Ольга Аст – Последний Словотворец. Разрушенные оковы (страница 7)
– Вы по-прежнему убиваете Первые роды?
Отступники удивленно переглянулись, Сигурд же, наоборот, словно был готов к такому вопросу.
– Прошли столетия с последней охоты. Мы не ищем их и не преследуем.
– Но как же их первородный гнев? Он опасен для людей.
– Арнвиды находятся далеко от Танмора. Они живут в Хельгуре и не подпускают нас, справляясь сами, Аудульфов же не осталось. А последние Абьерны рождались очень давно, в роде Вальтерсонов. С тех самых пор в них не пробуждалась настоящая кровь, видно, она утратила свою силу. Нас с родом Вальтерсонов скрепляет мирный договор.
– Договор? – Сонливость разом прошла, и во мне проснулось любопытство.
До этого момента я не встречал людей, кроме кроановцев, и знал об окружающем мире только из книг старейшины. А он был уверен в том, что Первые роды живы и опасны.
– Уже очень давно между нами заключен союз. Вальтерсоны первыми столкнулись с последствиями проклятия богов, и цепи Вегардов оказались как нельзя кстати.
Сигурд указал на стену, где висели те самые жуткие цепи. До этого момента я даже не замечал их. Память услужливо подбросила воспоминание о чане с кровью, и меня передернуло. Волчица обеспокоенно приподняла морду и ткнулась носом в руку.
– Цепи? Проклятие? – Я попытался сосредоточиться на более важных вещах.
– Малец ничего не понимает, – хмыкнул Тарий. – Однако странно, что клейменых не посвятили в деяния богов. Более слабых клеймят, сильных натаскивают, как зверье, а девочек готовят к тому, чтобы рожать новых Вегардов. Вот только зачем? Первые роды почти исчезли. В Хельгур никого не пускают, род Вальтерсонов не представляет угрозы. Но в Кроане до сих пор настолько ловко умеют внушить страх и благоговение перед Древними богами, что вытащить оттуда кого-нибудь по собственной воле почти невозможно.
А ведь его слова имели смысл. Ни у одного из нас даже мысли не возникало ослушаться старейшину Ирилия или, не приведи Великие Небеса, разгневать богов своим неверием и оскорбить сомнением. Они ниспослали Вегардам бесценный дар, и мы благодарили их каждый день за благословение. Если все, что сейчас сказали отступники, правда, то тогда…
– Нас убивают просто так. – Это не было вопросом, скорее горьким утверждением.
Тарий внимательно посмотрел на меня.
–Так и есть, малец. Ваш старейшина и его блаженные создают все новые и новые цепи, но они обретают силу, только если нанести на них божественные символы, а потом вымачивать в течение одного лунного цикла в крови Вегардов. Для этого подходит любой Вегард: и охотник, и жертва. Главное – кровь. У охотников она чище и в ней больше божественных частиц, но и умирают они быстрее, поэтому блаженные решили, что
– Тарий, хватит запугивать мальчика, он еще слишком юн для таких разговоров, – прикрикнул на него Сигурд.
До инициации так и было. Я думал только о безопасной жизни, закрывая глаза на все остальное, и поглощал книги, впитывая доступные кроановцам знания. Можно ли назвать такое существование юностью или глупостью? Нет, скорее способом выживания паразита.
– А если им сказать правду? Объяснить все.
– Ничего не изменится. Пробовали бесчисленное количество раз. За все время к нам ушли лишь девятнадцать кроановцев. Отступникам неохотно верят. Вегардов натаскивают на нас, как диких волков. Последними должны были присоединиться Тион и Ая. – На последних словах голос Эгнара стал тише.
– Раз от Первых родов никого не осталось, тогда куда отправляются наши охотники? Они же не возвращаются.
Я видел, что на этот вопрос отвечать мне не хотят. Перед отступниками сидел мальчишка, который, по их мнению, вряд ли отличался особым умом.
– Да кто же их знает, может, звери задрали или скосила война, – отмахнулся Тарий.
– Война?
Значит, кроме того, что нам внушал старейшина, происходило нечто не менее ужасное.
– Эйлейв, – Сигурд заглянул мне в глаза, – я правда не думаю, что тебе стоит так много сейчас знать. Можно отложить разговор на завтра, после того как ты отдохнешь.
– Да брось. – Тарий откинулся на спинку кресла и закинул ногу на ногу. – Ты ведь сам обещал ответить на все его вопросы. Инициацию в Кроане проходят те, кто достиг первой ступени зрелости, а значит, малец просто выглядит как невинный ребенок, а на самом деле старше и сообразительнее уж точно. И вот это странно. Вегарды-охотники с чистой кровью всегда рождались более сильными и выносливыми, а ты же маленький и щуплый.
Я лишь пожал плечами. А что мне стоило ответить на его слова? Боги обделили меня здоровым телом и духом, но, как оказалось, наградили странной силой и желанием жить.
