Ольга Аст – Кровь Первых (страница 47)
Мужчина вновь еле дотронулся рукой до воды, и русло реки поделилось на два ревущих потока. Сын радостно запрыгал. У них на глазах оба леса превратились в две зеленые, полные жизни рощи. Интересное и простое решение для ребенка, но насколько оно правильное? Не иссохнет ли река? Хватит ли ее истока, чтобы питать оба берега? Или, может, мальчик просто отсрочил неизбежное и теперь медленно зачахнут уже два леса? Только богам известно, насколько счастливым будет конец этой истории. Но Кирусу требовалось другое. Его сын сумел обнаружить еще один вариант, он не стал отчаиваться, а нашел выход, который ему показался правильным. Это главное – видеть и другие пути.
– Папа, твой палец. – Мальчик указал на каплю крови, которая сочилась из длинного пореза.
Мужчина незаметно вытер его о штанину и улыбнулся. Сегодня он был слишком невнимательным.
– Случайно задел о книгу.
– Ты так ее испортишь. – Этан нахмурился.
– Эту книгу точно не испорчу. – Он взъерошил сыну волосы и печально улыбнулся.
Время почти пришло. Чувства обострились. От понимания неизбежного становилось еще больнее, но противиться судьбе было не в его власти. В нем жила лишь небольшая надежда, что однажды, когда он вернется, семья поймет его и простит.
Рука крепче сжала маленькую ладошку сына, и они отправились обратно. Медлить не стоило. Время здесь шло совсем по-другому.
– Пап, а расскажи снова ту историю.
Кирус поднял голову и посмотрел вверх, где сквозь кроны деревьев пробивались солнечные лучи.
– Я вижу небо, сын мой. А ты видишь?
– Я вижу небо, папа, – радостно вторил ему сын.
Да, Этан сможет понять. Не сейчас, но когда-нибудь точно.
Глава 20
В утренних лучах пылинки сливались в причудливом танце, и с каждой перевернутой страницей книги их становилось все больше. Завершая замысловатые па, они опускались на темную мебель, путались в шкуре медведя, расстеленной на полу, и оседали на мягкой бежевой обивке кресла. Мужчина, сидевший за столом с аккуратно разложенными свитками, потянулся к чернильнице. Кольцо с гербом в виде солнца ярко блеснуло на пальце. Постучав пером по краю баночки, он размашисто черкнул что-то на пергаменте, а потом еще на одном и еще. В его темных волосах, убранных в небольшой хвост, проглядывали пряди благородной седины. В уголках губ собрались морщинки, но это только добавляло мягкости его лицу.
Рука снова потянулась к чернилам, но так и зависла в воздухе, нарушив танец пылинок. В дверь постучали.
– Войдите.
На пороге стоял смотритель замка, замерший в поклоне.
– Господин, из Дартелии прибыли вестники.
Лорд Паулус Ланкайетт отложил перо и недоверчиво посмотрел на мужчину.
– Вестники? Их несколько?
Смотритель выпрямился, но преклонный возраст давал о себе знать, и мужчина, не в силах удержать спину ровно, чуть сгорбился.
– Да, господин. Один прибыл с официальным донесением из замка, а второй – ночью…
– Где они? – не дал ему договорить лорд Паулус.
– Гость из Дартелии ожидает в приемной зале, а наш вестник – в вашем втором кабинете, господин. – Смотритель сдержал желание сделать шаг назад – слишком устрашающим сейчас выглядел лорд.
– Замечательно, можешь быть свободен.
– Слушаюсь, господин. – Мужчина еще раз поклонился и поспешил удалиться.
Лорд Паулус дождался, пока дверь за смотрителем закроется, и, прикрыв глаза, протяжно вздохнул. Вот и пришли вести, и, скорее всего, это не приглашение на королевскую свадьбу. Лорд лишь надеялся, что ситуацию можно исправить. Но по опыту знал, что надежды его редко оправдывались, так что он предпочитал полагаться лишь на свой острый ум.
Заставлять ждать официального гонца из Дартелии было дурным тоном, и поэтому лорд Паулус незамедлительно направился в приемную залу.
Мужчина в дартелийской форме поклонился, приветствуя его, и передал запечатанное послание.
Уважаемый лорд Паулус, пишет Вам советник короля Дартелии Алеистер. Приношу свои глубочайшие извинения за то, что смею отрывать Вас от дел, но молчать о происходящем было бы преступлением.
Не сомневаюсь, что до Велероса уже дошли слухи о посмертных кострах, разгоревшихся в Дартелии, и о землях, которые заволокла гниль. Не вижу смысла скрывать от Вас эти сведения. Дартелия оказалась в затруднительном положении. Старая власть сгорела вместе с кострами, и на восстановление порядка требуется время. Король Велероса вместе с леди Селеван, лордом Ланкайеттом и лордом Вальтерсоном великодушно помогают разобраться с беспорядками.
