада ускорила шаг. Платье непривычно зашуршало, путаясь между ногами. Крылышки слегка подрагивали, и она с трудом подавила желание воспользоваться ими. Покинув коридор, Милорада оказалась в просторном светлом холле. Высокие узорчатые пилястры подпирали сводчатый потолок. Хрустальные стены украшали причудливые разводы, какие зимой оставляет на стёклах мороз. За арочными окнами открывался вид на сад с фонтаном из серого камня, окружённым белоснежными цветами, усыпанными инеем. Она любила проводить здесь время. Только на этот раз Милорада лишь мельком взглянула на заиндевелые розы, обвивающие шпалеру в виде арки у входа. До неё начали долетать обрывки фраз сестёр:
– Бедняжка, совсем ещё девчонка.
– Несправедливо умирать в таком юном возрасте.
– Какой же зверь мог сотворить такое?
– Волк?
Милорада представила, как Семаргл одарил обладательницу предположения недобрым взглядом, и та, опустив глаза, притихла. Она не сдержала улыбки.
– Может, человек? – неуверенно предложила ещё одна.
– Это вряд ли…
– Не стоит недооценивать смертных, – вставила Руслана.
– Что здесь происходит?
Властный голос Милорады разнёсся по залу, эхом отражаясь от кристально-ледяных стен, заставив остальных встрепенуться. Вилы расступились, пропуская её внутрь кольца. Она остановилась рядом с подругой.
– Руслана?
– Семаргл принёс новенькую. Кажется, её разорвали дикие звери.
В словах Русланы больше не было нужды, Милорада уже и сама увидела лежащую на полу растерзанную девушку. Изорванный сарафан едва прикрывал худенькое тело, волосы спутались от грязи и крови. Рядом, склонив в поклоне голову, стоял белый волк.
– Милорада… – начал Семаргл, но вила его перебила.
– Кто она?
– Нам пока не довелось познакомиться, – ответил собеседник, кинув мимолётный взгляд на тело девочки. – Госпожа Мара ещё не дала ей имя.
– А где она сама? – требовательно спросила Руслана.
– Слишком много дел. Купальская ночь – раздолье для нечисти. Госпожа просила передать, чтобы вы все отправились на помощь смертным.
– Сейчас? – не удержалась от вопроса одна из вил.
– Вероятно, эта девочка заблудилась в лесу в поисках цветка папоротника и погибла, – Семаргл даже не поднял голову в сторону возмутившейся. – Ваша работа осветить путь таким, как она, и проводить их до самого дома.
Вилы замешкались, растерянно переглядываясь друг на друга. Похоже, они не горели желанием покидать дворец сегодня.
– Что застыли? – громко произнесла Милорада. – Все слышали распоряжение Мары? Выполняйте. Охранять смертных – наш долг.
Она ещё раз посмотрела на распростёртое на полу тело девочки. К горлу подступила горечь. За годы, проведённые в теле вилы, она привыкла к подобному зрелищу – вилами становились лишь невинные безвременно почившие девушки, но каждый раз сердце болезненно сжималось при виде погибших по чьей-либо вине в ужасных мучениях.