– Мне хотелось бы знать больше. Старейшина Ирилий ничего нам не рассказывал о внешнем мире. И я не такой маленький и глупый, каким кажусь.
– Прости, Эйлейв, Тарий не хотел быть грубым. – Сигурд попытался улыбнуться. – Мы стараемся не вмешивать детей в политику, но Тарий прав, а я забылся. С тобой такое уже не получится. Твоя сила носит особую ценность, но также накладывает ответственность, с которой не все взрослые могут справиться. За пределами Танмора идет война. Новый король считает, что земли севера принадлежат ему, а наш вождь Агнар не согласен. Хельгур тоже отстаивает свою территорию. Скорее всего, твои собратья в поисках Первых родов не выжили.
– Или их продали куда-то. Внешность диковинная, а в Дартелии любят такой товар. – Тарий потянулся за кружкой и, налив в нее из кувшина темную жидкость, звучно отхлебнул.
– Ты стал очень болтливым, не находишь? – В голосе Сигурда послышались недобрые нотки.
– Если говорить правду, так всю. – Отступник сделал еще один большой глоток. – Ему же надо знать, что стоит бояться не только войны, но еще и работорговцев.
Так вот, значит, что на самом деле происходило с нашими охотниками. Как же глупо. Никто из них не достиг наивысшей цели. Все они пали жертвами заблуждений и слепой веры старейшины. Взрослые послушники знали, что с ними происходит, но никто даже не попытался ничего изменить. Неужели они и правда испытывали такой страх перед наказанием богов?
Сигурд покачал головой, но не стал продолжать спор.
– Эйлейв, ты не спрашиваешь про свое видение.
Я взял на руки волчонка, его мягкая шерстка приятно щекотала кожу и чудесным образом успокаивала.
– Я не знаю, что говорить. По вашим словам выходит, что пробудился Первый медведь, который положил начало роду Абьернов. И проснулся он здесь, на севере.
– Вероятнее всего, он находится в роде Вальтерсонов. У главы рода лорда Бернайса есть два сына и дочь. Носителем должен быть кто-то из них. Только предназначенный для Первого исполина Вегард может либо ценой своей жизни спасти несчастного, в чьем теле возродилась кровь Абьерна, либо убить его, пока не стало поздно. Я подозревал о рождении Первого. В ту ночь слишком яркие звезды вспыхивали и падали на небосклоне. – Сигурд наклонился ко мне и, придерживая за плечо, посмотрел прямо в глаза. – Чего ты хочешь, Эйлейв?
Его голос доносился словно сквозь воду и заставлял вслушиваться, чтобы понять смысл слов. Внезапно веки налились тяжестью, и с каждой секундой становилось все сложнее держать глаза открытыми. В голове все заволокло метелью, а где-то вдали раздался рев.
Невзирая на снежный буран, огромный медведь шел уверенно вперед. Он часто останавливался, оглядывался по сторонам, как будто кого-то искал, а потом снова продолжал свой путь. Одинокий и потерянный, такой же, как я.
– Семью, тепло и чтобы меня чуточку любили. Не хочу быть один.
Произнес ли я свои сокровенные желания вслух или только подумал о них? Мысли путались; возможно, все это было лишь сном, потому что в следующий момент снежная буря поглотила меня.
Сигурд принял решение, что я должен жить с ним и, конечно же, не рассказывать остальным о пробуждении Первого. Об этом знали только Вегарды-отступники. Однако мне всегда казалось, тайну мог сохранить лишь один человек и когда-нибудь до всех остальных обязательно доходит то, что так тщательно пытались утаить. Своими мыслями я поделился с Сигурдом.
– Судьба каждой тайны – быть раскрытой, на то она и тайна. Нам просто нужно чуть больше времени для того, чтобы эту судьбу можно было немного обмануть.
Порой он говорил очень странные вещи, словно мысленно охватывал весь мир, но не мог достичь понимания человека. Звезды для него были письменами, с помощью которых он рассказывал мне историю мира, а реки – проводниками, возносившими наши молитвы на Небеса. Сигурд охотно объяснял, как Вегарды связаны с Первыми родами и на какую судьбу обрекли меня боги. Казалось, что он торопился поделиться всеми знаниями, которыми владел, будто боялся не успеть.
– Значит, боги и правда существуют.
– Конечно, Эйлейв. Древние боги обитают на Небесах. В этом не стоит сомневаться. Но не нужно забывать, что они никогда не требовали кровавых жертв. Люди – причудливые творения, наделенные не только умом, но и чувствами: страхом, любовью, ненавистью, жадностью, добротой. Поэтому они такие восхитительные и слабые одновременно. Но каждый из них сам решает, каким ему стать. Дорожить своей жизнью важно, Эйлейв, но однажды чья-то чужая может обрести наивысшую ценность, и тогда ты будешь готов отдать свою без раздумий.