При первой же возможности Его Величество Эмилий отправит Вам письмо.
Еще раз приношу глубочайшие извинения и выражаю сожаление, что судьба возложила на ваши плечи правление Велеросом. Да пребудет солнце над Вашей страной.
Пальцы лорда Ланкайетта сжали сургучную печать с головой волка. Он бросил взгляд поверх письма на мужчину, который терпеливо дожидался ответа. Паулус еле слышно вздохнул. Конечно же, вести о том, что творится в Дартелии, уже дошли до него, но лорду было необходимо подтверждение слухов от сына или Его Величества. Единственная ошибка заключалась в том, что он первым делом не отправился в свой запасной кабинет, где находился на самом деле важный человек.
Многолетний опыт и чутье подсказывали Паулусу, что письмо служило отпиской и за формально-вежливой речью скрывалась серьезная проблема, но он не располагал ни доказательствами, ни дополнительными сведениями. Лорд Ланкайетт отложил свиток и, вытянув из стопки чистый пергамент, написал такой же незначительный ответ:
Уважаемый советник Алеистер, не буду притворяться и выказывать удивление по поводу Ваших слов. До меня дошли слухи о перевороте в Дартелии и многочисленных жертвах. Я обеспокоен Вашей ситуацией и настаиваю на скорейшем возвращении Его Величества Эмилия вместе с лордом Ланкайеттом и леди Селеван в Велерос. Если Вы посмеете препятствовать их отъезду, то я буду вынужден принять соответствующие меры военного характера.
Искренне надеюсь, что до этого не дойдет.
Лорд Паулус Ланкайетт.
Поставив свою подпись и печать Велероса, Паулус передал официальное послание вестнику. Тот уважительно поклонился и покинул приемную залу. Лорд дотянулся до письма из Дартелии и яростно смял его.
– Королевская змея. Этого следовало от него ожидать.
Алеистер считался одним из самых лучших кандидатов в советники короля. Он не оставил другим даже шанса, поражая всех своими знаниями и умением их применять в сложных конфликтных ситуациях. Бесспорно, этот человек вел свою партию, делал ставки, следуя своим принципам и морали. Ходили слухи, что ради поста советника он отрекся от семьи и посвятил свою жизнь служению короне. Каждый правитель мечтал о таком верном соратнике. Встретившись с Алеистером несколько раз и пообщавшись, Паулус знал, что советник – человек чести, но при этом ставит интересы своей страны превыше всего. На каждый вопрос у него всегда имелась заготовка из нескольких вариантов ответа. Но это письмо было совсем на него не похоже. Никаких витиеватых и туманных изъяснений, которые обескураживали даже сведущего человека. Прямолинейно, просто – и лживо. И именно это взволновало Паулуса больше всего.
Подождав немного, он отправился в другое крыло замка – менее оживленное, хотя охрана исправно стояла на каждом шагу во всем дворце. Преданнее велеросской стражи было не сыскать в Триединстве. За военную мощь Велероса стоило поблагодарить предыдущих королей, укреплявших в первую очередь эту сторону страны. Но, несмотря на значительное достижение армии, остальные области тоже развивались намного быстрее, чем у соседей. Благодаря климату урожайность всегда была высокой. А при Его Величестве Эмилие обычные люди обрели возможность обучиться грамоте и получили свободный доступ в городскую библиотеку. Даже мода опережала Дартелию, отличаясь новизной и современными фасонами. Велерос давно стал центром и примером развития общества и культуры.
Уютный и небольшой кабинет окутал лорда Ланкайетта ароматами свежезаваренного чая и выпечки, которую предусмотрительно поставили на небольшой столик. При виде Паулуса человек, сидевший в обитом бархатом кресле, поспешно встал и поклонился.
– Господин.
– Ромунд. – Паулус узнал одного из своих людей, посланных в Дартелию как раз для таких случаев. – Что у тебя?
Мужчина спешно полез за пазуху и, достав небольшой сверток, передал лорду. Из пыльной ткани на ладонь упало кольцо. Украшение жены было хорошо знакомо лорду, ведь он лично оставил его сыну. Их единственный знак, который ни разу не использовался. Значит, все настолько плохо.
Легкая слабость распространилась по ногам, и Паулус уперся руками в столик. Предчувствия его не обманули. Солнце Велероса может погаснуть.
– Что прикажете, господин? – Ромунд, видя, как лорд побледнел, боялся попасть под расправу, которая неминуемо последовала бы за плохими новостями.
– Что еще тебе известно? – Паулус пытался говорить медленно, не показывая лишних эмоций.
– В Дартелии беспорядок, никто не видел короля, и Его Величество Эмилия тоже. Посмертные костры горят и днем и ночью, тела сжигают. Кто-то говорит, что видел, как боги спустились с Небес и покарали неугодных. Почти все земли покрыты черной жижей. На площадях часто появляются лорд Вальтерсон и капитан Дарел. Они помогают навести порядок.